Пара представителей высшей нежити шла через расступающуюся перед ними толпу — народ, спешащий по своим делам, суетился на улицах расширяющегося города. Фигура почти трёхметрового рыцаря смерти, закованного в сплошные черные латные доспехи, одним своим видом освобождала им дорогу — желающих оказаться у них на пути не находилось.
— Он тот, кто вырвал меня из бездны отчаяния и боли. Его Сила Души, которой он всё это время снимал чары Императора Мертвых, проникла в меня очень глубоко, пропитала каждую частичку меня. А вчера, когда я, наконец, полностью освободилась, я сумела впитать и сделать навсегда своей частичку его Силы Души и ауры. И я люблю его. Как отца, как брата, как дорогого друга, как мужчину, как всё это сразу и как нечто большее! Он центр мира для меня, и ради него я пойду на всё — буду убивать, на кого он укажет, буду защищать тех, кого он велит… Пожертвую существованием, совершу подлость, да хоть в бордель работать пойду! К сожалению, я нежить — хоть моё тело такое же теплое и почти живое, я всё равно нежить, и потому не могу стать его женщиной… К тому же он любит другую — но даже если он просто будет рад с этой женщиной, мне этого будет достаточно. Вот что я чувствую, Андрей — и, как видишь, ни о какой злости речи не идет.
Удивленный рыцарь смерти хотел что-то сказать, но тут оба ощутили могучую волну магии. Причем чужой магии, назначение которой они поняли мгновенно — неведомый чародей могучей волшбой поставил блокировку пространства на сотни километров вокруг, и теперь ни о каких перемещениях при помощи Магии Пространства можно было даже не думать.
— К южным воротам! — приказала мгновенно сориентировавшаяся Алёна. — Поможешь гвардейцам в обороне!
Не теряя времени Андрей черной кометой взмыл в воздух, оправляясь куда приказано кратчайшим маршрутом. Сама Алёна одновременно с ним поднялась в воздух и рванула по направлению к центру города, туда, где ещё высились стены замка правителя этих земель. Донжон за прошедшее время, конечно, восстановить не успели, да и в целом сейчас особняк Аристарха представлял из себя сплошную стройку, но здания и крепостные стены не интересовали девушку-нежить.
Здесь, на территории поместья, находился Великий Источник Магии, к которому были привязаны несколько составленных за прошедшие две недели заклятий, созданных лично Аристархом. Заклинания подобного масштаба, привязанные к напитывающему их Источнику Магии, обладали огромным могуществом и могли оказать существенную помощь в обороне города. Например, защитный купол, способный накрыть весь увеличившийся городок со всеми новыми, недавно отстроенными складами и воздушной гаванью — то, на что не способна была сама Алена…
* * *
— Ну что ж, почтенный Тынкэй-Ду, теперь дело за вами и вашими людьми, — сказал высокий, широкоплечий мужчина в даже визуально очень дорогих доспехах и с двумя длинными клинками на поясе. — Теперь Николаев-Шуйский, даже если каким-то чудом узнает о происходящем, не сможет прийти на выручку своим людям. И никто другой тоже — любая магия Пространства, направленная на телепортацию или использования портала, заблокирована на несколько сотен километров вокруг. Надеюсь, твои воины оправдают плату, полученную тобой за помощь в этом деле.
— Можешь не сомневаться, воины народа аххра-сси одни из самых умелых и доблестных среди живущих, — степенно кивнул ему одетый в шкуры невысокий кочевник. — Мы сумеем взять этот городишко. Их стены не выдержат нашего удара.
Из леса быстро, десятками и сотнями выныривали воины одного из крупнейших народов кочевников — аххра-сси. В народе насчитывалось полтора десятка племен, пятеро Архимагов, два с половиной десятка Старших и более сотни Младших Магистров, больше пятидесяти тысяч воинов и, самое главное — собственный шаман в ранге Мага Заклятий. Тынкэй-Ду, одаренный возрастом около двухсот лет, опытный и знающий чародей, главная опора их народа верховный вождь, находился здесь собственной персоной.
В атаке на крепость участвовали, разумеется, не все силы их народа. Двадцать тысяч бойцов, двое Архимагов и шестеро Старших Магистров, с ними двадцать два Младших и полторы сотни Мастеров — а так же свыше тысячи одаренных низших рангов. Немногим половины народа аххра-сси — все, кого можно было взять на это дело без того, что бы подвергнуть стоянки их народа излишнему риску. Оставшихся с племенами чародеев и бойцов с лихвой хватит что бы защититься от любой опасности, пока их пришедшие под стены Николаевска собратья отрабатывают более чем щедрую плату, авансом полученную верховным вождем. Плату, что значительно увеличит могущество их народа — многочисленные зелья, помогающие при развитии шаманам, улучшающие их энергетику и скорость развития. А так же десять тысяч комплектов алхимии, что превращают обычных людей в сверхсильных, рослых и крепких воителей. Тех, кого пришельцы с запада, имперцы, объявившие эти земли своими, называют гвардейцами. Воины кочевников и без того способны почти на равных сражаться с этими бойцами, если принимают бой на своих условиях, а уж после усиления этими препаратами их будет и вовсе не остановить!
Вдобавок лично верховный вождь получил в дар артефакт восьмого ранга, более чем соответствующий его потребностям. Давным-давно добытый имперцами посох кого-то из прежних шаманов восьмого ранга — трофей, взятый во время первой войны пришлых с коренными обитателями тех времен. Могущественный артефакт был малополезен магам имперцев, но для шаманов был настоящим сокровищем. С этим предметом его возможности увеличились, самое малое, на треть!
Через подвластных ему духов великий шаман четко видел и слышал, что происходит в разных уголках города. Несмотря на поднявшуюся среди обывателей панику, защитники Николаевска действовали организованно, четко следуя явно заранее предусмотренному плану на случай штурма города. Занимали позиции на стенах гвардейцы, заряжались установленные на стенах и башнях орудия, бежали со всего города ручейки подкреплений, бойцы в домах и казармах (кто где жил) спешили как можно скорее облачиться в доспехи и, прихватив оружие, отправиться на помощь товарищам.
Летели по воздуху десятки, если не сотни чародеев со всех уголков Николаевска — кто на стены, кто к отрядам гвардейцев, собирающимся во дворах казарм и на самых больших площадях. Гражданское население, те, кто не был способен драться, спешили укрыться в домах и полностью оправдывали ожидания верховного вождя, изрядно путаясь под ногами своих защитников и сильно мешая им действиями — паникующая толпа забила большую часть улиц
