в амонтильядо и в фино.
– То есть нас хотели не разорить, а попросту уничтожить?
– Похоже на то.
– Чьи… – Голос сеньора Мануэля дрогнул, он откашлялся и продолжил спокойно: – Чьи конкретно именные бочки обокрали?
– На наше счастье, в основном уже умерших. А остальные… Все члены нашей семьи, ректор Университета в Саламанке, глава Гильдии артефакторов, королевский казначей, глава Совета магов при его величестве. Много кто пострадал.
– Минуточку. – Капитан привстал. – Вы сказали – глава Совета магов?
– Ну да, дон Алонсо де ла Суньига.
– Тогда, я думаю, мы быстро найдем вашего вора. Гораздо быстрее, чем я сам мог бы предположить.
– Поясните, капитан.
– Дело в том, что дон Алонсо – побратим моего отца. Сегодня вечером он должен появиться на его дне рождения. Секретно, конечно, но ничто не помешает мне попросить его магическими методами проверить следы. Хотя бы прислать кого-то, кто это умеет!
– Неужели в Городской службе магической безопасности нет специалиста? – удивилась я.
– А! – Капитан переглянулся с сеньором Мануэлем и с отвращением сплюнул. – Есть-то он есть, только лучше бы не было.
Стало понятно, что больше ничего о «специалисте» мы не услышим… Ну и ладно, в конце концов, что мне было за дело до мага-безопасника в маленьком городке на юге Спаньи? Я отсюда уеду послезавтра и никогда больше не вспомню бочки с хересом, серебристо-серых танцующих лошадей и фанданго ночью на площади.
– Ладно, меня ждет допрос Риверы, – сказал, вставая, капитан. – Сеньор Мануэль, могу ли я надеяться, что вы тоже посетите нас сегодня вечером? Разумеется, вместе с прекрасными дамами.
– Я буду, – просто ответил тот.
Исабель кивнула, потом сказала:
– Да, и Лизу я привезу.
– Вот и отлично! – Капитан Риарио Лопес сбежал по лестнице, прыгая через ступеньку.
– Откуда они взяли вино? – спросила я.
– Надо полагать, из подвала. Там стоит десяток больших бочек с неудачным вином, которое не пошло для хереса.
– Как-то не сходится, – продолжала я допытываться. – Предположим, воры слили из солер выдержанный херес. А потом ведрами таскали из подвала вино, чтобы заполнить опустевшие бочки?
– Нет, не ведрами, конечно. Дедушка, дай, пожалуйста, схему трубопроводов! – Исабель взяла еще один большой лист бумаги, раскрыла его и развернула в воздухе сложную разноцветную путаницу линий. – Смотри, вот эта зеленая линия идет из подвала наверх и разделяется на четыре ответвления. В подвале стоят большие бочки из нержавеющей стали. В них помещают обработанное гипсом сусло первого отжима и молодое вино после снятия с осадка. Иногда бывает так, что оно не годится для производства хереса – сахаристость мала. Тогда флер не примется и не будет расти. Понимаешь?
– Пока да, – улыбнулась я. Очень уж Исабель в эту минуту напоминала нашу преподавательницу по артефакторике – глаза горели, голос был твердый и настойчивый. Если даже не хочешь, все равно будешь слушать!
– Ну вот, это вино, его еще называют маст, мы переливаем. У солер объем шестьсот литров, а маст хранится в бочках по три тысячи литров. Обычно его выпивают за зиму. Но в прошлом году большая часть урожая паломино не набрала сахаристости из-за дождей, и вина получилось много…
– Все, поняла. – Я подняла ладонь, чтобы девушка еще раз не описывала мне весь дальнейший процесс. – То есть злоумышленники знали об этом трубопроводе и воспользовались им.
– И это сильно сужает круг подозреваемых, – веско заметил сеньор Мануэль. – Женщине, клеящей этикетки, или дегустатору ни к чему все это. А тех, кто знает, всего человек десять.
Он прищелкнул пальцами, и цветные линии погасли.
Мне же все не давала покоя мысль о запахе соуса со странным названием «чимичурри». Получалось, что она продавала его другим работникам винодельни. Но ведь главный инженер или старший мастер-виноградарь его не покупали, они и не готовили себе сами. Дегустаторы тоже его не ели, но уже по другой причине: им пряности вообще противопоказаны, сбивают тонкую настройку вкуса и обоняния. Соус шел тем, кто попроще. А сколько среди них тех, кто знал схему трубопровода?
– Исабель, а сколько всего народу работает здесь, в цехах? – спросила я.
– Сто двенадцать человек. На виноградниках больше, но они здесь почти не бывают. А что?
– У вас же есть что-то вроде штатного расписания? Дай, пожалуйста, у меня есть идея.
В общем, еще часа два мы с ней составляли списки, сверяли и прикидывали, кто попадал в оба перечня, где круги пересекались. Получилось, что в зону пересечения попадают одиннадцать человек.
– Немало, – сказала я, со вздохом откидываясь в кресле.
– Все-таки меньше, чем сто двенадцать, – с таким же вздохом ответила Исабель, потом взглянула на часы и вскочила. – Мы же с тобой опоздаем!
– Куда опоздаем? – удивилась я. – Сейчас только шесть, а звали к девяти. Еще куча времени!
– Так и пойдешь в джинсах?
– Но… – начала я и поперхнулась.
В самом деле, на праздники я, собираясь в короткую поездку, не рассчитывала. А идти в штанах, пусть даже модных и любимых, на прием в дом знатного спаньца было совершенно немыслимо.
– Значит, не пойду, – махнула я рукой. – Не больно-то и хотелось.
На самом деле хотелось, конечно. Мне были симпатичны Исабель и ее дед, мне понравился капитан… даже чуточку больше, чем просто понравился. Да и любопытно было: как здесь, на юге Спаньи, празднуют?
– Глупости, – фыркнула моя новая подруга. – Времени в обрез, но мы все успеем. Мои платья тебе не подойдут, ты выше ростом…
– Прежде всего твои платья на мне не сойдутся в талии!
– …поэтому будем комбинировать!
К половине девятого гардеробная комната Исабель стала сильно напоминать мою собственную перед отъездом: вещи висели на стульях и креслах, были разложены кучками и просто отброшены за ненадобностью. Сама она надела традиционное местное платье – алое, в черный горох, туго обтягивающее ее фигуру и пенящееся понизу пышными оборками. Туфли на каблуках, веер, высокая прическа с красной розой – красота! Мне достались широкая черная юбка и белоснежная блузка, взбитая кружевами на груди и манжетах.
– Ну вот. – Исабель с довольным видом гляделась в зеркало, стоя рядом со мной и обнимая меня за талию. – Теперь мы с тобой готовы к хорошей вечеринке!
Глава магического Совета при короле Спаньи Альфонсо VI, дон Алонсо де ла Суньига, выглядел точно так, как я представляла спаньского аристократа: высокий, сухощавый, с пронзительным взглядом черных глаз и орлиным носом. Он шагнул через портал и обнял именинника, потом склонился к руке его супруги, доньи Эстреллы.
Вечеринка предполагалась домашняя, для узкого круга, поэтому, увидев в большой гостиной толпу человек в сто, я слегка опешила. Это что, все были родственники? Исабель улыбнулась:
– Как
