аттестат зрелости Забара. Она очень удивилась и обрадовалась одновременно.
Попрощались и отправились в Покров сопроводить Забара. С нами поехал воспитатель детдома, бывший руководитель оперчасти одной из колоний в Смоленской области. Он хотел познакомиться с директором колледжа и условиями для проживания воспитанников. По дороге заехали пообедать в придорожное кафе. Меня там хорошо знали. поскольку во время поездок мы часто там останавливались. Вдруг за обедом Забар говорит: «Отец письмо прислал. Вам привет передаёт. Пишет, рад, что рядом со мной появился такой уважаемый человек. Спрашивает, не могли бы вы перевести его из зауральской зоны поближе к центру». Все улыбнулись. С отцом Забара я знаком не был. Да и самого юношу его родитель видел только в младенчестве. Я сказал Забару, что, если уж стал переписываться с отцом, то надо писать ему. «Видимо, это ему нужно. А от меня передай привет и объясни, что по его статье перевод не возможен. Всё зависит только от его поведения».
В колледже я при Забаре и при воспитателе взял на себя ответственность перед Сергеем Ивановичем за поведение моего подопечного во время учёбы. Забар пообещал: «Я Вас не подведу». Он слово держал и за него отвечал – жизнь научила. Забар окончил факультет физического воспитания с хорошими оценками. Он очень хотел служить в армии, в спецвойсках, но была одна проблема – зрение. Ему сделали удачную операцию, и оно полностью восстановилось. В результате юношу взяли в морскую пехоту Балтийского флота. Службу он нёс отлично, и потому в составе подразделения морской пехоты 9 мая 2011 года прошёл по брусчатке Красной площади на параде в честь Дня Победы.
«Гладиаторы»
Гладиатор – воин, который бьётся за свою жизнь.
А жизнь зависит от его духа, воли и мастерства
В конце девяностых мне пришлось познакомиться с Сергеем Александровичем Федюкиным, интересным человеком, десантником. Сергей возглавлял спортивный клуб «Гладиатор», где занимались воспитанием детей группы риска, в основном, из неблагополучных семей, проще говоря, ребят, у которых родители сидят в тюрьмах или пьют, ведут асоциальный образ жизни.
В клубе «Гладиатор» два спортивных зала. Расскажу вам историю возникновения одного из них. Где-то в конце девяностых годов клубу отдали подвальное помещение под спортзал. Пришли посмотреть, спустились в подвал. С порога услышали под ногами хруст, когда зажгли свет, увидели: весь пол толстым слоем покрыт использованными шприцами. И это в Москве, в обычном доме рядом с метро. По количеству шприцев, конечно, использованных, было понятно, что притон существовал не один год, хотелось воскликнуть: «Куда смотрела милиция?» Неделю старшие ребята и тренеры выгребали эти шприцы своими руками. Правда, всем выдали толстые резиновые перчатки для безопасности. На ребят это произвело сильное впечатление. Можно много и долго говорить о вреде наркотиков, но это всё слова, а можно один раз увидеть, что в разы сильнее действует на психику человека, особенно молодого. Сейчас там два зала: бокса с профессиональным рингом и борьбы.
Очень часто подростков приводили в клуб сотрудники милиции. Для ребят это был последний шанс направить свою жизнь в другое русло, иначе им оставались суд, тюрьма, зона и, как говорят, далее везде. Ребята могли заниматься многими видами спорта: боксом, кикбоксингом, самбо, армреслингом. Замечу, что и девушки интересовались этими видами, а команда черлидинга в начале двухтысячных на чемпионате Москвы заняла почётное третье место. Кстати, тренером у них был кикбоксёр. Девушки были не из лёгких. Тренерский состав «Гладиатора» – молодые ребята с высшим образованием, хорошие спортсмены. Я часто приходил в клуб и видел, как они профессионально проводят тренировочные занятия. Работать с подростками, у которых души изранены, очень сложно. Надо быть не просто тренером: «Смотри на меня и делай, как я!» Тут важно объяснить каждому, как правильно выполнить данное упражнение, удар, приём, как защититься. Нужно быть педагогом. После окончания занятий каждый тренер находил время для общения с учениками. Это необходимо для доверительных отношений между ним и учеником. Приёмы боевых искусств и единоборств – это оружие. История знает много примеров, когда их использование приводило к серьёзным увечьям и даже к смерти. Поэтому для тренера важно не только подготовить чемпиона, а посредством тренировок и общения сформировать личность своего ученика. Духовно-нравственное воспитание – процесс постоянный. Человек совершенствует эти качества: любовь к родным, близким, учителям, наставникам, командирам и, конечно, к Родине – всю жизнь. Так формируются патриотизм, готовность к защите Отечества.
Время шло, подростки менялись на глазах, конечно, в лучшую сторону. Очень важно, что новички, приходившие в клуб, попадали в уже сплочённый коллектив, поэтому процесс воспитания, а точнее перевоспитания, шёл быстрее. Не только тренерский состав, но и весь коллектив помогал новичкам в выборе правильного направления жизни. Большинство воспитанников встали на верный путь. Многие оказались хорошими спортсменами, добились высоких результатов, стали чемпионами России, Европы и мира. Один из них Дмитрий Никитин, который вырос в клубе и от новичка дошёл до чемпиона мира по кикбоксингу в супертяжёлой весовой категории. Дмитрий выиграл звание чемпиона на моих глазах, хотя финального боя не было, так как спортсмен из Англии не вышел на ринг, заранее признав своё поражение. А главное – Дмитрий после окончания института вернулся в клуб и до сих пор тренирует и воспитывает подростков.
Подкидыш
В декабре 2006 года мы совместно с ФСКН и офицерами спецназа проводили очередной военно-спортивный лагерь «Юный спецназовец». Все руководители отрядов были офицерами – это очень важно для воспитанников. Ребятам, особенно трудным, которые несмотря на достаточно юный возраст прошли через тяжёлые жизненные испытания, необходим достойный пример. Офицер – это состоявшаяся личность, тем более, если он служит в спецназе и не раз участвовал в операциях по обезвреживанию бандитов, подвергая свою жизнь смертельной опасности. Еще раз подчеркну, подросткам, у которых за плечами серьёзные правонарушения, авторитет командира необходим. Если его нет, то о перевоспитании нечего и говорить – ничего не получится. Я это знаю по своему личному опыту, который складывался десятилетиями.
В первый день лагеря, вечером, ко мне в комнату зашли два моих помощника, молодые офицеры. Два Александра – Басманов и Кертанов. И с порога: «К вам делегация из детского дома. Привезли троих ребят, просят взять». Я: «Пусть заходят». Вошли две женщины – директор детдома и заместитель директора. Поздоровавшись, представились и в два голоса: «Мы много слышали о ваших лагерях. Знаем, что берёте даже самых трудных. Возьмёте наших?» Возникла пауза. Я спросил, обращаясь к офицерам: «Берём?» Они: «А что делать? Отступать нельзя!» Лично я этих ребят не видел, но командиры с ними уже встретились, но ещё не разговаривали. Пригласил приехавших. Вошли, поздоровались, со
