напроситься в команду к Ю Шун?
– Есть одно условие, – неожиданно заговорила Шоу Ксиодан, – объединяться дозволено ученикам только с разных пиков.
Сердце Мейлин разом ухнуло в пропасть. Она поняла, что не сможет присоединиться к своим приятелям, и сразу же представила одинокие блуждания по лесу.
– Да, таковы правила, – сочувственно кивнула Хао Роу, – все потому, что ученики должны научиться сотрудничать друг с другом.
Кан Мейлин мысленно вздохнула. Три дня. Через три дня начнется очередное испытание.
После того, как Старейшины ушли, ученики начали переговариваться и заключать союзы с другими пиками. Конечно, наибольшей популярностью пользовались признанные таланты. Так, Ю Шун сразу же пригласила Цао Дандан.
Высокомерная принцесса Цао так и проговорила:
– Я слышала, тебя считают лучшей из новичков на пике Шаньси? Присоединяйся к нашей команде.
Ю Шун скромно улыбнулась:
– О, это преувеличение, я не настолько хороша. Но с радостью приму твое предложение.
Кан Мейлин заметила, что целительницу Мяо Ронг также затянули в команду. Из-за нее некоторые даже успели поссориться. С другой стороны, Лан Шанью стоял в гордом одиночестве. Линлин думала подойти к нему, но он явно предпочтет сделать все в одиночку. Однако, пока Кан Мейлин плавала в собственных сомнениях, Цао Дандан увидела Шанью и, по-видимому, вспомнила предыдущие инциденты общения с ним. По губам девушки пробежалась ехидная улыбка, когда она подошла к нему и гордо проговорила:
– А ты, конечно, собираешься идти в одиночку? Впрочем, оно и видно, никто не захочет составить компанию такому мусору.
– Не разговаривай со мной, – лениво отозвался Лан Шанью, не выразив и капли обиды.
Чего не скажешь о самой принцессе Цао. Кан Мейлин предполагала, что ее подбитое самолюбие никак не желает замолкать, вот она и бесится. Однако, прежде чем Цао Дандан успела продолжить словесную атаку, Лан Шанью вдруг отвернулся от нее и решительно направился в сторону. Только через десяток секунд Кан Мейлин осознала, что он идет к ней!
– Сестра Кан, – окликнул ее заклинатель с нескрываемой иронией, – будешь моим компаньоном в Лесу Благоденствия?
В тот момент Линлин ощутила на себе с десяток колких взглядов и мысленно простонала: «Он это нарочно, я права?» Но перспектива пойти одной все еще нравилась ей меньше, поэтому Мейлин слабо кивнула и тут же увязалась следом за юношей, подальше от агрессивных личностей!
– Лан Шанью! Ты же специально меня позвал, да? – печально окликнула она его.
– М? – Он усмехнулся. – Нет. Я в любом случае собирался это сделать.
Мейлин удивленно застыла. Они стояли около Центрального Храма, чуть в отдалении от главного входа. Чудесный закат разливался по горизонту, окрашивая бледное лицо Шанью в алые тона.
– Правда? – неуверенно улыбнулась она. – Ты захотел взять меня с собой?
Лан Шанью посмотрел ей в глаза, явно намереваясь что-то сказать, но лишь поджал губы. Его лицо на миг показалось отстраненным и усталым.
– В некоторых случаях лучше не быть одному.
– Это верно, – с готовностью кивнула Кан Мейлин, – но, признайся, тебя поразили мои навыки, да?
Она просто дразнила, не надеясь на положительный ответ.
– Сколько раз ты купалась в пруду, пока практиковала с мастером цингун? – насмешливо спросил он, безошибочно попав в цель.
– Ну, – она рассмеялась, а потом вдруг спросила: – Стоп, ты наблюдал за мной?
Лан Шанью нахмурился и отвел взгляд, а потом признался:
– Иногда.
Пожалуй, это поразило Кан Мейлин сильнее всего. Ей казалось, что юный заклинатель достаточно безразличен, но… Похоже, он хоть немного волновался о ее успехах.
– Вот как? Тогда ты, должно быть, успел оценить цингун в воде, – пошутила Линлин, смущенно заправив темную прядь за ухо.
– Ты стараешься, – пожал плечами Лан Шанью, восприняв все сказанное неожиданно серьезно, – это достойно похвалы.
– Да, но… – Кан Мейлин вздохнула. – Старания не всегда…
– Мне это нравится.
Шанью перебил ее, и легкая улыбка на краткий миг промелькнула на его губах. Эта улыбка сильно поразила Линлин. Все потому, что Лан Шанью впервые улыбался искренне. Не было того хищного оскала, скрывающего клыки молодого зверя. Сейчас он не смотрел на нее, вместо этого наблюдая за заходящим солнцем, а Мейлин была совершенно очарована. Эта слабая улыбка делала его настолько красивым, что дух захватывало. Ее сердце замерло, а щеки, наверное, покраснели. Но Кан Мейлин спишет все на слишком яркий закат.
И все же его голос, шепчущий «Мне это нравится», преследовал ее даже во сне.
* * *
– Ты ему доверяешь? – Этот вопрос задала Ю Шун на следующий день. – Знаешь, он довольно жестокий парень.
Кан Мейлин могла не играть в угадайку, прекрасно осознавая, о ком идет речь.
– Это тебе Цао Дандан сказала? – невинно уточнила Линлин. – У них не лучшие отношения.
– Нет, дело не в ней. Просто его ненавидят на пике Хэншань! – фыркнула Ю Шун. – Кажется, Лан Шанью уговорил Старейшину Юй Чан-Луна позволить ему изучать боевые техники.
«У него вышло?» – невольно удивилась Кан Мейлин, но виду не подала.
– Разве это запрещено? – с сомнением спросила она.
– Не то чтобы. Конечно, все Бессмертные в той или иной степени знакомы с боевыми техниками, но этот Лан Шанью, похоже, хочет уравновесить способности заклинателя физической мощью. Он слишком самонадеян! – выпалила Ю Шун.
– Если у него получится, – пробормотала Мейлин.
– Что?
– Если у него получится, это ведь хорошо? – Она невинно улыбнулась. – Старейшина Юй Чан-Лун явно возлагает на него большие надежды.
Ю Шун закатила глаза:
– Ты не понимаешь! Он недостаточно добродетелен для того, чтобы стать лучшим на пике Тайшань!
«Но кто именно определяет уровень его добродетели?» – невольно подумала Кан Мейлин. Да, возможно, Шанью нельзя назвать самым добрым и отзывчивым, но он, судя по всему, умен и трудолюбив. Так отчего же ему не быть лучшим?
– А Цао Дандан? – вырвался у Линлин неожиданно резкий вопрос. – Она достаточно добродетельна?
Принцесса Цао была жестокой и эгоистичной. Кан Мейлин казалось, что уровень ее жестокости намного выше, чем у Лан Шанью. Но все вокруг относились к ней подобострастно и активно льстили.
– Это… – лицо Ю Шун потемнело, возможно, из-за того, что раннее она вступила в союз с Цао Дандан. – Она только кажется немного суровой!
Кан Мейлин беспечно улыбнулась:
– Лан Шанью – тоже.
Она не хотела продолжать бесполезный спор. К тому же, Линлин подсознательно чувствовала ложь. Многие из тех, кто показательно ненавидел Шанью, на самом деле смотрели на него с плохо скрываемой завистью. И из-за этого им хотелось сбить спесь с гордого юноши, заставив его поклониться.
Действительно ли это подлинная ненависть?
Глава 14
Чтобы достичь Леса Благоденствия, им нужно было спуститься с горы под надзором
