† Благодарить Господа Бога за полученный благодеяния.
† Просить благости для познания своих грехов и очищения от них.
† Требовать отчёта от своей души, сначала в мыслях, затем в словах и наконец в действиях, просматривая по порядку истекшее время.
† Решить исправиться с помощью благодати Божьей[45].
После окончания новицитата и завершения ступени схоластика, Антонио готовился стать светским коадъютором, а Фернандо – духовным. Но для этого требовалось ещё несколько лет.
Тем временем Антонио самозабвенно преподавал в начальных классах колледжа, а Фернандо выполнял различные поручения ордена, часто покидая родной Вальядолид. Увы, друзья выделись редко…
В начале 1602 года проректор колледжа получил из Рима письмо, в котором говорилось, что духовный коадъютор Диего де Торрес-и-Болло намеревается отправиться в Парагвай с целью основания новых миссий. Для этого предприятия он намерен привлечь братьев по ордену, особенно молодых и энергичных.
Проректор тотчас по прочтении письма пригласил к себе в кабинет Гонсало Суареса и, посоветовавшись с ним, решил рекомендовать духовному коадъютору Диего де Торресу-и-Болло двух своих «питомцев» Антонио Монтойя и Фернандо Кастилья.
Молодые иезуиты восприняли сию новость с огромным воодушевлением и вскоре отправились в Рим, а затем – Новый Свет.
Глава 5
После длительного морского путешествия Диего де Торрес вместе с молодыми иезуитами достиг берегов Аргентины. Вскоре они оказались в заливе Ла-Платы[46], на расстоянии десяти лиг от Буэнос-Айреса. Де Торрес без труда нанял судно, переправлявшее торговцев, монахов и различного рода авантюристов по реке Парана в Парагвай.
Владелец судна – креол[47], в котором сразу же угадывалось смешение испано-индейских кровей, предупредил иезуита, что путешествие предстоит нелёгкое, ибо река изобилует подводными камнями и порогами. Но это не напугало коадъютора, потому как он был преисполнен решимости добраться до Асунсьона.
Все иезуиты, разумеется, не смогли разместиться на одном судне, более походившим на большой плот, и де Торресу пришлось нанять ещё несколько. Каждое судно-плот оснащалось специальным веслом, которым ловко орудовал креол, а для удобства пяти-шести пассажиров была сооружена небольшая хижина.
И вот плоты отчалили от берега, направляясь через безмолвный девственный лес. Де Торрес и иезуиты осенили себя крестным знамением.
Антонио Монтойя, Фернандо де Кастилья и ещё несколько монахов разместились вместе на одном плоту. С замиранием сердца молодые иезуиты наблюдали за проплывавшими пейзажами. Антонио не удержался, открыл блокнот и, вооружившись художественным углем, стал рисовать. На бумаге появилась река, деревья… Вот к воде спустился олень, дабы утолить жажду. Иезуиты, затаив дыхание, наблюдали за ним, пока тот не скрылся из вида.
Антонио, поражённый изобилием птиц с ярким оперением, пытался всех их запечатлеть на бумаге, сожалея, что не может это сделать в красках. Вот в прибрежных зарослях метнулась стайка небольших животных.
– Смотрите кошки! – воскликнул удивлённый Фернандо. – Может здесь ещё и собаки водятся?
Антонио укоризненно покачал головой.
– Вспомни, что ты изучал в колледже, Фернандо. Здешние лесные собаки называются магеллановыми…
Фернандо пожал плечами и с удовольствием вдохнул пьянящий воздух свободы. Наконец-то колледж и новицитат остались в прошлом. Он молод, завершил ступень схоластика и готовился стать духовным коадъютором. В группе иезуитов, сплавлявшихся по реке Паране, были не только схоластики, недавно завершившие новицитат, но и светские коадъюторы, ведь в городах и селениях также требовались грамотные и преданные ордену представители светской власти[48], а также члены ордена только что ступившие на ступень духовного коадъюторства. Все они принесли три монашеских обета – бедности, целомудрия[49] и повиновения, а затем специальную присягу верности, которая связывает орден с Папой Римским.
Немногословные креолы вели свою маленькую флотилию по реке, делая кратковременные остановки. В такие моменты, креолы настоятельно советовали иезуитам не удаляться от плотов, ибо леса кишели не только безобидными пампасскими кошками и магеллановыми собаками, но и ягуарами.
Антонио предпочитал прогуливаться вдоль берега (креолы же готовили еду для иезуитов, для этого они возили на плотах котлы), наслаждаясь созерцанием зарослей камышей и раскинувшимися на воде кувшинками. Остальные иезуиты предавались различным занятиям: помогали креолам, проводили время в молитвах и чтении, размышляя о своём предназначении и миссии в Новом Свете. Де Торрес одобрял подобное время препровождение, поддерживая теологические и философские споры схоластиков, тем самым продолжая их обучение. От его цепкого взора также не ускользнуло, что Антонио предпочитает уединение. Хотя духовный коадъютор не подвергал сомнению способности своего ученика, всё же был вынужден сделать ему замечание, дабы тот старался принимать участие в дебатах, а не предаваться лишь своему излюбленному занятию рисованию и созерцанию природы. На что Антонио признался:
– Я хочу написать труд о флоре и фауне Нового Света, а для этого необходим обширный материал…
Поразмыслив, де Торрес пришёл к мнению, что Антонио правильно избрал ступень светского коадъютора, а отнюдь не духовного. Впрочем, де Торресу почему-то нравился Антонио… Возможно, он привлекал почтенного иезуита своей жаждой знаний.
* * *
Путешествие иезуитов по реке продолжалось в течение трёх недель, прежде чем они достигли бешеных каменных порогов, с которых с шумом ниспадала вода.
Иезуиты и креолы покинули свои плоты, вытащили их на сушу, перетащили, минуя пороги, и снова двинулись в путь. До крайней точки Парагвая, Япейю, оставалось два дня пути.
Эта редукция принадлежала ордену иезуитов, и путешественникам не терпелось посетить её, дабы набраться практического опыта и использовать его в дальнейшем при создании миссий.
В Япейю уже ожидали де Торреса и его «питомцев», ибо обмен информацией в ордене был налажен отменно. Альфонсо де Ривертес, провинциал[50] Парагвая, уполномоченный орденом, подготовился встретить вновь прибывших братьев. Провинциал в честь их прибытия решил устроить феерию.
Небольшая флотилия причалила к берегу. Не успели иезуиты во главе с де Торресом ступить на землю, как раздался страшный шум, словно неприятель грозил им внезапным нападением.
Вновь прибывшие монахи несколько растерялись… Вдруг они увидели два фрегата, движущихся по реке и симулирующих морскую баталию, обмениваясь пушечными выстрелами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
