Запомни, Бестужев, – серьезно сказала она, – некоторые, перейдя черту, уже не могут вернуться обратно.
И она выставила его из дома.
Ипполит Германович попрощался с запертой дверью и начал спускаться с террасы. Конечно, он принял к сведению предостережения Феофании, но сделал для себя лишь один вывод: нужно поменьше участвовать в поисках самому. Зачем рисковать собственной жизнью, когда всегда найдутся те, кто рискнет вместо него? За хорошую плату или под угрозой шантажа. Прямо сейчас у него было два подходящих на эту роль претендента. Ипполит Германович довольно улыбнулся своим мыслям и направился к ожидающей его машине.
Гадалка Феофания, подойдя к окну гостиной, проводила Бестужева настороженным взглядом. То, что сказали гадальные карты, ее порядком напугало и встревожило. Этот старый мерзавец, для которого не было ничего святого, затевал что-то ужасное. Понять бы еще, что именно…
Кроме того, Феофанию сильно заинтриговало другое предсказание, которое она получила незадолго до появления Ипполита Германовича. Карты Таро обещали скорого незваного гостя, который своим внезапным появлением доставит ей массу хлопот и неприятностей. Что-то подсказывало гадалке, что речь шла отнюдь не о Бестужеве, которому по всем признакам подходила масть Император. К ней же должен был нагрянуть Шут.
Гадалка тяжело вздохнула и задернула штору.
Судьбу не обманешь, а предсказанного не избежать. За свою жизнь она уже не раз в этом убеждалась. Следовало подготовиться к любым неожиданностям.
Глава 13
Настоящая некромантия
Денис проснулся, когда над лесом, окружающим Белогоры, едва забрезжил рассвет. Он хорошо выспался, кровать оказалась удобной. Другие обитатели особняка, похоже, еще спали – в доме было тихо. Накануне Ипполит Германович ездил в Санкт-Эринбург и вернулся оттуда довольно поздно. Засыпая, Денис слышал, как к дому подъехала машина, это было около полуночи, – значит, сегодня Бестужев с Тузом будут, скорее всего, отсыпаться. Насчет остальных сказать было трудно.
Чернокнижец умылся и почистил зубы, затем вернулся в комнату и вывалил на кровать содержимое рюкзака. Еще вчера он понял, что носить с собой абсолютно все совершенно необязательно, и решил провести небольшую ревизию.
После некоторых раздумий Денис убрал в шкаф короткий кинжал. Все равно он повсюду носил с собой скипетр Макропулоса, так что без ритуального клинка вполне можно было обойтись. Связку амулетов, именуемую погремушкой, он спрятал во внутренний карман пуховика, а в другой карман сунул несколько пробирок с различными зельями – порошок, создающий туманную завесу, порошок забывчивости и порошок, развязывающий язык. Он мог пригодиться, если кто-то вдруг откажется говорить.
Почему-то в рюкзаке оказалось две пробирки с порошком забывчивости. Забавное зелье. Его открыл Денису Мастер Игрушек, и парень сильно пожалел, что не знал о нем, когда учился в школе. Как удобно было бы скрывать разные проделки! Глядишь, и дед не лупил бы его так часто.
Но сейчас Денис взял с собой только одну пробирку. Он открыл шкаф, чтобы положить ее на самую верхнюю полку рядом с кинжалом, и в этот момент из коридора донесся странный звук. Денис озадаченно прислушался, затем подошел к двери и слегка ее приоткрыл.
Так и есть. В коридоре звучал сигнал вызова, обычно раздающийся перед сеансом видеосвязи. Значит, кто-то еще тоже не спал и даже собирался беседовать по телефону. Денис спохватился, что обещал звонить Нине и Мастеру Игрушек, но вчера совершенно забыл об этом. Он успокоил себя тем, что учителю рассказывать не о чем, ведь расследование только началось. А с Ниной они виделись не так давно, так что новых тем пока не набралось.
Чернокнижец уже хотел закрыть дверь комнаты, но тут на видеозвонок ответили.
– Бестужев, – проскрипел ледяной старушечий голос, – и у тебя еще хватает наглости звонить мне?! Да ты гораздо глупее, чем я предполагала!
– Вы прекрасно выглядите, мадам Анаит, – сказал в ответ Ипполит Германович. – Но к чему нам ругаться? Как говорится в той пословице? Кто старое помянет, тому глаз вон…
– Я бы с огромным удовольствием вырвала тебе не только глаза, но и селезенку, – с ненавистью прошипела неизвестная старуха.
А вот это уже было интересно. Снедаемый любопытством, Денис босиком выскользнул в коридор и на цыпочках двинулся на звуки голосов. Вскоре он дошел до чуть приоткрытой двери в самом конце коридора рядом с лестницей и осторожно заглянул. Похоже, это было что-то вроде небольшого конференц-зала.
В центре помещения стоял большой прямоугольный стол из блестящего черного пластика, окруженный стульями с высокими спинками. Ипполит Германович в теплом домашнем халате сидел на одном из стульев, спиной к двери, а на большом видеоэкране, висящем на стене перед Бестужевым, маячило бледное лицо какой-то древней старухи в черном платье с высоким стоячим воротником. На груди у нее поблескивал золотой медальон с крупным бриллиантом посередине. Белоснежные волосы старухи были зачесаны вверх и заколоты черным гребнем, похожим на испанский, а ее глаза закрывали большие черные очки.
Денис не понял, где в зале расположен глазок видеокамеры, поэтому на всякий случай скрылся за дверью, пока старуха его не заметила, но встал так, чтобы видеть собеседников в щель между дверными петлями.
– Я не стал бы беспокоить вас по пустякам, мадам Анаит, – заговорил Ипполит Германович, заметно волнуясь. – Но сейчас мне нужна помощь настоящего специалиста. Таких людей в наших краях по пальцам одной руки можно пересчитать… И тут я вспомнил о вас! Да, у нас когда-то случались разногласия, но…
– Отправляйся к дьяволу, гнусный трусливый хорек! – раздраженно выкрикнула старуха. – Твои предложения мне не интересны! Дмитрий! Куда он запропастился… Как мне выключить видеосвязь?
– Не нужно ничего отключать! – торопливо забормотал Бестужев. – Возможно, вознаграждение в… – он назвал такую сумму, что Чернокнижец, притаившийся за дверью, изумленно вытаращил глаза, – поможет нам хотя бы на время забыть наши старые распри?
Мадам Анаит замолчала, обдумывая его предложение.
– Что ж, я готова уделить тебе пару минут, – наконец ответила она. – Говори, но только быстро.
Денис от волнения сжал кулаки и вдруг понял, что все еще держит в одной руке пробирку с порошком забывчивости.
– Я не отниму у вас много времени. У меня тут возникла одна очень необычная проблема, – вкрадчиво проговорил Ипполит Германович. – Для ее решения мне нужно кое с кем поговорить. Но сложность заключается в том, что этот человек давно мертв.
– Хм, – задумалась мадам Анаит. – И ты хочешь призвать его дух для разговора?
– Не совсем. – Бестужев помахал толстым указательным пальцем. – Призыв духа – явление кратковременное и весьма ненадежное. Мне же может понадобиться несколько консультаций в любое время дня и
