— Мы с удовольствием приняли ваше приглашение, ваше величество, — ответил Нико, хотя Лили было известно, что это было далеко не так. — Моя супруга и я благодарим вас за гостеприимный прием.
— Позвольте мне представить вам моих министров, — сказал король. — Антонелла, развлеки пока спутницу принца.
Лили с бьющимся сердцем наблюдала за тем, как они удалились, и, в конце концов, повернулась к женщине, которая могла бы стать женой Нико.
— Мне жаль, что вам приходится этим заниматься.
Всем наверняка было интересно, как их принцесса поведет себя с женщиной, из-за которой потеряла жениха.
Антонелла подняла бокал.
— Это моя обязанность, — ответила она и сделала небольшой глоток.
Опять! Лили уже начала тихо ненавидеть слова «долг» и «обязанность». Она наклонила голову, изучая свою собеседницу. Что-то было странное в ее макияже...
— С вами все в порядке?
Антонелла поерзала в своем кресле и немного наклонила голову.
— Да. Это так... — сказала она, поднимая руку к щеке. — Получилось неловко... ударила себя дверью.
Хотя в жизни все бывает, Лили не поверила ей. Кто же мог ударить ее? Отец? Лили внутренне поежилась. Мужчина ей сразу не понравился, да и Нико рассказывал, что он не отличается добрым нравом.
Антонелла завела непринужденную светскую беседу, и Лили слегка расслабилась и даже вскоре стала симпатизировать принцессе, хотя вопросы той и были вызваны исключительно вежливостью, а не искренним любопытством.
— Ваш сын уже разговаривает?
Лили рассмеялась:
— Да, порой и не остановишь.
— Я бы тоже хотела иметь ребенка, — задумчиво протянула Антонелла.
Лили прикусила губу и промолчала. Через некоторое время Антонелла будто очнулась и неожиданно спросила:
— Ты любишь мужа?
Лили растерялась. Стоит ли говорить правду? Но потом все же произнесла:
— Да, люблю.
— Тогда я рада за тебя. Любовь — это потрясающее чувство. Надеюсь, я тоже когда-нибудь встречу мужчину, которого полюблю. — Улыбка Антонеллы была очень... искренней.
— Вы разве не любили Нико? — удивленно спросила Лили.
— О Господи, нет! — рассмеялась принцесса. Лили почувствовала, будто гора упала с ее плеч.
— Ты кажешься довольной! — улыбаясь, заметила принцесса.
— Должна признаться, что так и есть. Я очень боялась, что невольно разрушила ваши мечты.
Антонелла покачала головой:
— Я была обручена с Гаэтано. Бедняга... Когда Гаэтано умер, отец «посватал» меня за Нико.
— Вы обязательно найдете своего мужчину, — сказала Лили. — Это происходит обычно, когда меньше всего этого ожидаешь.
— Я в этом не уверена. Возможно, любовь не для меня. — Глаза Антонеллы сделались серьезными. — Будь осторожна, Лили. Принц Нико красивый и привлекательный, но он сам знает об этом и умеет пользоваться своим очарованием. А значит, и разбивать сердца.
— Я... да, я знаю.
— Не хочу тебя расстраивать. Ты хорошая девушка, но Нико... Я бы не стала говорить, если бы не знала правды. Он встречался с одной моей школьной подругой несколько лет назад. Она уже ждала предложения от него, однако Нико нашел себе новую женщину для развлечений. Такие мужчины, как он, легко пресыщаются и двигаются дальше. — Видимо увидев расстроенное лицо Лили, она поспешила добавить: — Впрочем, волноваться раньше времени не стоит! Может быть, брак благосклонно подействует на Нико. Тогда я напрасно тебя расстроила!
— Нет, вы правы. Было бы наивно надеяться на что-то другое.
Лили отпила из бокала, чтобы хоть немного отвлечься от разговора.
Вдруг она поняла, что Антонелла с ужасом смотрит куда-то за ее плечо. Лили повернула голову и увидела группу вооруженных мужчин, которые направлялись к их столику. Антонелла резко поднялась с кресла, и Лили инстинктивно тоже вскочила на ноги. Она еще больше удивилась, когда принцесса схватила ее за руку и заслонила своим телом.
— Чего вы хотите? — властным голосом спросила Антонелла, когда мужчины обступили их.
— Scusi[11], Principessa Antonella, — произнес высокий худощавый мужчина, который, вероятно, был главным среди них. — Нам поручено арестовать эту женщину.
— Эта женщина — наследная принцесса Монтебьянко, — возразила Антонелла. — Вы, должно быть, ошиблись.
— Нет, Mi Principessa, мы не ошибаемся.
Нико сидел в королевском кабинете и слушал разглагольствования короля Паоло о необходимости объединить силы Монтеверде и Монтебьянко для того, чтобы подчинить Монтероссо их воле. Он чувствовал, что напрасно тратит время. Амбиции короля могли лишь навредить его стране.
Поглядывая на часы, Нико ждал удобного момента, чтобы вежливо прервать разговор, найти жену и улететь обратно домой. Они уже и так пробыли тут более двух часов, а Паоло не проявлял никакого внимания к договору, который они собирались обсуждать.
В комнату вошел мужчина, с поклоном передал королю записку и, наклонившись, что-то шепотом сообщил ему на ухо.
— Принц Нико, — сказал король с довольной улыбкой, когда они снова остались вдвоем. — Кажется, мы задержали вора.
— Вора?
Нико охватило нехорошее предчувствие.
— Мне жаль это сообщать вам, ваше высочество, но, кажется, женщина, которая сопровождала вас сегодня, принадлежит к международной банде, занимающейся незаконной торговлей предметами искусства.
Нико вскочил с кресла, но в ту же секунду в дверь ворвались несколько вооруженных мужчин, и он остался стоять, бессильно стиснув кулаки. Сердце его встревоженно забилось.
— Если вы тронете ее хоть пальцем...
Как он мог привезти Лили сюда? Как мог подвергнуть ее жизнь опасности? Надо было отказаться, как бы ни настаивали отец и Паоло.
— Трогать мы ее не собираемся, — холодно ответил Паоло, и вся его наигранная вежливость мгновенно улетучилась. — Мы лучше вот что сделаем: ты разведешься с этой женщиной и женишься на моей дочери, как мы и договаривались.
— Вы осмелились арестовать мою жену? А теперь еще угрожаете мне? Вы играете с огнем, Паоло! Не боитесь войны?
— Ты объявишь мне войну из-за женщины?
— Дело не в женщине, — возразил Нико. — Вы оскорбили мою страну и проявили неуважение по отношению к законной наследной принцессе.
Лицо Паоло побагровело, и он, что есть силы, стукнул кулаком по столу.
— Ты женишься на моей дочери. Я настаиваю. — Слюна скопилась в уголках его рта. — Если ты не сделаешь то, что я скажу, я убью вас обоих.
Нико хотел было рассмеяться, но вдруг понял, что Паоло не шутит. Глаза короля опасно заблестели. Он-то думал, что Паоло — упрямый самодур, а теперь понял, что имеет дело с психически нездоровым человеком. До него доходили слухи о чем-то подобном, но Нико никогда не верил им.
