Он висел между фургоном и лошадью, а тем временем один из пленников мертвой хваткой ухватил его за горло. Крик Клида лишь слабо прозвучал в ушах.
Фургон тормозил, казалось, целую вечность. Наконец он остановился. Руки и щупальца саймов оттащили Валлероя. Он сидел на земле и растирал шею. Щупальца Клида осторожно ощупывали его раны. Проводник на саймском прошептал:
— Дикие джены — опасные животные. Может, теперь вы усвоите урок?
И лишь кривая усмешка на лице проводника помешала Валлерою ударить его по носу.
— Правило, назтер, таково: избегать их, пока они не будут цивилизованы. Это происходит быстро.
Валлерой оттолкнул руки сайма.
— Все в порядке. Поехали дальше.
Он снова сел на лошадь, и они поехали по редко населенной местности.
Когда прибыли в Имил, лошадей и фургон с пленниками увели за главное здание… очень похожее внешне на Зеор… а всадники вошли через главный вход.
Пропустив ланч, Валлерой обрадовался роскошному столу, накрытому в углу столовой. Они прибыли как раз вовремя для последней смены обеда, но большинство глав отделов задержались в ожидании возвращения Нашмара.
Хоть пище он и был рад, у Валлероя не было настроения разговаривать за столом. Он занялся едой и упорно молчал. В этом обществе он был уважаемым работником, чей талант высоко ценили. Он вытерпел достаточно оскорблений, чтобы почувствовать, что новый статус для него очень важен.
— Хью, — негромко сказал Клид, — день был долгий. Не хотите отдохнуть?
Валлерой осмотрелся и увидел, что за столом уже никого нет, на столе — остатки еды. Он допил свой стакан и встал.
— Кажется, я провалил экзамен по дипломатии.
— От художника ожидают эксцентричного поведения. Утром почувствуете себя лучше.
Стоило Клиду и Валлерою выйти в коридор, как показались кухонные работники с тележками: они словно ждали ухода последних гостей.
— Вы, должно быть, хорошо знаете это место.
— Имил построен точно как Зеор, только в зеркальном отражении и ориентирован с запада на восток. Помещения для гостей выходят на главные ворота.
— Я никогда там не был… я хочу сказать, в Зеоре.
— Вам, несомненно, там понравится: две отдельные большие спальни.
— О, дело не в этом!
Валлерой под загаром покраснел. Всю ночь он лежал неподвижно, как труп, боясь, что Клид может сделать что—то немыслимое.
Сворачивая на широкую лестницу, Клид рассмеялся.
— Знай Енава, о чем вы думаете, она упала бы в обморок! Проводники не способны ни на что, кроме энергичной, хотя и не частой гетеросексуальности.
— Вы читаете мои мысли!
— Конечно, нет. Но для всякого, кто изучал дженов, как я, ваши эмоции — ярко горящий маяк.
На третьем этаже лестница привела в роскошно убранный коридор, уставленный досаймскими скульптурами, которые все казались подлинниками искусства Древних. Валлерой и Клид шли между рядами статуй, остро сознавая, какие шедевры создавали их предки.
Художник в Валлерое стремился остановиться и рассмотреть все внимательней, но глаза его смыкались от сна.
Клид привел его в гостевой номер.
— Это ваша комната. А моя — вот эта.
Устало кивнув, Валлерой добрался до постели и сразу уснул. Проснулся он от яркого солнечного света и настойчивого стука в дверь.
— Назтер! Назтер!
Голос знакомый, обращение тоже. Еще не совсем проснувшись, Валлерой проворчал:
— Да. Что вам нужно?
— Назтер Хью, сектуиб Фаррис просит вас как можно скорей прийти в кабинет сектуиба.
— Который час.
— Уже почти полдень, назтер.
Валлерой застонал. Он проспал больше двенадцати часов — для него это необычная редкость.
— Скажите, что буду, как только оденусь.
— Спасибо, назтер.
Валлерой не привык к открытому восхищению. Вместе с роскошной обстановкой оно заставляло его чувствовать себя неловко… как будто он вышел за пределы своего круга, и ему вот—вот об этом скажут. Он с трудом выбрался из уютной постели навстречу дню, что бы это день ни принес.
Полчаса спустя, умытый, побрившийся и безупречно одетый в чистый зеорский комбинезон, который для него приготовили заранее… комбинезон совершенно новый и, очевидно, сшитый по размеру… он появился в помещениях сектуиба Имила.
Его немедленно провели во внутреннее святилище — кабинет сектуиба, словно очень важного посетителя. Проходя, он ловил на себе восторженные взгляды молодых женщин, работавших в офисе. Все это заставляло его нервничать.
Сам кабинет очень напоминал рабочие помещения Клида… все очень чисто, по—деловому, великолепно организовано и переполнено работой. Но на этом сходство заканчивалось. На стене висело множество набросков одежды. В углу, у окна, выходящего во двор, стоял манекен, одетый в безукоризненное вечернее платье, ближе к двери — другой манекен, атлетически сложенный и великолепный в многоцветном костюме. Как отметил Валлерой, это были манекены саймов.
Но самое поразительное в комнате было то, что Нашмар стоял у книжного шкафа, а Клид удобно сидел в кресле за его столом. Валлерой с удивлением рассматривал эту перемену ролей. Чтобы скрыть свое удивление, он сказал:
— Доброе утро, сектуиб… — и тут же сообразил, что не знает, как образовать от этого слова множественное число. — Сектуиб Нашмар, простите, что заставил вас ждать.
Нашмар обменялся загадочным взглядом с Клидом и ответил:
— Не обязательно быть преувеличенно вежливым, наз—тер. Клид?
Встав, Клид принялся расхаживать за столом.
— Хью, конечно, последнее слово за вами… но я согласился обменять четыре дня вашего времени на молодого проводника из Имила, по имени Зинтер. Начиная с сегодня, если вы согласитесь.
Валлерой искал на лице Клида какой—нибудь намек, но ничего не нашел.
— Вы оставите меня здесь на четыре дня?
— Нет, нет! — торопливо вмешался Нашмар. — Имил никогда бы не подумал разъединить проводника и его товарища. Не волнуйтесь, назтер, вы находитесь в приличной общине.
— Ага, — сказа Валлерой, стараясь, чтобы на его лице отразилось облегчение. — Сектуиб Фаррис, это делается в интересах Зеора?
— Сектуиб Нашмар знает, — последнее слово Клид подчеркнул, — что Зеору необходим кто—то подобный Зинтеру… молодой проводник, но с большим потенциалом… а Имилу необходим этот каталог. Кажется, это наиболее естественное решение обеих проблем.
— Если это в интересах Зеора, — сказал Валлерой, повторяя фразу, которую слышал уже много раз, — это и в моих интересах. — Он повернулся к Нашмару. — Я к вашим услугам, сектуиб.
Нашмар рассмеялся тем коротким напряженным смехом, который Валлерой уже привык ассоциировать с высшими руководителями общин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
