Внезапно ей бросился в глаза один из заголовков: «Наследный принц женится на дочери стриптизерши-алкоголички. Отношения с соседями под угрозой».
К тому времени, когда Нико вернулся в свои покои, он уже еле держался на ногах от усталости. Несколько часов он провел с королем Паоло и своим отцом, обсуждая детали соглашения между двумя государствами.
Паоло сначала потребовал от него развестись с Лили, отказаться от сына и жениться на Антонелле. Нико сразу заявил, что касаться подобных тем не намерен. После долгих и трудных переговоров они согласились встретиться еще раз в Монтеверде и уже подробно обсудить экономические вопросы.
В комнатах было тихо, когда он вошел. Он вернулся раньше, чем предполагал, но Лили все равно могла уже лечь спать. Нико устремился к двери в спальню, и сердце его заколотилось в радостном предвкушении. Найдет ли он Лили обнаженной в их кровати? Или его жена будет в каком-нибудь кружевном белье? Или в той ночной рубашке?
Какая разница? Она возбуждала его в любом виде!
Однако когда он открыл дверь, то увидел совсем иную картину.
По полу были разбросаны журналы и газеты, а Лили сидела в кресле и читала одну из них. Она подняла голову, и он увидел, что ее глаза были красными от слез.
— Привет, Нико! Как дела?
Нико схватил одну из газет, и его охватило бешенство. Кто бы их ни прислал Лили, он заплатит за это! Судя по пакету, валявшемуся под столом, он понял, что кто-то намеренно собирал прессу, поджидая их возвращения во дворец.
Королева Тициана, кто же еще! Это было так на нее похоже. Ее жестокость не знала границ, особенно к тем, кто наиболее уязвим. Нико прекрасно помнил, как королева обращалась с ним, когда он только появился во дворце. Теперь она уже такого себе не позволяла.
Конечно, Нико знал, что подобные статьи неизбежны, именно поэтому сделал все возможное, чтобы во время их медового месяца ни одна газета не попалась им на глаза. Теперь он пожалел об этом. Ему было не привыкать к грязи, которую выливали на него в желтой прессе, но он совсем забыл подготовить к этому Лили.
— Они знают все! — побормотала Лили. — О моей матери, о моем отце, о городе, где я выросла. Что мама какое-то время работала стриптизершей. Они называют меня охотницей за деньгам, пишут, что я обманула тебя и Денни не твой...
— Я знаю, что Денни — мой сын.
Она помахала газетой, которую держала:
— Да? Тогда, может быть, ты скажешь им об этом? Сделаешь заявление для них всех?
— Бессмысленно отвечать этим идиотам, — огрызнулся Нико.
Лили поднялась с пола и подошла к нему. Он был поражен, увидев, в каком она гневе.
— Я не знаю, как следует поступать в подобных случаях, Нико. Я не принцесса и не готова к такому! Но никому не позволю обижать нашего ребенка...
— Никто не причинит боли Денни! — воскликнул Нико.
— Тогда заставь их прекратить все эти инсинуации, и пусть они возьмут свои слова обратно!
— Лили, у нас в Монтебьянко, как и у вас в Америке, свобода слова. Я не могу заставить их замолчать. Так что лучше всего просто их игнорировать.
— Игнорировать? — изумленным голосом переспросила Лили. — Ты ничего не сделаешь, хотя твоего сына назвали незаконнорожденным, а жену — шлюхой?
Нико напрягся.
— Я тоже незаконнорожденный, cara. И могу тебя уверить, это не имеет никакого значения. Вся эта шумиха скоро уляжется. Ты теперь наследная принцесса, и тебе следует учиться не обращать внимания на прессу.
— Я и не подозревала, что мне придется мириться с ложью и переносить оскорбления.
— Ты же работала в газете, — резко произнес он. — Что тебя так удивляет?
— Я работала с порядочными людьми, Нико. Никто не станет печатать заведомо ложную информацию, которую легко опровергнуть. Это непрофессионально. И это неэтично.
Нико провел рукой по волосам:
— Согласен, но у папарацци нет такого понятия. Они гоняются за сплетнями, и чем скандальнее статья, тем лучше. Давай пойдем в кровать и забудем обо всем. Тем более что завтра мы летим в Монтеверде. Ты должна быть готова к поездке.
Она обхватила себя руками и отвернулась. Подбородок ее задрожал, и Нико почувствовал себя виноватым.
— Лили...
— Монтеверде? — перебила его Лили. — Туда, где живет принцесса Антонелла?
— Si.
Она рассмеялась, что стало для Нико полной неожиданностью.
— Потрясающе, просто потрясающе. А что, если я откажусь?
Гнев охватил его.
— Ты не можешь отказаться. Это твоя обязанность.
— Нет, это твоя обязанность!
Нико снова напрягся.
— Ты моя жена, Лилиана. Мы полетим в Монтеверде завтра вечером, и ты будешь выглядеть счастливой.
— Конечно, ваше высочество, — огрызнулась Лили. — Будут ли еще какие-нибудь приказания, о повелитель моей души?
— Лили... — протянул Нико, едва скрывая усталость в своем голосе.
Она вздохнула, и подбородок задрожал еще сильнее. Он видел, что Лили готова расплакаться.
— Я ничего этого не просила, Нико. Ты заставил меня выйти за тебя замуж, а теперь пытаешься сделать из меня другого человека. Если тебе не нравится, как я справляюсь с ролью принцессы, то вини лишь себя за неправильный выбор.
Нико сжал зубы.
— Я не заставлял тебя заниматься со мной любовью два года назад и не прокалывал презерватив, чтобы ты забеременела. Так получилось, Лили. Теперь мы должны с этим смириться.
Лили взмахнула рукой:
— А ты подумал, что будет, если они отыщут мою мать в каком-нибудь захудалом баре и спросят у нее, как та относится к тому, что ее дочь вышла замуж за принца?
— Они ее не найдут.
Она замерла.
— Что ты имеешь в виду? Почему они ее не найдут?
— Я уже нашел ее. Она в реабилитационной клинике.
Разумеется, он все узнал о семье своей будущей жены и предпринял необходимые шаги. Его люди отыскали женщину в ночном клубе, в стельку пьяную. Она даже не помнила имени внука и утверждала, что слишком молода, чтобы быть бабушкой.
Лили посмотрела на него так, будто он продал ее мать в рабство:
— Ты поместил мою мать в клинику, ничего мне не сказав?
Ему оставалось только наблюдать, как мрачнело ее лицо. Голос у нее сделался глухим.
— Я не разговаривала с ней после рождения Денни. Как ты ее нашел? Зачем?
— У меня есть свои ресурсы. И я должен был это сделать, например, по той самой причине, о которой ты только что сама сказала.
— Я хотела помочь ей, но она никогда не слушала меня. И у меня не было денег...
Нико очень хотелось подхватить Лили на руки и отнести на кровать, чтобы весь этот разговор поскорее вылетел у нее из головы. Однако вряд ли она упадет в его объятия, как это было утром. Поэтому он подошел к телефону и взял трубку, чтобы вызвать людей убрать комнату и унести газеты.
