Читаем без скачивания Всполохи настоящего волшебства - Владимир Мясоедов

— Если бы ребята, которых угораздило попасть в ночной патруль, тебя опознали, — хмыкнул Артем, решивший сопроводить меня до закутка на первом этаже, переделанного в некое подобие ванной комнаты, — то они почтительно поздоровались бы, пожелали бы успеха во всех начинаниях и пошли бы дальше, старательно отворачиваясь от всех возможных улик и свидетелей любого преступления, сделанного чернокнижником такого калибра. Уж сильно они тут трусливые.

— Так! — Я вынул голову из бочонка, вода в котором уже начинала становиться мутной. Ее надо было сменить. Лучше бы еще вчера. — А ты откуда знаешь? Провоцировал?

— Пытался, — честно сознался Ассасин. — Надо же было узнать, насколько они тут тщательно выполняют свои обязанности. Да ничего серьезного не было, штрафом бы в любом случае отделался. Немного паркура, словесное оскорбление, угрозы. На последних стражи порядка почему-то исчезли с горизонта в неизвестном направлении, да еще и оторвались, заразы, от преследования профессионально в лабиринте улиц. Видать, часто драпают, вот только не пойму от кого.

— Ты сдурел, — констатировал я. — И давно это случилось?

— Недели три назад, — прикинул Артем. — И, между прочим, специально потом попадался на глаза отцу Фоулу. Даже не пикнул, паразит, а ведь так хотелось осмотреть подвалы местной инквизиции изнутри на случай, если придется из них экстренно сматываться.

— Имей в виду, в отношении злых магов у местной инквизиции есть лишь три степени наказания, — просветил друга я, кстати, вспомнив одну из недавно прочитанных книг. — Порицание, предупреждение и внезапное убийство с обязательной заупокойной молитвой, не дающей возможности вернуться из-за грани обратно. В особо сложных случаях отпетое тело хоронят в специальной гробнице, куда так просто не войдешь и откуда вдруг не выйдешь. Причем при радикальном решении проблем святые отцы очень уважают труд эльфов-снайперов, ибо в случае честной сшибки чернокнижника с паладином лоб в лоб в окружающей их местности гарантированно неизменными останутся лишь моря да горы, а вот лес или тем более город могут и сгореть.

— Да? — задумался Артем. — Буду знать. Кстати, чего я тебя будил-то: пошли, Алколит хочет поговорить о чем-то очень важном. И вроде бы это как-то связано с вчерашним призывом архидемона.

Такое известие подбодрило меня не хуже, чем оголенный провод, попавшийся под руку. Ярослав у нас натура умная. Но увлекающаяся. К тому же наделенная, пожалуй, наибольшим из трех А колдовским талантом. А потому оставлять его одного надолго наедине с идеями, касающимися правителей местного варианта ада, мягко говоря, опасно. Конечно, потом мой друг будет очень сожалеть, но, чтобы поправить сотворенный в порыве энтузиазма катаклизм, полагаю, понадобится как минимум божественное вмешательство.

— Что ты задумал?! — Вопрос ворвался в комнату, которой было при планировке назначено стать библиотекой, вперед меня, распахнув своим напором двери. Хотя вру, конечно. Створки в стороны толкнула магия. Учусь применять телекинез в бытовой жизни потихонечку, чтобы навык отточить. А то, смешно сказать, поднять человека в воздух и разбить его о землю могу в принципе без особых проблем, а вот размешать в чае мед, на который пришлось перейти из-за страшной, даже для нас, дороговизны сахара, получается далеко не всегда. Во всяком случае, оставив чистым себя и окружающих. С крупными предметами, обладающими определенным запасом прочности, обращаться при помощи контролируемых выростов ауры куда проще.

— Да вроде бы ничего особенного. — Ярослав удивленно поднял на меня глаза от книги, которую читал. — Пока.

