— Я знаю все эти названия, — кивнул Эмрон, — но пока они мало что мне говорят. Невеста. Родственница короля. Помню имя — Дорофея. И всё. Ни лица, ни характера не могу вспомнить. Как и то, любил ли ее.
— Но все равно, это уже огромный прогресс, — воодушевленно чуть ли не прокричала я, схватив его за руки.
— Нужно еще вашего зелья! — решительно сказал Русто. — Варите как можно больше!
— Но я не могу, Влад… то есть, Эмрон, — я растерялась, — это вредно для организма. Дозировка должна быть строго выдержанной, так что следующий прием только завтра. И к этому времени, кстати, вы можете вспомнить еще что-то. И вообще, проснуться утром уже собой. И мне останется лишь чуть укрепить ваше состояние.
— Да, я должен вспомнить. И понять, как связаться с отцом из этой дыры.
Мне стало обидно. Бертария и Азмераль вовсе не дыра!
Но что взять с человека с помутившимся сознанием.
— Хорошо, сейчас я вас оставлю, а завтра постараюсь к вам выбраться.
Мама увлеченно рисовала Эмрона-воина уже по памяти и не услышала, как я с ней попрощалась.
Когда я вышла на улицу, на меня такая усталость накатила. Как же мне хотелось, чтобы вся эта история оказалась позади. Герцог из далекого королевства. Менталист-злодей, ужасающий и невозможно привлекательный. Странное место работы и страх скорого разоблачения. А еще пластинка в кармане. Вот бы просто выбросить ее и сбежать подальше от всего этого.
Так жалко стало себя, что слезы потекли по щекам. Я шла и всхлипывала, стараясь, чтобы редкие поздние прохожие не видели моего лица.
Что сделает Угрюмош, узнав о моей совместной работе с Сумраком? Сколько еще Карл сможет сопротивляться нашей с Андреасом объединенной магии?
Вопросы, вопросы. Ни одного ответа. Хочется сесть на тротуар, зажав виски руками и раскачиваться из стороны в сторону. И чтобы ко мне кто-то большой, взрослый и добрый подбежал, начал заботиться. Стакан воды принес, обнял и сказал, что все образуется, все будет хорошо. И я поверю, пусть это даже и не правда. Но на тот момент пусть будет правда.
— Мередит? — услышала я удивленный и хорошо знакомый голос, который отзывался в каждой клеточке моего тела.
— Андреас?
Я застыла на месте и уставилась на начальника, который стоял рядом с дорогим безлошадным экипажем на механической тяге.
— Проезжал мимо и увидел вас. Вы такая потерянная.
Надо же, я даже внимания не уделила дороге. А если бы меня сбил лихач какой-нибудь.
— Давайте, я вас подвезу до дома, — предложил Андреас.
— Не нужно, — замотала я головой.
— Уже стемнело, Мередит. А выглядите вы неважно. Будто сейчас куда-то не туда уйдете. Простите, моя дорогая, но я вас никуда в таком состоянии не отпущу.
Он открыл передо мной дверь. Я робко заглянула внутрь и увидела, что экипаж двухместный. Значит, он еще и поведет сам.
Сев рядом с водителем, я зачарованно смотрела, как Андреас приводит в движение это удивительное устройство, манипулируя тремя рычагами. Как я поняла, один приводил экипаж в движение и останавливал, другой задавал направление, двигаясь вперед, назад, вправо и влево, а третий был для изменения скорости.
— Говорите адрес, — велел Андреас, я повиновалась. Угрюмош кивнул, давая понять, что знает, куда ехать.
— А теперь говорите, что привело вас в такое плачевное состояние!
— Ну, почему плачевное! — вяло сопротивлялась я.
— Потому что у вас в руках сумка с продуктами, которую вы несли за одну ручку. И когда я выглянул из экипажа, то увидел, как бродячий пес вытащил из нее палку колбасы. А вы и внимания не обратили.
Как неудобно вышло. Пожалуй, не получится убедить его, что у меня все в порядке. Врать тоже смысла нет, он уловит оттенок лжи и того гляди, решит проверить, что у меня там в мыслях. Значит, нужна часть правды.
— На меня подал в суд мой бывший парень, — вздохнула я, — и как мне объяснили, он может насочинять много всего, что нельзя проверить. А его законник убедит всех в правдивости показаний.
8.4
— На вас хотят повесить ложное обвинение? И всего-то? — улыбнулся мне Угрюмош. — С этим можно справиться.
