Придет же в голову такая нелепость! Конечно, я не влюбилась, для этого я слишком стара и слишком рассудительна. Женщины моего возраста не влюбляются, как девчонки. Да и вообще мы с Ричардом едва знакомы.
Это верно, и все же я рассказала ему о себе гораздо больше, чем рассказывала даже самым близким друзьям.
Напрасно Мейбл пыталась отвлечься от этого волнующего вопроса, забыть о нем было так же невозможно, как, например, о больном зубе.
– Знаешь, чем ты занимаешься? – вслух отчитала она сама себя. – Самовнушением. Ты внушаешь себе мысль, что влюблена в него!
Лучший способ выкинуть из головы ненужные мысли – это заняться делом, рассудила Мейбл и решительно направилась в кабинет. Но, открыв дверь, она изумленно застыла на пороге. Комната сияла чистотой, вымытые окна блестели, на ковре ни пылинки. Вещи, которые она откладывала в сторону, чтобы вынести, аккуратно сложены в углу, каминная решетка установлена на место, а старое латунное ведерко для угля сияло как солнце. На письменном столе зачехленная пишущая машинка. Для завершения картины не хватало только занавесок.
Да, заявив, что вполне способен управиться с тряпкой и пылесосом, Ричард нисколько не преувеличил. Но вопреки всякой логике Мейбл не испытала облегчения оттого, что ей не нужно заниматься уборкой. Наоборот, она чувствовала огорчение, почти негодование, словно, наведя порядок самостоятельно, Ричард тонко намекал, что не нуждается в помощи Мейбл и ей нет места в его жизни.
Но она вовсе не стремилась занять в его жизни какое-то место. Она не желала связываться с мужчиной, который, хотя и мог доставить ей недолгое наслаждение в постели, никогда бы не смог удовлетворить более важные глубинные потребности. Ричард не мог дать ей любви и эмоциональной стабильности – того, о чем Мейбл всегда мечтала в глубине души, хотя и не признавалась в этом даже самой себе.
Стоп. Мои мысли опять приняли опасное направление. Если продолжать в том же духе, меня не ждет ничего хорошего, только душевная боль и бесполезные копания в собственном сердце. Я довольна своей жизнью, разве нет? Довольна… насколько может быть довольна разумная женщина моего возраста.
Многие из ее подруг вступали в брак, думая, что это дорога, ведущая к счастью. Ну и что, многие ли из них по-настоящему счастливы, счастливы так, как они мечтали? Единицы. И хотя Мейбл порой завидовала, что у них есть мужья, гораздо чаще ей приходилось выслушивать жалобы подруг на неудовлетворенность жизнью. Так что она не раз подумывала, что ей повезло больше, чем им.
Отношения между мужчиной и женщиной, о которых она когда-то страстно мечтала, на деле оказались фикцией, такие отношения не существуют в реальности. Идеальных партнеров, безупречно подходящих друг другу во всех отношениях, просто не бывает, и глупо было бы думать иначе.
Однако следовало признать, что среди подруг Мейбл были и по-настоящему счастливые женщины – те, чей брак развился в совершенно иные отношения по сравнению с теми, о каких они когда-то мечтали. Мужья этих женщин стали для них не только любимыми, но и настоящими друзьями, несмотря на неизбежные различия и разочарования.
Мейбл отвернулась к окну, глядя перед собой невидящим взором. Устраивает ли ее перспектива провести остаток жизни в одиночестве? У Одри своя жизнь, и Мейбл не хотела привязывать дочь к себе, даже если бы это было возможно. Какой же у нее выбор? Ровные, устойчивые отношения с одним из мужчин, которых она уже знает? Среди ее знакомых были два-три человека, которые ясно дали понять, что хотят от нее большего, чем дружба, и которые, будучи свободными, готовы связать с ней жизнь.
Женщина снова заметалась по комнате. Беда в том, что как бы эти мужчины ей ни нравились, ни одного из них она не желала, ни с одним не стремилась разделить ту близость, которая возникает в браке.
В таком случае что ей еще остается? Роман? Серия скоротечных связей? Нет, это ее никогда не привлекало. Хотя Мейбл не раз с любопытством, а порой и с недоверием слушала рассказы более искушенных подруг об их отношениях с мужчинами. Чем больше она слышала, тем больше ее подавляло сознание собственной неопытности. Может, по годам она и зрелая женщина, в смысле жизненного опыта она осталась невежественной, как шестнадцатилетняя девочка. Сколько ни слушай чужих рассказов, собственного опыта они не прибавят.
Если мужчина захочет лечь с ней в постель, он, естественно, предполагает, что партнерше хватит знаний и мастерства позаботиться о собственном удовольствии и в немалой степени – о его. Мейбл слышала, что мужчины, особенно в возрасте, довольно эгоистичные любовники. Как беззлобно заметила одна из самых откровенных ее подруг: «Они рассчитывают, что ты возьмешь на себя самую трудную часть, а им останется только наслаждаться результатами. Нет уж, мне подавай мужчин помоложе! Пусть у них меньше опыта, зато они с лихвой компенсируют этот недостаток энтузиазмом!»
Но Мейбл почему-то не тянуло завязывать отношения с мужчинами моложе себя, возможно, для этого ей просто не хватало уверенности.
Нет, она хочет другого. Ей нужен…
Ей нужен Ричард.
Мысль змеей закралась в сознание, заставив Мейбл вздрогнуть и крепко обхватить себя руками. Это не любовь, это заурядная похоть, упрямо твердила себе Мейбл, и, вероятно, лучший выход – просто лечь с этим мужчиной в постель, а потом навсегда выбросить его из головы.
Лечь в постель с Ричардом. При одной этой мысли ее охватил трепет. Мейбл попыталась убедить себя, что на самом деле не хочет и не собирается делать ничего подобного. Случайные связи – не для нее, в это она твердо верила. Кроме того, Ричард, наверное, ее уже не хочет. Если даже его не оттолкнуло ее вчерашнее поведение, то сегодняшние глупые признания в сексуальной неопытности оттолкнут наверняка. Да, смело можно считать себя в безопасности от любых посягательств с его стороны.
Но не следует ли ей опасаться самой себя? Что, если ее самообладание даст трещину?
Мейбл глубоко вздохнула. Что ж, если это случится, нужно только постараться держаться от Ричарда как можно дальше, причем лучше начать прямо сейчас.
В кабинете делать больше нечего, но ей еще нужно прибраться в спальне, постелить там постель, повесить чистые полотенца в ванную. Ричард сможет переселиться уже сегодня вечером, отведенные ему апартаменты находятся в противоположной части дома от спальни Мейбл, и там гостю гарантировано уединение. У Ричарда будет отдельная ванная, и Мейбл, умываясь по утрам, не будет всякий раз ощущать в ванной запах его одеколона… Ее не будут мучить эротические видения, она не будет представлять себе его обнаженное тело, мускулистое, гибкое и очень притягательное…
