массивной «трубой» в руках, из которой вырывается язык огня в направлении ствола. Взято из [1405:2], с. 406, илл. 583–592.
Некоторые мушкетоны настолько тяжелы, что воины переносят «трубы» явно с большим трудом, сгибаясь под их тяжестью. Причем из некоторых «труб» вырываются языки пламени. Обратите внимание, что пламя горит не вверх, как было бы, если бы тут изображались обычные факелы. А вырывается из дула именно в том направлении, куда направлен мушкетон. Как и должно быть при выстреле. Конечно, барельефы достаточно грубые, без мелких деталей, однако трудно сомневаться, что здесь скульпторы изображали именно огнестрельное оружие. Стиль барельефов в общем такой же, как в приведенных нами выше «античных» и средневековых примерах.
Всмотримся внимательно в индийские барельефы. На рис. 157 воин в центре с трудом удерживает длинную «трубу», постепенно расширяющуюся внизу. Она весьма похожа на мушкетон, то есть — на небольшую переносную пушку. Более того, из дула вырывается наклонный язык пламени, направленный точно по стволу. Так что, повторим еще раз, перед нами вовсе не факел, пламя которого поднималось бы вертикально вверх, а именно оружие, с силой извергающее огонь. Между прочим, солдат, идущий впереди, держит щит и меч обычных размеров. Отсюда видно, что скульптур аккуратно отражал подлинные размеры вооружения. Следовательно, он намеренно (и весьма выразительно) подчеркнул большие размеры «трубы»-мушкетона.
На рис. 158 третий солдат справа с трудом несет на плече огромную толстую «трубу». Это явно не обычное холодное оружие. Размахивать в бою такой «трубой», как палицей или дубиной, скорее всего, невозможно. По-видимому, скульптор изобразил здесь именно небольшую переносную пушку. Из таких пушек стреляли, установив их на подставку-треногу, или с плеча. По-видимому, такие же большие и неуклюжие «трубы» несут четыре воина слева. Несмотря на то что верхние части изображений сбиты, перед нами — явно такие же переносные пушки-«мушкетоны».
На рис. 159 воин держит в руках большую и массивную «трубу», из которой вырывается язык пламени в направлении ствола. Скорее всего, перед нами изображение мушкетона.
На рис. 160 — еще один барельеф из храма Лакшмана. Воин с массивной «трубой-палицей» в руках, из которой вырывается язык огня в направлении ствола. Подобных «огнестрельных барельефов» в храме много. Мы не будем все их здесь воспроизводить. Отсылаем заинтересованного читателя к фундаментальному альбому [1405:2].
Как мы показали в книге «Казаки-арии: из Руси в Индию», эти индийские изображения отражают события Куликовской битвы, перенесенные на бумаге в Индию и объявленные потом «битвой на поле Куру».
3.9. Изображения годендагов на известном Сундуке Куртре практически идентичны изображениям огнестрельных орудий на других старинных памятниках
А теперь снова обратимся к Битве Золотых Шпор, представленной на Сундуке Куртре. Оказывается, изображения годендагов близки к изображениям пушек-мушкетонов на барельефах индийского храма Лакшмана и на других старинных изображениях. Судите сами.
На рис. 161 показан фламандский ополченец с годендагом в руках. Мы видим тяжелую толстую «палицу-трубу», из конца которой выглядывает «конус», направленный вдоль ствола. Достаточно похоже на трубы-пушки на барельефах храма Лакшмана, см. выше. Поэтому не исключено, что эта «фламандская толстая палица-дубина» также изображает стреляющее орудие: из ствола вылетает конусообразное пламя. Напомним, что иногда пушки рисовали как факел, пламя которого (в виде конуса) вырывается в направлении ствола, куда бы он ни был направлен — вбок, вперед или даже вниз. Аналогичные толстые палицы-трубы с «конусом» на конце мы видим в руках и других ополченцев на Сундуке Куртре, рис. 162, рис. 163, рис. 164, рис. 165. Они тоже выглядят как «направленные, стреляющие факелы», см. фотографии, представленные выше.
Рис. 161. Ополченец с годендагом в руке. Передняя панель Сундука Куртре. Музей Битвы Золотых Шпор. Фотография сделана А. Т. Фоменко в 2019 году.
Рис. 162. Ополченец с годендагом в руке. Передняя панель Сундука Куртре.
Рис. 163. Ополченцы с годендагами. Передняя панель Сундука Куртре.
Рис. 164. Ополченцы с годендагами. Передняя панель Сундука Куртре.
Рис. 165. Ополченец с годендагом в руке. Передняя панель Сундука Куртре.
4. Куликовская битва была религиозной. В битве при Куртре также был силен религиозный мотив
Как мы неоднократно отмечали, в религиозном Куликовском сражении сошлись царские и апостольские христиане. Аналогично, в истории битвы при Куртре подчеркивается, что французский король провел реформы, вызвавшие возмущение во Фландрии. Причем, как сказано, «ВСЕ ХРИСТИАНЕ БРАНИЛИ И ПРОКЛИНАЛИ ЕГО ЗАТЕЮ, а более всего наши многочисленные купцы и заимодавцы», см. выше. Подчеркнуто, что возмущены были именно ВСЕ ХРИСТИАНЕ. По-видимому, апостольские. Скорее всего, в таком виде в хронике Виллани прозвучала серьезная религиозная подоплека войны и битвы при Куртре.
Ордынское войско хана Мамая состояло, в основном, из царских христиан, в том числе из Западной Европы, из Италии, из Франции. Поэтому в фантомном отражении, а именно в битве при Куртре, мы видим французского короля Карла (здесь имя Карл означало просто Король), противника ополченцев, отправившего Артуа (Орду) в бой.
5. Гибель Мамая (хана Орды) и гибель графа Артуа (Орда-Рать)
Мамай, хан Орды и предводитель войска, бежал с поля боя, но вскоре был убит. Сказано: «Мамай бежал в Кафу... и там был убит генуэзцами» [435], с. 233. А что произошло с графом Артуа (Орда-Рать) — предводителем войска, фантомным отражением Мамая? Он тоже был убит, причем убит на поле брани. Виллани сообщает, что спаслось только несколько знатных рыцарей, среди которых Артуа не было. Он погиб в сражении. В Музее Золотых Шпор выставлена картина, на которой изображена смерть Артуа в бою при Куртре, см. выше рис. 99. На рис. 166 показана эта картина в момент ее реставрации в музее. На рис. 167 — ее фрагмент, изображающий падение с лошади смертельно раненного графа Артуа.
Рис. 166. Картина «Битва Золотых Шпор». Художник Никез де Кейзер, 1836 год. Картина сфотографирована, когда над ней работали реставраторы. Музей города Кортрейка. Фотография 2019 года.
Рис. 167. Фрагмент картины, где изображена гибель графа Артуа, предводителя войска французов. Смертельно раненный, падает с лошади. Фотография 2019 года.
Напротив, предводитель ополченцев остался жив как в Куликовском сражении, так и в битве при Куртре.
6. Сергий Радонежский, благословляющий «со Знамением» ополчение Донского, и священник, благословляющий «со Знамением» ополчение фламандцев. При этом все римское войско видит «Знамение Константину Святого
