себя за то, что скрывала от Патрика истинную причину, по которой опасалась привязаться к кому-либо из мужчин. Это была глубоко личная боль. Никто не мог разделить ее с ней.
Зал ресторана был заполнен гостями, одетыми в вечерние костюмы. Все наслаждались свободой, которую дарил праздник.
Оркестр исполнял лучшие мелодии последнего десятилетия. Он как раз начал играть «Странников в ночи», когда в зал вошли Патрик и Николь.
— Ты рада, что я уговорил тебя прийти сюда? — спросил Патрик, держа свою спутницу под руку.
— Да. — Глаза Николь странным образом сверкнули.
— Я же говорил, что тебе понравится.
— Да, говорил.
Кто-то похлопал Патрика по плечу. Он обернулся и увидел перед собой Гийома.
— Ничего, если я вас потревожу?
— Я слушаю тебя, — ответил Патрик.
— Надеюсь, ты не откажешь мне, как своему старому другу, если я попрошу разрешения пригласить на танец твою девушку?
Патрик посмотрел на свою спутницу, потом кивнул и сделал шаг в сторону. Гийом увлек Николь за собой. Движения его были плавными, и он старался соблюдать дистанцию между собой и партнершей.
— Я слышал, вы у нас сегодня героиня.
Как быстро мир полнится слухами, подумала Николь и, улыбнувшись, ответила:
— Все вышло случайно. Но главное результат. Вы не находите?
— Ой, как вы правы! — засмеялся Гийом. — Я в одном только завидую мерзавцу: он хоть совсем немного, но был с вами наедине.
— Я так не думаю. Хотя, должна признаться, вы на редкость обаятельный мужчина.
— Спасибо на добром слове. — Гийом сделал совершенно серьезное лицо. — По-моему, вы с Патриком очень хорошо подходите друг другу.
— Вы так считаете?
— Конечно, почему нет? Патрик очень положительный. Вы не поверите, но все те годы, что они прожили с Клодин, он не изменял ей.
— А для вас, наверное, это большой недостаток в мужчине?
— Нет. Но, по-моему, это слишком уж добропорядочно. — Лицо Гийома расплылось в лукавой улыбке. — Однако должен признаться, что лично я придерживаюсь другой точки зрения.
— А вы не боитесь, что так всю жизнь и останетесь, по сути дела, одиноким? — спросила Николь.
— Пока старюсь об этом не задумываться. А там будет видно, — честно признался Гийом.
Хотя Патрик и был поглощен в разговор с гостями, он не сводил глаз с Гийома и Николь. Наконец, не выдержав, он извинился перед ослепительной блондинкой, тщетно пытавшейся завладеть его вниманием, и устремился к танцующим.
— Этот танец мой, — похлопал он приятеля по плечу.
— Ты можешь пригласить Николь на следующий, — удивленно ответил Гийом.
— А я хочу пригласить и на этот, и на следующий. — Патрик притянул Николь к себе. — Я буду танцевать с ней весь вечер…
— Если я соглашусь, — кокетливо перебила его Николь. Затем улыбнулась и добавила: — А я согласна.
— Ты просто грабитель с большой дороги. — Гийом пожал плечами и обвел взглядом зал. — Быть может, найду сердобольную девушку, которой удастся исцелить мое кровоточащее сердце.
— Бог в помощь, — улыбнулась Николь.
Патрик и Николь начали танцевать, а Гийом устремился к брюнетке, чье короткое блестящее платье больше демонстрировало, чем скрывало.
— О чем вы с ним говорили? — поинтересовался Патрик.
— Обо всем понемножку. — Николь облизнула верхнюю губу. — Кажется, он задался целью сосватать нас. Странное занятие для заядлого холостяка.
— Я всегда верил, что Гийом способен родить блестящую идею.
Но Николь отрицательно покачала головой.
— Ничего у нас с тобой не выйдет, Патрик.
— Я и не утверждаю обратное. Просто даю оценку мыслительным способностям друга. — Он нежно провел рукой по спине Николь. Ткань платья была чуть толще папиросной бумаги. — Но я рад, что мы здесь вместе.
— Почему?
— Потому, что могу наслаждаться твоей близостью.
Николь поняла, что они танцуют, тесно прижавшись друг к другу.
— Николь…
— Что?
— Я хотел сказать… Спасибо, что рассказала, что поверила…
— Прекрати!
— Что прекратить? — не понял Патрик.
— Мне не нравится, когда ты такой хороший. Я предпочитаю, чтобы ты снова злился и кричал на меня.
Патрику, естественно, было невдомек, что ее полуправда была сродни откровенной лжи. И осознание этого терзало душу Николь.
— Я приму это к сведению, — попытался обратить в шутку ее слова слегка обескураженный Патрик.
Праздник закончился далеко за полночь. Поднимаясь по лестнице, Николь спросила Патрика:
— Не кажется ли тебе, что все удалось на славу?
— Да, и во многом это твоя заслуга. Нет, не во многом, а исключительно благодаря тебе все получилось…
Николь засмеялась, доставая из сумочки ключ.
— Ты безнравственный льстец.
Она вставила ключ в замочную скважину. Но дверь снова не хотела открываться.
— У меня лучше получится.
Словно по мановению волшебной палочки непослушная дверь распахнулась. Патрик улыбаясь вернул ключ хозяйке номера.
Николь опустила взгляд.
— Спокойно ночи.
Но он не думал, что расстанется с ней так быстро.
— Ты позволишь мне войти?
Она помрачнела. Неужели переоценила Патрика? Вряд ли стоило рассказывать ему о Жюле. Наверное, теперь он будет демонстрировать ей свое искреннее влечение.
— Кажется, ты сказал, что в следующий раз я сама выберу место и время?
— Да, я это сказал. Надеюсь, так оно и будет. — Он прошел в гостиную. — Если я зайду в номер, то еще не значит, что схвачу тебя в охапку и потащу в постель. К тому же я сегодня слишком устал, чтобы заниматься этим. — Патрик плюхнулся на диван и тяжело вздохнул.
Николь стояла возле двери, не смея шелохнуться.
— А другим? — неуверенно спросила она.
— И другим тоже. Мне бы только хотелось обнять тебя.
Она нерешительно приблизилась к Патрику.
— Только обнять? И ничего больше?
Патрик по-мальчишески застенчиво улыбнулся.
— Ну разве что я сумею собрать остатки сил и поцелую тебя.
Протянув руку, он обнял Николь за талию. Поколебавшись секунду, она села рядом с ним на диван. Он вытянул ноги и положил их на хрупкий кофейный столик со стеклом вместо столешницы.
— Не боишься, что столик развалится от такой тяжести?
— Развалится — заменю другим. Это мой столик. Сейчас он мне нужен для того, чтобы расслабиться. — Патрик поцеловал Николь в лоб. — А еще мне нужна ты.
Она устроилась поудобнее на груди Патрика и незаметно для себя уснула. Сегодня для нее выдался трудный день.
Николь открыла глаза, непроизвольно потянулась и почувствовала ломоту во всем теле. Рядом, обнимая ее, сидел Патрик.
Она удивленно спросила:
— И сколько времени ты вот так провел, глядя на меня?
Он улыбнулся.
— Довольно долго, у меня даже рука затекла. — Патрик покрутил рукой, разминая ее. — Ничего, поиграю в теннис, и все будет в порядке.
— Ты играешь в теннис? — Учась в колледже, Николь зарабатывала на хлеб тем, что обучала этой игре детей из богатых семей.