— Я не смогу доказать, что не распродала его вещи и не обогатилась. Или что каких-то из них вообще не существовало, — я всхлипнула.
— А вам уже предъявили полный список того, что вы якобы присвоили. В этом же все дело, как я понимаю?
Андреас был таким внимательным, таким заинтересованным, что меня пронзило острое чувство стыда. Я ведь под него копаю! И это скоро выяснится.
Но… он ведь злодей! И если не сам похитил сына герцога Русто, то уж точно был в курсе кто это, стирая его память. С таким опасным человеком нужно быть осторожной.
— Нет, списка пока не было. Но не исключено, что я сейчас приду домой и найду в почтовом ящике новое уведомление.
— Тогда позвольте вас проводить до квартиры, — сказал Андреас.
— Зачем это вам? — удивилась я.
— Я помогаю своим сотрудникам. Хотя вы, кажется, решили будто бы я чуть ли не людоед.
— Вовсе я так не решила!
Угрюмош хмыкнул.
— У нас есть своя адвокатская служба при Корпорации, — продолжил он, — ведь у нас частенько бывают тяжбы. Точнее, бывали бы, позволь наши адвокаты дойти с ними до суда. И причина не в том что мы плохо работаем или делаем что-то неправильное. Просто клиенты порой слишком завышают ожидания. Они думают, что станут идеальными после нашего вмешательства. Но ведь мы работаем с тем материалом что есть, улучшаем его. И не можем сделать гения из человека с посредственными мозгами, так скажем. Только достичь своего потолка.
Мы приехали, экипаж остановился у моего подъезда.
— Спасибо вам, Андреас, — робко улыбнулась я. Выбрать верную тактику общения с ним было безумно сложно, особенно сейчас.
Начальник поднялся со мной на мой этаж. И нас встретил торчащий из двери конверт с административной печатью.
— Полагаю, это известие от вашего бывшего парня, — прозорливо сказал Андреас.
Когда я вытаскивала послание, руки слегка тряслись. Надо ли пригласить Андреаса, или можно прочитать письмо тут? Нет, это как-то странно.
Я открыла дверь, приглашая Угрюмоша пройти.
— А я уж думал, мы тут будем ваши дела решать, — улыбнулся Андреас, входя в квартиру.
Как хорошо, что у меня тут нет сейчас внезапных гостей. Тихо и даже почти прибрано.
Я пригласила Андреаса в гостиную, убедилась, что там не осталось следов присутствия Владиса-Эмрона и открыла конверт.
«Настоящим уведомляем, что вы не приняли нашего агента, представителя господина Базила Громилы, на предмет оценки ущерба. Ждем от вас объяснений в течение трех рабочих дней, иначе ваша вина будет доказана в досудебном порядке. Адвокат господина Громилы, Олеас Марти».
Я читала вслух и голос мой в конце сообщения дрогнул.
— Вот ушлый засранец! — воскликнул Андреас с восхищением. — Рассчитывал напугать неопытную девочку! Там есть адрес, по которому вы должны предоставить объяснения? Посмотрите на печати.
Точно, координаты, куда я, видимо должна бежать оправдываться, были.
— Мередит, если вы мне доверяете, я заберу у вас эту пакость. И уже завтра мой человек по этому адресу отправится и напугает в ответ. Сразу от вас не отстанут, но уже не будут столь самоуверенно запугивать.
— Правда?
Я протянула ему письмо.
Андреас с улыбкой его взял. И вдруг приобнял меня.
— Вы так переживаете, бедняжка. А для меня даже некоторое удовольствие решать такие задачки. Вот увидите, мы здорово повеселимся и накажем вашего парнишку. Ну, а сейчас мне пора. А то вы заподозрите у меня какие-нибудь скрытые мотивы.
Он ушел. А я разревелась.
Как же я запуталась!
Загнала сама себя в угол.
«Если вы мне доверяете»… Так он, кажется, сказал. Я уже не знаю, кому и чему доверять. Кажется, я и сама не заслуживаю доверия. А его дружеский жест под конец, он меня и растрогал, и напугал.
Но непостижимым образом вдруг стало спокойнее. В груди разливалось теплое ощущение поддержки и защиты сильного и уверенного человека. Как я ни пыталась отогнать это ложное успокоение, все равно оно не хотело меняться на тревожность. Как нелогично, непоследовательно! Но я даже уснуть смогла. А утром поднялась вовремя, собралась на работу и даже прибыла туда раньше, чем требовалось.
