и жестом подозвал официанта. - Принесите розовое десятилетней выдержки.
- Сейчас будет.
Охлажденное, вынесенное из подвала вино разлили по небольшим кубкам — медь, инкрустированная серебром и полудрагоценными камнями. Таврион и Кассандра подняли их, чуть коснулись ими в воздухе и пригубили.
- И впрямь, отличное, - кивнул Таврион и притянул к себе второе блюдо, молясь, чтобы эта пытка закончилась как можно быстрее.
Как можно быстрее не получилось. В Эрзо трапезничали основательно, едва ли не часами, при этом так ничего толком и не съедая, и кровожадность Тавриона росла по минутам. Наконец они расплатились и вышли, торжественно прошлись по центральным улицам, не обращая внимания на жадные взгляды, и скрылись в прохладе холла гостиницы.
- Прекрасное начало дня, - Кассандра взялась за дверную ручку. - У меня еще много дел.
- Подождут, - обрезал Таврион. - Вначале поговорим.
Он открыл дверь первым, прошел мимо опешившей Кассандры и уселся посередине дивана.
- Вначале ты объяснишь свое поведение, - потребовал он, кипя от злости.
- Какое поведение? - Кассандра приподняла бровь.
- Мы тебе не слуги, - прошипел Таврион, подавшись вперед в ярости и сцепив кулаки. - Если ты намерена и дальше вытаскивать меня из кровати утром, не предупредив, пеняй на себя. И мне все равно на пользу общего дела — раз уже тебе плевать.
- Мне не плевать! - процедила Кассандра с идеально ровной спиной. - Что за...
- Заткнись и послушай, дрянь ты высокомерная!.. - Кассандра опешила от оскорбления. - Мы не смогли добудиться Эвра, потому что он не знал про твои планы рано утром, и он допоздна сидел со своими исследованиями. Если бы ты предупредила его, он бы встал. Кроме того, я успел изучить бумаги — ты сделала минимум! Если бы в твою хорошенькую и коварную голову пришла мысль посоветоваться со мной, я бы уже нашел поставщиков, у нас уже была бы отшита первая партия, и мы бы уже получили первые деньги и вклад в репутацию сегодня! Но ты так и не выучила свои уроки.
Таврион выдохся, обмяк и посмотрел на Кассандру с разочарованием.
- В следующий раз я пошлю тебя. Далеко и надолго. Невзирая на последствия, - предупредил он, выйдя за дверь и захлопнув ее.
Кассандра осталась стоять посредине комнаты, чувствуя, как трясутся руки. От обиды перехватило горло, глаза щипало от слез, щеки горели.
Селена, стоящая в дверях спальни, не знала, что делать и как реагировать. К несчастью, она слышала все, и чувствовала совершеннейшее согласие с каждым словом Тавриона — глубоко укоренившаяся привычка Кассандры общаться исключительно приказами уже успела проесть ей плешь.
«Присмотри за Кассандрой», — всплыла в памяти просьба Ники, и Селена, глубоко вдохнув, сделала к Кассандре несколько шагов.
- Он прав, - собрав всю волю в кулак, сказала она, переборов желание спрятаться в спальне. - Вы... Ты общаешься со всеми не просто, как со слугами, а.. как с рабами. Я работала раньше на господ, и они были человечнее.
- Сгинь, - Кассандра хотела прозвучать громко и повелительно, но голос ее подвел.
- Нет. Я бы сказала это мягче, чем он. Но Таврион прав, дело не просто в том, что на тебя будет кто-то злиться. От нас.. от тебя сейчас слишком многое зависит, чтобы допускать такие ошибки.
Кассандра сжала кулаки.
- Еще служанка меня не отчитывала!
- Почему нет? Почему я не могу тебе высказать, что думаю? - Селена почти не чувствовала рук и ног, но упрямо продолжала, шалея от собственной наглости. - Я наблюдаю за тобой уже несколько дней, у меня есть знания, глаза и уши, я умею делать выводы. Почему я не могу ими поделиться?
Кассандра, не выдержав, опрометью кинулась к столу и швырнула стоящую на нем вазу с цветами в стену. Раздался громкий звон, осколки брызнули во все стороны.
- Вон! - проревела она.
Селена осталась стоять на месте. Она не смогла бы точно ответить — потому, что устояла на силе воли, или же от страха потеряла способность двигаться.
- Ника просила меня за тобой присмотреть, - сказала она. - Я хочу это сделать. Но пока я для тебя не больше, чем самовызывающийся столик с едой, я не смогу помочь по-настоящему.
Кассандра, чувствуя, как по щекам потоком льются слезы, сама кинулась в спальню, с грохотом закрыв за собой дверь. Селена посмотрела на нее, мучительно решая, что делать дальше. Выдохнув, она медленно, не веря сама себе, дошла до двери и открыла ее. Кассандра обнаружилась лежащей на постели.
- Ты очень умная, - сказала она свернувшейся в клубок женщине. - Ты многое сделала. Ты нужна своему городу и команде. Но тебе нужно скорректировать твое общение со всеми нами.
- Я никогда ни с кем не общалась на равных, - прошелестело из-под одеяла. - Родители — с ними я снизу, они старше, авторитетнее. И слуги. У меня не было друзей, у меня нет ни брата, ни сестры.
- Для начала — извинись перед Таврионом, - предложила Селена. - Я бы начала с этого, если бы понимала, что не права.
- Угу.
- Мама пела мне колыбельную в детстве. Спеть тебе?
- Угу.
Селена, чувствуя себя словно во сне, подошла к кровати, присела на ее край и затянула простой мотив, чувствуя, как скучает по городу и семье. Когда она завершила, то тоже была в слезах.
- Он.. все такой же красивый?
- Да. Стал хуже, когда пришли кригеры, но все еще красивый, - Кассандра чуть высунулась из-под одеяла. - В квартале Эвгенис все еще ночами горят огни, Рыночная улица все также полна торговцев, Университет работает. И горы Драхус вдали. И лес вокруг.
Селена кивнула и утерла слезы:
- Надо его вернуть.
- Мы вернем, - Кассандра выпуталась из одеяла и увидела свою служанку словно в первый раз. - Мы вернем.
Таврион выдохнул сразу, как оказался в своей комнате. Выдохнул и пристыдился — оскорблять женщину ему до этого не доводилось, и на него тут же грузом осела вина. «Мог бы и лучше слова подобрать.. Кассандра доказала свою разумность, достаточно было бы просто объяснить», — думал он, нервно нарезая круги.
Одна из плиток под ногами издала неожиданно громкий звук. Таврион вначале остановился, даже не осознав, что именно не так — а потом лег, прислушавшись. Тихо. Он поднял руку и аккуратно постучал, услышав едва заметный