— Интригующее начало, — хмыкнул Артем, плюхаясь в оставшееся свободным кресло. Таким образом, мне пришлось устраиваться на кособоком табурете, из всех достоинств у которого было то, что сделан он был голыми руками. Вернее, когтями из магии духа. Ассасин то ли в качестве тренировки, то ли от нечего делать выпилил из десятка деревянных колод, предназначенных для расколки на дрова, вот такие вот забавные поделки. — Но в таком случае ты бы не стал созывать нас всех сюда и запасаться сухариками, чтобы погрызть их под долгую беседу. Они пахнут так, что их все мыши в доме чуют и слюной захлебываются. Кстати, давай-ка их сюда, с друзьями делиться надо.

Ярослав печально вздохнул, но, запустив руку в карман, выгреб оттуда несколько булочных сухарей с изюмом, один из которых я немедленно попробовал на зуб. А ничего так, чаю бы только еще.

— Я пригласил вас, господа, — Алколит начал беседу словами из классической комедии «Ревизор», — чтобы сообщить пренеприятное известие: мы попали.

— Да мы вроде бы это давно заметили. — Артем аккуратно порезал сухарь на две части указательным пальцем, ставшим похожим на хорошо отполированную четырехгранную заточку с острыми, как бритва, краями. — Вокруг, знаешь ли, имеются нелюди, нежить, магия и прочие особенности иного мира, которые на Земле встретить затруднительно. Хотя и возможно, судя по нашему-то опыту.

— Помимо них здесь есть демоны и боги, — добавил Ярослав. — Активно действующие. И мы с ними существуем в одном слое реальности, состоящей, если верить местным космологам, из нескольких частей, в том числе обители мертвых. А люди, как известно, не вечны. Пусть даже такие, как в нашем трио, каждый представитель которого способен дать фору в регенерации любой ящерице, а в плане долголетия теоретически имеет шансы измерять свой возраст столетиями.

— Кажется, понял, на что ты намекаешь, — решил я. — Хочешь позаботиться о душе, да? Тем более теперь, когда уверен целиком и полностью в ее существовании.

— Из-за изменения места жительства мы стали фактически атеистами, — подтвердил Алколит. — В лучшем случае агностиками. К тому же темными магами, априори противными свету, но не принесшими местным владыкам мрака ни одной жертвы. Даже самой мелкой, вроде цыпленка. И при этом проживаем и практикуем на их территории, отбивая хлеб у тех, кто платит подобным тварям дань, пусть даже чисто символическую. Следовательно, в загробной жизни, которая рано или поздно все равно начнется, мы будем иметь крупные неприятности. Ибо слабых нейтралов пинают обе противоборствующие стороны. А нас еще демоны могут записать аж в идеологические предатели. Хотя бы из-за той эльфийки, которую Ленваху не скормили, а ведь могли без всяких для себя негативных последствий.

Мы с Ассасином ненадолго замолкли, обдумывая сказанное.

— Не хочу в местный аналог преисподней, — высказался первым я. — Там, если верить книгам, холодно, как в баке с жидким азотом.

— Это смотря куда попадешь, — поправил меня Ярослав, видимо очень внимательно занимающийся данным вопросом. — Она, как и наш земной ад, разделена на несколько кругов. Их всего пять. Сначала идет Огненный Склон, потом Грязевые Болота, Холодный Лес, Заснеженная Пустошь и Ледяной Провал. В первых находятся наименее нагрешившие существа, дожидающиеся в муках следующей реинкарнации. Одного из коренных жителей и хозяев последнего мы видели вчера. А значит, вероятность того, что церковные книги с описанием кар грешников в основе своей правдивы, составляет девяносто девять и девять десятых процента. Я всю ночь читал, а потом уснуть боялся. Кошмары бы точно приснились. Не хочу пару сотен лет возводить особняк из собственной застывшей крови или стать не способным потерять сознание от боли инкубатором для колонии плотоядных муравьев.