— Успокойтесь, я знаю его наизусть, — сказал математик, вскинув голову. — Хотите, проверьте: группа 11, то есть понятие галактика, находится в первом прямоугольнике на 17-й горизонтали.
Одно слово послания было расшифровано. Все молчали, потрясенные констатацией этого факта.
— Чтобы понять другие слова, нужны новые документы и новые уроки языка.
— Значит, вы не сомневаетесь, что передача информации продолжится?
В ответ на этот вопрос раздался стрекот записывающих устройств. Таинственные существа, находящиеся на расстоянии сорок тысяч световых лет, методично продолжали посвящать их в свою тайну. В трепетном молчании слушал экипаж звук идущих к нему волн. А когда Ольга принесла зарегистрированную приборами запись, Ирквин с первого взгляда определил, что получено точное повторение первого послания.
— Все идет, как я и подозревал, — объявил он после сделанной на всякий случай сверки. — Смотрите, Додж, вы согласны, что это то послание, которое они изо всех сил стремятся до нас донести? Все другие передачи — лишь приложения, которые должны помочь нам понять их документ, которому они придают большое значение. Могу поспорить, что они будут повторять его еще несколько раз, чередуя с уроками.
Он оказался прав. Два часа спустя, которые, видимо, были традиционным временным интервалом между передачами, космическая обсерватория получила послание № 3, последовавшее в качестве второго урока. Оно стало почти таким же потрясением, как и первое послание с изображением галактик. После регистрации Ирквин представил его глазам изумленных коллег.
Совсем не надо быть великим ученым, для того, чтобы идентифицировать первых три рисунка: то были силуэты, формой напоминающие человека, и никакие другие особые толкования здесь не требовались. Очевидно, речь шла о существах, населяющих планету, откуда отправлено послание: изображены были самец, самка и детеныш. Массивное сложение иноземных существ не удивило ученых. Додж тотчас напомнил, что живые существа планеты с большой силой тяготения почти обязательно должны иметь подобные формы. В самом деле, внешность их была намного более странной, чем та, которую можно было предугадать. Сходство, тел, членов инопланетян с человеческими органами поразило сотрудников обсерватории значительно больше, чем уродливые пропорции.
Послание № 3 (2-й урок языка)
После беглого осмотра характерных признаков, представших его взору, Ирквин прокомментировал:
— Человек — 11101… Да, и в их системе человек — составная часть звездной системы, его основа 111. Следующий ноль (0), без сомнения, означает изменения этого ряда. Теперь мы уже имеем дело не с инертной материей. Единица (1) после нуля (0) должна обозначать более значимое существо этого ряда. Получается, что человек 11101, а женщина 11100.
— Какая женщина?! — возмутилась Ольга.
— Женская особь и мужская особь, если вам так предпочтительней. Это, пожалуй, даже более точно. Только…
— Только что?
— Их логика идет вразрез с нашей. Мы классифицировали бы живые существа по наиболее общим признакам, выделили бы животный мир, потом различные виды животных в порядке эволюционного развития, чтобы в конце концов дойти до человека.
— Ив чем же у нас теперь сложности?
— Пока не знаю, но в дальнейшем предвижу — и большие, — сказал Ирквин, сокрушенно покачивая головой. — В послании есть слова необычной длины.
— Послушайте, Ирквин, — сказал Мэлтон, — давайте не будем придираться к их логике, когда они поставляют нам такую массу информации в несколько линий: планету, населенную разумными существами, которая, по большому счету, представляет собой некую аналогию с нашей. Кроме того: симметрия форм, разнополость, репродуктивность.
— Да я ни на что и не жалуюсь. Впрочем, заметьте: нет новых групп цифр, чтобы представить ребенка. Просто даны слова самец и самка. Экономия символов.
— И что же дальше? — спросил Додж нетерпеливо. — Квадрат, потом треугольник… Треугольник есть и в заголовке послания № 1. Что вы об этом думаете?
— С этим пока не ясно. И все же… — математик сосредоточился на несколько мгновений, и вдруг его лицо озарилось, — Ах вот оно что! Их методика, их смысловая градация должны направлять наши мысли… Группа 111011 обозначает квадрат, Додж; очевидно, это так, потому что квадрат составляет и одну из частей тела мужчины 11101, часть очень существенную, тем более что он — начало некоего ряда… Все ясно, Мэлтон, квадрат может быть только головой. Если вы в этом сомневаетесь, взгляните еще раз: квадрат в точности такой же, как головы на рисунке.
— Интересно, действительно ли у них квадратные головы, или это только схема для облегчения расшифровки?
— Эти детали выяснятся позже. Очень важен еще и этот треугольник на последнем рисунке, который тоже должен быть одной из важных частей тела, потому что в нем основой является группа 11101.
— В экипаже не хватает анатома! — воскликнул Додж с отчаянием,
— Треугольник — самая нижняя точка рисунка, — медленно, рассуждая, говорила Ольга. — И он смещен относительно центральной оси всего послания, тогда как голова расположена строго вдоль этой невидимой оси. Слегка сдвинута вправо, это для нас — вправо, зато со стороны фигур — влево…
Вопль Ирквина прервал ее рассуждения. И в это мгновение все одновременно вдруг поняли то же, что и он.
— Эта девочка гениальна! — сказал он, расцеловав Ольгу в обе щеки. — На этот раз я размышлял как осел.
— Сердце, это сердце! — прошептал Мэлтон.
— 111010 — сердце! — возликовал математик. — Рисунок сердца не только в заголовке первого документа, но такая же бинарная группа прослеживается дважды в послании — это четвертое слово на седьмой линии и первое на 45-й, последней, определяющей!
Два существительных, несомненно значимых, уже расшифрованы: галактика и сердце.
Новая волна несказанного воодушевления от первых успешных результатов подняла ученых на новую высоту, с которой виделись триумфальные перспективы. Постоянное нервное напряжение требовало выхода вовне, потому их вновь захлестнул небывалый прилив ребячьего восторга. Додж уже сделал неуловимое движение, намереваясь пуститься в пляс, а Мэлтон изумил тем, что внезапно запел во всю глотку непристойные куплеты. Но их буйное веселье неожиданно прервалось — Додж застыл с поднятой ногой, психолог замер с открытым ртом: вновь застучали регистрационные датчики, фиксирующие космические сигналы. Ирквин, следуя недавно обретенной привычке, принялся записывать их на слух. Ему понадобилось всего несколько минут, чтобы понять, что в эфире повторяется послание № 1. Он предсказал его, но не мог больше сдерживать свое нетерпение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
