class="p1">- Афина, как обычно завоевывается расположение людей? - спросила она.
«Афина предполагает, что люди доверяют тем, что предлагает решения, помогает им, выглядит и звучит уверенно. Афина предупреждает, что не является нейросетью, обученной для подобного рода рекомендаций, Афина сделала эти выводы, основываясь на базе данных Афины, чья пользовательница Кассандра».
- Выглядит и звучит уверенно, - повторила Ника. - Борей. И предлагает решения. А еще очень громкий, всегда таким был. Думаешь, это и есть его формула успеха?
«Афина не может утверждать. Афине нужно больше данных».
Ника тяжело вздохнула. Времени оставалось немного, а задачи только множились. Выпрямившись, она покинула хибару. Солнце ослепило на мгновение, проморгавшись, Ника увидела людей, плетущих большие корзины.
- Присоединяйся! И не отлынивай! - радостно помахал ей Борей, вызвав очередной приступ раздражения.
Подавив вспышку агрессии, Ника постаралась улыбнуться и подошла ближе.
- Плетете корзины на продажу? - поинтересовалась она. Группа беженцев состояла только из женщин и детей, видимо, мужчины зарабатывали чем-то другим.
- А что еще остается? - печально протянула одна из беженок. - Только для этого легко можно найти материал, и нет никакой гильдии, в которую обязательно нужно вступать, чтобы иметь право торговать.
- Гончары эти поганые! - ругнулась другая. - Вот что им, жалко что ли? Ну сделали бы пару горшков, они не обеднели бы!
- Тише! - шикнула первая. - Донесут, мало ли.
Вторая замолчала, продолжая тяжело и зло дышать. Ника подошла к ней и присела рядом, подняв размоченные ивовые прутья и подглядывая за ее действиями. «Повезло», — подумала она, расслабляясь. — «Люблю такое. Еще бы одна была... Можно брать работу на дом».
- Не совсем так, - поправила ее соседка. - Они, когда высыхают, меньше становятся. Делай петли туже.
Ника кивнула.
- А ты явно не первый раз таким занимаешься, - после непродолжительного молчания продолжила соседка. - Как звать-то?
- Ника.
- Морена.
- Приятно.
Ника кивнула.
- А что там за дела с гильдией? - чуть понизив голос, спросила она. - Я тут совсем недавно, еще почти ничего не знаю
- Гильдии! Проклятые ворюги, - Морена едва не плевалась. - Видишь ли, ты не можешь торговать без их разрешения. Никак. А разрешение пятьдесят золотых стоит!
Ника, не удержавшись, хмыкнула.
- Дорого.
- Пф, дорого. Это не дорого, это неподъемно! Да будь у меня такие деньги, на кой шиш мне эти корзины вообще плести?
Ника кивнула.
- В обход никак торговать?
- Можно попробовать, конечно. Только вот в тюрьму не хочется, - Морена вздохнула, и многочисленные морщины на ее лице стали глубже.
Повисла тишина. Ника исподволь рассматривала ее — бедная, сильно застиранная одежда буро-серого цвета, загорелая сухая кожа, на руках начали проступать пигментные пятна. «Ровесница Нерея», — подумала Ника. — «Или старше». Женщина оставалась красива, но бедная одежда и плохие условия делали свое дело.
- Старуха, да? - криво усмехнулась Морена, заметившая эти взгляды. - А мне всего пятьдесят пять.
Ника вздохнула.
- Бедность никого не красит, - произнесла она. - И беды.
- Ха, а слова-то схожие.
Диалог снова замер, и они вернулись к своим корзинам. Вначале Ника работала медленно, постоянно оглядываясь на Морену и повторяя за ней, но спустя час пообвыклась и ускорилась.
Разговоры в небольшой группе быстро стихали и редко начинались. Ника чувствовала, что здесь какой-то подвох.
- А почему все молчат? - склонившись к уху Морены, спросила она.
- Соглядатаев боимся, - легко ответила та, не понизив, тем не менее, голос. - Тут все на всех доносят. Корзины вроде делать можно, для рыбаков, в обмен на еду и одежду, а также кое-какие гроши, но...
- Понятно, - Ника поискала глазами Борея. - А чем мужчины занимаются?
- Кто-то достает прутья, кто-то пытается наняться охранником в тавернах. Борей, вон, скоро пойдет. Такого здоровяка грех вышибалой не взять.
Ника задумалась. Закончив очередную корзину, с другом поднялась с места и растянула затекшую спину.
- Скоро вернусь. С Бореем переговорить надо, пока не ушел, - сказала она и пошла искать бывшего охотника.
- Борей, - окликнула она его, когда увидела его выходящим из почти такой же хибары, как и у нее. - Почему вы не ходите на охоту?
- Потому что охотиться можно только аристократам, - кинув на Нику почему-то злой взгляд, мрачно ответил он. - Если поймают, плетей отвесят.
- Даже так, - Ника нахмурилась. - А поподробнее.
- А что подробнее? Все земли разделены между местными... аристократами. Сеят, ходят на охоту, даже собирают травы — только их люди, всем остальным запрещено.
- Наняться к ним?
- Ты думаешь, мы не пробовали? Это одно из самых почетных занятий для нас, простых людей. Много платят, хорошо кормят. Меня даже на порог не пустили.
Он отвернулся, прикрыл дверь и мрачно глянул на Нику.
- Мне на работу пора, - буркнул он. - К полуночи вернусь.
Ника глянула вверх — полдень. Она проследила, как его высоченная фигура исчезает в хитросплетениях узких переулков. «Он движется по направлению к порту. Значит, работает в одной из таверн для моряков... Да, там точно нужны вышибалы». Ника вернулась к своей работе, полностью пропустив недовольные взгляды беженок.
Она напряженно размышляла. Первым импульсом Ники стало прямо тут же пойти и выкупить право на торговлю, но она остановила себя. Найти пятьдесят золотых — не проблема, но тогда группа беженцев привлечет внимание. И кто знает, кого, и чем это в итоге обернется.
«Могу только хуже сделать», - подумала она, оглядывая людей. Морена казалась тут самой старшей, в основном девочки казались даже младше ее. И несколько детей — парень, которому на первый взгляд она дала бы лет двенадцать, и девочка, которой было и того меньше.
- А совсем маленькие есть? - спросила она у Морены.
- Нет, - буркнула та, все еще злясь на самовольную отлучку Ники. - Страшно совсем маленьких морем везти.. Да и от моряков не спрячешься с младенцем-то.
- Разумно, - кивнула Ника. - Значит, только двое?
- Еще Геба, она больна. Вряд ли выживет, - Ника поразилась равнодушию, с которым Морена это произнесла.
- Почему?
- Лекарства дорогие, - с раздражением ответила Морена. - У нас нет на них денег.
Ника, сумев уловить настроение собеседницы, замолчала, полностью сосредоточившись на работе. С непривычки пальцы плохо гнулись, уставали, спина сильно затекала, и постоянно хотелось пить. Осеннее
