уловимые оттенки чувств на лице своего командира, и даже друга. Его он знал лучше и больше остальных, даже в полутонах Харн поймет, что в послании.
Какой же прислали приказ?
…Лияр…
…Как только птица коснулась его доспеха, в голове у Лияра раздался голос служителя самому Пресветлому: «Доброго времени суток, командир Лияр! Темную ведьму – Алику и ее дочь необходимо доставить в башню ордена живыми и невредимыми. В обнаруженную темную башню отправить на разведку самого быстрого из боевой четверки. Дождетесь его на выходе из Вечного Леса. Там вас всех встретят мои грозовые орлы. До встречи и… Лияр, служи свету!»
Новости были отличные. Не придется преодолевать такой сложный и далекий путь самим, они доберутся с ветерком. Самое главное, что все шло по его расчетам: темная невиновна и жива, на данный момент в безопасности, как и ее дочь. Алика еще послужит началом к великим изменениям.
Конечно, для опытного предводителя и бойца не укрылось взведенное состояние и напряжение друга. Тот приготовился то ли атаковать, то ли бежать. Но Лияр держал свое лицо не подвижным, чтобы не выдать себя. Им стоило поговорить, но позже.
Он обвел горящими пламенем Пресветлого глазами каждого из боевой четверки служителей ордена, а затем перевел взгляд на темную ведьму. Ее волосы цвета крепленной настойки в дубовых бочках бесновались, как заведенные. Как хорошо, что ее состояние видно словно на ладони. Комнадир для всех огласил волю лидера ордена.
– Продолжаем держать путь на Ксио. Соня и Алика неприкосновенны. Ты поняла меня, Мелина? – уточнил он, вновь обратив на нее свой звериный взгляд.
Женщина готова была взорваться от кажущейся ей несправедливости и раздирающей ее злости, но она покорно опустила веки, повинуясь своему командиру.
– А для тебя, – обратился Лияр к самому быстрому посвященному Пресветлому, – у меня отдельное задание – выступаешь утром.
Темноволосый и кудрявый мужчина в золотых доспехах и полумаске нехотя кивнул и принял к сведенью все объявленное Лияром…
…Алика…
…После приказа командира мои волосы успокоились, дар где-то внутри грудной клетки, поворчав, затихнул.
– Как и обещал! – воскликнул белый служитель ордена и извлек из кармана черных брюк мою палочку, протянув ее мне на серой ладони.
Я дрожащими пальцами прикоснулась к своему проводнику, не находя в себе сил просто так взять его в руки поспешно и без должного уважения. Как же я соскучилась по течению дара в каждой клеточке. Темный дар снова встрепенулся и замер в ожидании.
– Вы должно быть все с ума сошли! – снова закричала Мелина.
– Пойдем-ка, я тебя успокою, – пробасил Гиур, подхватывая Мелину, в тоже время заставляя ее обхватить свой торс ногами, заткнув ее поверх маски здоровенной рукой. Он унес уже не сопротивляющуюся женщину в нутро шатра.
Мелина с таким остервенением откликнулась на поглаживания и ласки «глыбы», что со стороны они не напоминали бесчувственных…совсем наоборот.
– Бери, – шепнул мне Харн.
И я наконец позволила себе взять проводник в руки. Тут же из палочки вырвалось облачко мерцающей пыльцы, которая окутала меня и впиталась в мою кожу, приветствуя и покрывая легкой защитой.
За этим темным представлением и баловством дара с интересом наблюдало двое мужчин и моя дочка. Я решила воспользоваться подаренной возможностью с полна. Для начала отправила черный с золотым отливом щуп за вещами. Он послушно приволок их к месту костра. Им же достала чистые вещи, полотенце и одеяло, аккуратно их сложила на бревно и приступила к следующему этапу: к установке нашего с Соней спального места.
На этот раз я действовала иначе. Я подошла к самом ближайшему дереву, похожему на сосну, за исключением цвета иголок, коснулась его оранжевой коры и отправила небольшой импульс к природному сознанию леса с просьбой и разрешением воспользоваться ресурсами этого конкретного дерева. И дождалась ответный отклик и одобрение.
После рассказов Харна, я была уверена, что лучше сразу поставить в известность хранителей Вечного Леса, которых называют лесными жителями, что здесь появилась «я» с темным даром и добрыми намерениями. Уверена, что они уже знали, но стоило быть вежливыми в гостях, вдруг получится воспользоваться Вечным Лесом, как убежищем.
Лесные жители мне заранее импонировали и казались отличным, и даже надежным запасным планом, если с орденом прийти к единому мнению не получится. Бросать светлых на полпути не хотелось, им необходимо осознать нужность темных, при этом надо постараться остаться в живых в своих попытках донести до них истину.
За моими действиями все еще наблюдали, и зрелище их не разочаровало. После разрешения Вечного Леса я приступила к трансформации дерева.
Заново вырастить ветку или дерева я не могу, мой дар имел противоположное начало. Но создать симбиоз из своей силы и уже живого дерева мне подвластно. Поэтому у ярко оранжевого ствола начала расти дополнительная ветка черно – золотого цвета нужной мне формы, которая будет нашим кровом на эту ночь. Иголки и ветки росли так часто, что через них не будет проникать ни свет, ни дождь. Ляжем мы с дочерью все на тот же «позаимствованный» матрас из темной башни. Его я увеличила и устроила внутри древесного навеса. Как только я закончила, то поблагодарила дерево за помощь и дала обещание убрать все лишнее после проведенной ночи.
…Близ сослового леса…
…Служители ордена Пресветлого наблюдали за темной колдуньей, по привычке про себя называя ее именно так, и поражались тому, какой чудесной может быть темная сторона. И в этот момент у каждого из обладателей светлого дара, и даже у маленькой девочки зачесались ладони от желания создать нечто подобное.
Однако дочери колдуньи оставалось только мечтать об этом, а служители будто резко пробудились и вынырнули из долгого и крепкого забвения. Их руки покалывали и зудели. А там, где подселился огонь Пресветлого, развернулось нечто неясное.
Захотелось использовать свой дар не для того, чтобы казнить, убивать, нападать, защищаться, а для того, чтобы создать что-то прекрасное или совсем обычное, ведь когда-то им было доступно такое. Хотя бы вырастить обычную ромашку. Но оба светлых сдержали порыв к созданию жизни, посчитав его за слабость. Но лишний раз получили подтверждение намеченной дороги, каждый для своей…
