Читаем без скачивания Арии - Дмитрий Колосов

Струились реки крови, ожесточение достигло предела. Пандава Бхима поразил палицей каурава Духшасану, жестоко оскорбившего жену пандавов Драупади (одну на пятерых – о нравы!) и, памятуя о своей клятве страшно отомстить ему за оскорбление Драупади, рассек поверженному горло и принялся жадно глотать его кровь, причем «пил жадно и долго, бросая вокруг свирепые взгляды».

И наконец настал миг решающего боя между величайшими из врагов. В этот миг все живые существа – боги и демоны, змеи и птицы, животные хищные и травоядные – разделились, заняв сторону одного из противников. Каждый из витязей рассчитывал на свое сверхоружие: Карна – на «полные жгучего яда стрелы», Арджуна – на оружие «Анджалика», «шестикрылое, в три локтя», – стрелу, от которой нет спасенья даже богам.

Колесницы сблизились на расстояние выстрела. Карна, лучший из всех стрелков, положил на ложе лука губительную стрелу, оттянул тетиву и разжал пальцы. Но Кришна, уловив неуловимое движение тетивы, ударил в дно колесницы, отчего та по ступицы увязла в земле, а стрела миновала цель, лишь сорвав золотой венец с головы героя Арджуны. В ответ тот начал посылать стрелу за стрелой, на куски разбив золоченый доспех Карны. Кони каурава метнулись с накатанной колеи и увязли в песке по самые ступицы – свершилось проклятье, назначенное Карне: он будет уязвим лишь тогда, когда его колесница утратит свой бег.

Карна бросился с колесницы, изо всех сил уперся ногами в землю, пытаясь выдернуть увязшее колесо. Тем самым он подставил Арджуне свою спину и кричал, заклиная врага, чтобы тот подождал, покуда каурава не выдернет колесо – и тогда герои продолжат бой снова на равных. Но Арджуна, желая покончить с кровопролитием, не внимал призывам к благородству. Возложив на лук Гандиву смертоносную стрелу, пандав снес Карне голову.

На следующий день войско кауравов было добито, жалкие остатки его бежали прочь. Пандавы обнаружили неприятельского предводителя царя Дурьодхану и бросили ему вызов на поединок против любого из них. Дурьодхана принял вызов, выбрав в качестве оружия палицу, какой владел лучше прочих. Биться против него вышел царевич Бхима, также умелый во владении палицей. Противники сошлись посреди кольца, образованного пандавами. Дурьодхана нанес Бхиме страшный удар, но получил в ответ сильнейший. Противники описывали круги, стараясь занять удобную позицию, и непрестанно поражали друг друга палицами. Победа клонилась на сторону то одного, то другого. Дурьодхана сокрушающе поразил Бхиму в голову. Чувствуя, что вот-вот потеряет сознание, царевич нанес недругу запрещенный удар – ниже пояса, раздробив Дурьодхане оба бедра. Оставив умирающего, пандавы удалились. Уже ночью Дурьодхану нашел самый яростный из кауравов герой Ашваттхаман. Оплакав царя, герой обещал отомстить врагам.

Истомленные многодневной битвой, пандавы почивали мертвым сном, не выставив вокруг лагеря караулов. Убедившись в том, что вражеский стан спит, Ашваттхаман сотворил молитву Шиве, извечному сопернику Кришны-Вишну. И тут ему явилось ужасное существо. Ашваттхаман тщетно пытался поразить его всем оружием, какое имел при себе, пока не убедился, что пред ним – Шива. Герой преклонил пред богом колена, моля о помощи, и Шива призвал к себе ужасную рать демонов.

После этого он вошел в тело Ашваттхамана, и они, бог и герой в одном теле, подступились к спящему лагерю и начали разить недругов. В стане пандавов поднялась паника. Победители решили, что это гигантский ракшас проник в лагерь. Обезумев от страха, пандавы убивали друг друга, падали под ударами беспощадного меча Ашваттхамана. За человечиной в лагерь пандавов стаями ринулись страшные слуги Шивы – ракшасы и пишачи, питающиеся людской плотью:

Страстные, с кривыми клыками, с утесоподобными зубами,Патлатые, длиннобедрые, пятистопные, большепузые, о раджа!С вывороченными назад длинными, безобразными пальцами, с хриплыми голосами, Страшилища с посиневшими шеями, с привязанными звенящими бубенцами;Очень свирепые, совсем ничего не щадящие, отвратительные видомС детьми и женами ракшасы разнообразных обликов там виднелись.Одни пили кровь, другие столпились в пляске,«Вот превосходно! Вот свежинка! Вот так сласть!» – так восклицали,Жир, костный мозг, кровавые кости животных в изобилье пожирали,Кровавой пищей живущие, они жрали остатки.

Жуткий пир длился до самого рассвета, и лишь считаные витязи из армии пандавов уцелели в беспощадной бойне.

