нашем доме. Он был очень скромный и немного своеобразный человек. Но я думаю, это на него так профессия повлияла. Столько лет проработать следователем, нужны крепкие нервы. Да вы и сами знаете. Но вот со мной он ближе всех общался. Мы же соседи с ним и помогали друг другу. Он одинокий, у меня дочь живет в столице и приезжает только по праздникам, так что нам, старикам, нужно держаться вместе. У меня дачка небольшая за городом, я когда на все лето туда уезжаю, он за цветочками моими присматривал, поливал их, пыль в квартире вытирал. А я за его квартирой смотрела, когда он уезжал.
– А куда он уезжал? – удивилась Мила.
– Так он один раз в год в санаторий недели на три ездил, здоровье подправить. Ему наш местный терапевт путевку выписывал. Вот и я смотрела за квартирой. У меня так ключи на крючке и висят от его квартиры.
– Скажите, а вы в последнее время ничего странного не замечали?
– Странного? – переспросила Аглая.
– Ага. Может рассказывал он вам о чем?
– Да нет вроде. Все как всегда. Хотя… – Женщина задумалась.
– Что? – Мила тут же выпрямилась на стуле и напрягла слух.
– Разговор у нас с ним был примерно с месяц назад. Он на неделю раньше из санатория вернулся. Я так еще удивилась, поинтересовалась, не понравилось, что ли? А он ответил, что все хорошо, но дела у него в городе срочные появились, пришлось прервать лечение. А еще он между делом сказал, что скорее всего квартиру свою продаст и уедет из города. Я еще помню, так расстроилась – такой ведь сосед хороший был.
– А почему уедет, не говорил причину?
– Да нет вроде, – пожала старушка плечами. – А вы чай-то пейте-пейте, а то остынет.
Мила пыталась еще хоть что-то выспросить о следователе, но Аглая ничего полезного не рассказала. Но Миле и этого хватило. Что случилось месяц назад у Смешкова, что он вернулся раньше в город? И почему хотел уехать? Неужели от кого-то скрывался? На все эти вопросы Миле нужно было найти ответ. Что-то ей подсказывало, что неспроста он повесился. Допив наконец-то свою кружку чая, она стала собираться. Аглая проводила до двери.
Когда Мила натягивала куртку, у старушки зазвонил телефон. Та скрылась в соседней комнате, а девушке неожиданно на глаза попалась ключница, на которой висело всего-навсего две связки ключей и один одинокий ключик с брелоком в виде крохотного пистолета, и вот почему-то она сразу решила, что этот ключ именно от квартиры Смешкова. Пока не пришла Аглая, девушка аккуратно сняла ключик и убрала его в карман. Когда женщина вернулась, Мила уже надела куртку и обувь.
– Большое вам спасибо за чай.
– Да не за что, – улыбнулась старушка.
Распрощавшись, Мила вышла на улицу, вдыхая прохладный осенний воздух. Вернувшись обратно в гостиницу, она взяла тот же номер, в котором ночевала сегодня, и, заплатив за сутки вперед, стала ждать вечера. За это время она успела позвонить Федору и рассказать о новостях и о том, что задержится еще на день. Сегодня ночью хотела пробраться в квартиру к Смешкову и самой как следует обыскать ее. Навряд ли это сделала местная полиция, ведь та уверена, что Григорий Константинович самоубился, только вот Мила не была согласна с этой версией. И уедет теперь только тогда, когда убедится в своих домыслах или опровергнет их. Несколько раз у нее возникала мысль позвонить Стеклову и поинтересоваться, уехал ли он, но не стала этого делать. Все же его такая резкая смена поведения ее немного насторожила. Не ожидала она, что он разозлится на ее желание еще на день здесь задержаться. Ардо помнила о словах Ивана, что ему срочно нужно вернуться в город, возможно, из-за этого он так расстроился.
В полночь Мила отправилась к дому Смешкова. Припарковав свой автомобиль у соседнего подъезда, вышла на улицу и осмотрелась. Никого не было. Даже свет в окнах не горел, что оказалось ей на руку. Открыв дверь подъезда, на которой все так же отсутствовал домофон, девушка беспрепятственно вошла внутрь. Свет горел только на первом этаже, а вот на втором стоял полный мрак. И от этой темноты ей стало не по себе. Тяжело сглотнув, Мила сделала несколько шагов вверх по лестнице, держась за деревянные перила, и наконец-то поднялась на второй этаж, лестничную площадку которого освещал только свет уличного фонаря, падавший из широкого окна.
Мила подошла к соседской двери, приложив к той ухо и убедившись, что в квартире тихо и никто не собирается выходить, приблизилась к двери погибшего следователя. Аккуратно отодрала бумагу с надписью «опечатано» и достала из куртки ключ, который так ловко стащила из квартиры Аглаи. Только вот не успела она притронуться к замочной скважине, как позади раздалось насмешливое:
– Помочь?
От испуга Мила подскочила на месте и чудом не вскрикнула. А увидев улыбающееся лицо Стеклова, ей еще больше, чем прежде, захотелось его ударить. Мужчина стоял на ступенях лестницы, что вела на первый этаж. «И как он только так тихо прошел», – подумала Мила. Она ведь смотрела по сторонам и никого не заметила.
– Ты чего здесь делаешь? – шепотом проговорила девушка, оборачиваясь на соседскую дверь.
– Да вот, подумал, что без меня ты не справишься, и пришел помочь.
– Ты же вроде хотел уехать.
– Как видишь, не уехал, – развел мужчина руками.
Поднявшись с победной улыбкой на несколько ступеней вверх, Иван протянул свою ладонь, предлагая ему самому открыть дверь. Мила не стала возражать. От волнения у нее немного дрожали руки, и ей было даже стыдно признаться в этом самой себе, а тем более, если ее волнение увидит Иван, то уж точно не миновать подколов с его стороны. Приняв ключ, мужчина всунул тот в замочную скважину, делая несколько оборотов. Замок щелкнул, и входная железная дверь отворилась.
Стеклов вошел первый, Мила за ним, закрывая осторожно за собой створку. В квартире было тихо и темно. Ничто не говорило о том, что сегодня здесь нашли труп хозяина этого жилья. Достав мобильный телефон, Мила включила фонарик, за ней повторил этот маневр и Иван.
– Почему ты не уехал? – снова задала она вопрос, проходя дальше по коридору и осматриваясь.
Квартира Смешкова была двухкомнатной. По левую руку располагалась кухня, по правую – зал, в котором он повесился, а посередине – спальня. Мила шагнула сперва к спальне и, приоткрыв дверь, посветила внутрь комнаты фонариком. Кроме большой кровати и платяного шкафа здесь ничего не было. И она решила начать свой
