на нее, и она сдалась.
— Черт, делай что хочешь.
— Спасибо.
Роллан еще минуту постоял на месте, обдумывая. Мужчина послушно ждал с противной ухмылкой на лице. Я приложила большие усилия, чтоб не поддаться искушению выбежать к нему и дать по морде.
Мое терпение лопнуло в тот момент, когда Роллан все же сел в машину. Странное чувство внутри меня немыслимо возросло. Это не было похоже на страх. Скорее какое-то неприятное предчувствие беды, но очень сильное. Я сорвалась с места, но выйти из укрытия мне не дал Крис.
— Стой! — он схватил меня за плечо, — нас заметят!
— Ну и что! Мы должны ему помочь! — я пыталась вырваться из его стальной хватки, — иначе он пострадает.
— Это его работа. Мы ничего не можем поделать.
— Черта с два не можем! Это же самая настоящая педофилия! — я уже почти вырвалась, но тут меня отвлек голос Роллана.
— Нет! — мальчик передумал ехать с мужчиной и теперь пытался выйти из машины, но тот крепко его держал.
— Теперь ты от меня не уйдешь! Теперь ты у меня за все заплатишь! — мужчина притянул его назад на сиденье и закрыл дверь.
Машина резко рванула с места. Я, воспользовавшись тем, что Крис ослабил хватку, вырвалась и побежала вслед за машиной. Крис естественно последовал за мной.
— Мелори! — крикнула я, придерживая наушник, — извини, но мне придется немного нарушить правила! Я знаю, ты рядом и все видела, поэтому не буду объяснять.
— Ты не сможешь догнать такую машину! — донесся из наушника ее голос.
— Да, но, похоже, сейчас мне повезло, — сказав это, я свернула и направилась вглубь леса.
— Ты куда? Дорога же в противоположной стороне! — заметил Крис, бежавший рядом.
— Знаю. Нам их не догнать, поэтому придется срезать. Это сплошное шоссе, которое ведет из города, оно не разделяется. Через полмили будет поворот на право. Если мы срежем здесь, то с нашей скоростью мы их обгоним.
— Верно. Но что мы будем делать, когда догоним их?
Я несколько секунд молчала, так как не знала ответ.
— Не знаю, — я сжала руки в кулаки.
Мы пробежали пятьсот метров, и тут меня словно ударило током. В глазах на секунду потемнело, и закружилась голова. Я чуть не упала, но вовремя сообразила и настроилась на бег. Меня трясло, в ушах послышался гул, а тело пробрал страх.
— Что это, черт возьми?! — я судорожно начала глотать ненужный воздух.
— О чем ты? — взволновано спросил Крис.
— Странное чувство… Уши будто заложило, дрожь и непонятный страх.
— Ты уверена? — парень нахмурился.
— Да. Я не могу понять что это. Будто сейчас произойдет что-то…
Крис дотронулся до наушника.
— Мелори! То, что она сказала…
— Она права, — голос Мелори помрачнел.
— Черт! — он ускорился.
Я старалась не отставать.
— В чем дело? — меня их реакция не на шутку удивила.
Крис на секунду взглянул на меня.
— Этот парень, Роллан… он сейчас умрет.
— Что?!
— Понимаешь, благодаря нашим инстинктам мы можем не только наткнуться на «неудачных» людей, но и почувствовать когда опасность, которая им угрожает, достигает предела. То есть когда им угрожает смерть. То, что ты сейчас чувствуешь — это знак, что твоей жертве угрожает опасность. И чем сильнее это чувство, тем сильнее опасность. Ты ведь чувствовала что-то подобное на протяжении всей игры, так?
Я кивнула.
— Вот. Мы мертвые, но все еще ходим по земле, и почему-то мы можем чувствовать, когда смерть настигает других людей. Что ты, собственно говоря, и почувствовала.
— Значит, Роллан сейчас умрет? — воскликнула я.
— Если мы предотвратим это, то не умрет. Так как ты пока новичок в этом всем, твои чувства сейчас нестабильны. Но я могу с точностью сказать, что двадцать минут жизни у этого парня еще имеются.
— Черт, — я стиснула зубы, — тогда нужно поспешить.
Спешить было незачем, так как через минуту лес кончился, и мы выскочили на дорогу. Как я поняла, мы были за триста метров от поворота. Машина в то время уже сворачивала к нам.
— Он едет довольно быстро, несмотря на то, что дорога размокла после дождей, — донесся из наушника голос Мелори.
— Это плохо, — сказал Крис, смотря на приближающийся свет от фар.
— Что делать? Что делать? — я говорила тихо и сама с собой.
Количество идей в голове было равно нулю.
Тут из рации послышался голос Данте:
— Доверься интуиции.
— Интуиции? Да я сейчас своих мыслей не слышу, не то, что интуиции!
Я была совершенно безоружна. Внезапно, когда машина была уже в ста метрах от нас, меня будто переклинило, и в голову пришла ну просто сумасшедшая идея.
— Крис! — я схватила парня за куртку, — прости меня!
— За что? — он не понимал, что на меня нашло.
Да я и сама толком не понимала.
— Прости! Прости! Прости! Тысячу раз прости!
— Да что с тобой?!
И вот, когда машина была в тридцати метрах от нас я, громко повторяя «прости», со всей силы толкнула Криса на дорогу. Он, естественно не ожидая этого, повалился на землю. Послышался скрежет шин, после чего несколько глухих ударов и тишина.
Машина остановилась, врезавшись в дерево. Я резко подбежала и дернула дверную ручку с пассажирской стороны. Она не поддавалась. Из-за затемненных стекол я не могла понять, что творится в салоне. Незнание вывело меня из себя.
— Открывайся, черт возьми! — я дернула ручку еще раз, но на этот раз она отломалась. Это дало мне понять, что моя чудовищная сила вернулась. Я отступила на шаг влево и стала напротив задней двери. Сжав правую руку в кулак, я со всей дури ударила по стеклу. Оно с легкостью разбилось. Осколки полетели на землю. Ощупав дверь изнутри, я поняла, что ее так просто не открыть. Просунув голову через окно, я осмотрелась.
Хорошо разглядеть то, что творилось спереди, мне мешали сиденья. Но я немного успокоилось, когда увидела испуганные глаза Роллана, смотрящего на меня. «Жив» — облегченно подумала я.
— Эй, ты! — я повернулась к мужчине, который ошарашено глядел на меня, — двери открой!
— Что? — он был в шоке от происходящего.
Но мне было не до этого. Злость опять брала верх.
— БЫСТРЕЕ! — я сжала раму окна, и она треснула.
Мой голос странно изменился. Пошло эхо. И ощущение, будто кто-то выкрикнул вместе со мной. Два голоса: один был мой, а второй нагонял страх. Хотя сейчас меня не особо это волновало. Я была занята другим.
— Да! — мужчина резко дрожащими руками начал искать кнопку открытия дверей.
В теперешней ситуации он не мог мне перечить — шок был слишком сильным. Это сыграло мне на