С рассветом Ашваттхаман прекратил свою кровавую месть. Тем временем известие о произошедшем достигло братьевпандавов, ночевавших вдали от своего лагеря. Убитые горем, герои оплакали и погребли убитых, затем бросились в погоню за убийцей Ашваттхаманом. Но тот сумел отразить погоню, пустив в ход диковинное оружие, которое многим современным исследователям представляется сродни ядерному.

На этом и завершилась битва при Курукшетре, в которой ни один из противников не одержал победу. Спустя годы погиб Кришна – человеческое воплощение бога Вишну. Нечаянная стрела охотника поразила лежащего Кришну в пяту. Пятеро пандавов отправились в дальнее странствие – к священной горе Меру. Достиг рая один лишь герой Юдхиштхира, принятый в обитель богов. Этим и была подведена черта Героическому веку индийских ариев с его невероятной гиперболизацией, причудливым перемешением классической эпики и позднейшей религиозной этики, исказившей изначальную канву сказания, но отнюдь не умалившей его художественную ценность.

Сородичи индоариев арья также имели свою великую Героическую эпоху, запечатленную многими преданиями, из которых, увы, дошли до нас только поздние.

В Авесте упоминаются лишь несколько эпических персонажей. Первый из них и знаменитейший – Керсаспа – герой, стройных коней имеющий, поразивший рогатого ядовитого змея Сэрвару с зубами «длиной в человеческую руку» и неких «златопятого Гандарву» (очевидно, дракона) и «каменнорукого Снавидку». Еще Керсаспа прославился как обладатель «косматой дубины» и истребитель многих врагов-туранцев. Еще одного дракона прикончил герой Траэтона. Царь КавиХаосрава многократно громил туранцев, а перед смертью удалился в гору и был взят Ахурамаздой на небо.

В принципе, это все. В основном иранская эпика знакома нам по более поздним источникам – средневековым поэмам, самой грандиозной из которых является «Шахнаме» Фирдоуси – еще один великий эпос.

Фирдоуси поставил целью создать эпическую историю Ирана – от первых до последних царей; но историю не царей, а именно героев, ибо цари занимают в этой истории особое место, лишь когда начинают искать славу не в богатстве, а в подвиге.

В «Шахнаме» можно найти полный набор героических аспектов и сюжетов.

Кеюмарс, первый из царей, он же первый человек, с помощью сына Хушенга победил черного дива, потом сам взошедший на престол Хушенг – дракона, третий из царей, Тахмурес – поразительно поэтическое имя «Отважная лиса, носящая шкуру»! – одолел самого Ахримана.

В те времена к западу от страны арьев (конкретно в Иерусалиме – сколь изящен перенос эпической традиции на исторические реалии!) правил Зохак, овладевший троном через отцеубийство. Он захватил трон Ирана и, как мы уже знаем, царствовал тысячу лет, кормя выросших из плеч змей мозгом умерщвляемых юношей.

После многих перипетий его одолел Феридун (Траэтаона), который

…необоримой своей булавойРассек на сопернике шлем боевой.

Феридун принял престол Ирана и счастливо правил долгие годы. Ему в конце концов – после уже известной нам истории с тремя старшими сыновьями – наследовал Менучехр. В его правление родился богатырь Заль, с самого появления на свет поразивший персов своим видом – младенец был белокур, отчего показался людям седым – «Была голова у младенца седа». Отец Сам решил бросить Заля на произвол судьбы и оставил его у подножия скалы. Заля подобрал и воспитал Симорг – чудесная птица. Симорг кормил ребенка одним мясом, отчего Заль вырос необыкновенно сильным. По взрослении Заль был найден и признан отцом, после чего стал правителем Систана (Бактрия). Заль поражал недругов своей мощью и отвагой.

В бою – что морское чудовище он,В седле – словно мечущий пламя дракон.Кровавые реки в сражениях льет,Кинжала его ослепителен взлет.

Заль взял в жены красавицу Рудабу, вскоре родившую ему сына Ростема (Рустама), могучего, как слон, почему и прозванного Мощнотелым.

Рос львенок – под стать дивной силе егоДесяток кормилиц кормили его.Как время пришло от груди отлучатьИ к мясу и хлебу его приучать,Стал блюд пятьдесят поедать он зараз.

Едва возмужав, Ростем начал демонстрировать свою необоримую силу. Он поразил булавой взбесившегося слона, сумел объездить гигантского коня Рехша. После смерти царя Менучехра Ростем стал главным бойцом Ирана в войнах против соседей-туранцев, которыми верховодил могучий Афрасиаб. Ростем посадил на опустевший престол Ирана царя Кобада, разбил Афрасиаба, едва не полонив его голыми руками, перебил тысячу сто шестьдесят вражеских ратников (гиперболизация, но не такая чудовищная как в «Махабхарате»). Чудом спасшийся царевич Афрасиаб так поведал отцу о Ростеме: