– Можешь совладать, можешь. Просто не хочешь. Ты нашел для себя удобный выход.
Патрин указал на лавовое море, плескавшееся под килем корабля:
– Но если ты упадешь в обморок и свалишься в лужу в этом мире, тебе уже никогда больше не придется применять свои чары!.. Пошли, пес. И ты тоже… Альфред.
Глава 11. ГАВАНЬ СПАСЕНИЯ, АБАРРАХ
Эпло оставил корабль в доке: магия поддерживала его в воздухе над волнами лавы. С кораблем ничего не случится – руны защитят его лучше, чем смог бы это сделать сам Эпло: в отсутствие хозяина на корабль никто не проникнет. Да и непохоже было, что кто-нибудь попытается это сделать. Не было никого на берегу, ни одно начальственное лицо не пыталось выяснить, по какому делу они прибыли сюда, никто не пытался заставить их уплатить пошлину, ни один моряк не осматривал корабль.
Пес спрыгнул с палубы на пирс, Эпло последовал за ним, приземлившись почти так же легко и бесшумно, как и пес. Альфред оставался на палубе, нервно вышагивая по ней, то подходя к борту, то отступая в нерешительности. Эпло было совсем уже решил оставить сартана как, есть, когда внезапно с отчаянной отвагой Альфред бросил свое неуклюжее тело в воздух, размахивая руками и ногами, и рухнул на пирс бесформенной грудой тряпья. Некоторое время ему не удавалось собраться с силами, чтобы подняться: возникало ощущение, что он пытается заново собрать собственное тело по частям, как головоломку, и к тому же все время делает ошибки. Эпло наблюдал за этим процессом с некоторой толикой веселья, при этом испытывая раздражение и сильнейшее желание помочь неуклюжему сартану, приподняв его за шиворот и хорошенько встряхнув. Наконец Альфред выяснил, что умудрился не переломать себе кости, поднялся и зашагал вслед за Эпло и псом.
Они медленно шли по пристани: Эпло тщательно изучал окрестности. Один раз он даже остановился, чтобы рассмотреть поближе сваленные на берегу тюки; пес обнюхал их, Альфред тоже присмотрелся.
– Что это такое, как вы думаете?
– Сырье какое-то, – ответил Эпло, легко касаясь тюков. – Мягкое, волокнистое. Одежду из него делать можно. Я… – Он замолчал, наклонился ближе к тюку, словно обнюхивал его, как пес; выпрямился, указал пальцем:
– Что ты об этом думаешь?
Альфред, казалось, был немало удивлен вопросом, однако же наклонился ближе, прищурился, рассеянно изучая тюк:
– Что? Я не могу…
– Приглядись к знакам на тюке. Альфред только что носом не ткнулся в изучаемый предмет, вздрогнул, слегка побледнел и отстранился.
– Ну и что? – требовательно спросил Эпло.
– Я… я не могу быть полностью уверенным…
– Как это не можешь, чтоб тебе пусто было?!
– Знаки стерты, их трудно прочесть.
Эпло покачал головой и зашагал дальше, свистнув псу, – тот, видно, решил, что отыскал крысиную нору, и принялся устраивать подкоп под тюк.
Обсидиановый город встретил их тяжелым, зловещим молчанием: никто не выглядывал из окон, не бегали по улицам дети… Однако было очевидно, что когда-то в городе бурлила жизнь, сколь бы невозможным ни казалось это здесь, на берегу лавового моря, чей жар и испарения убили бы любого простого смертного.
Простых смертных. Но не полубогов.
Эпло продолжил тщательный осмотр тюков и свертков, сваленных на причале. Временами он останавливался, присматривался и частенько после этого молча указывал Альфреду на тот или иной предмет – тот смотрел на очередной сверток, потом на Эпло и в затруднении пожимал сутулыми плечами.
Они вошли в сам город. И снова – никто не окликал их, не приветствовал, не угрожал. Теперь Эпло был уверен, что этого и не произойдет. На его коже были руны, которые предупредили бы его о присутствии вблизи кого-либо – или чего-либо – живого; однако сейчас его магия работала только на то, чтобы охлаждать тело и защищать его от ядовитых испарений. Альфред, правда, нервничал – но Альфред будет нервничать, даже входя в детскую.
Эпло волновали два вопроса: кто жил здесь и почему они здесь больше не живут?
Город представлял собой две шеренги домов, высеченных из черной скалы, выстроившихся вдоль единственной улицы. Одно здание, стоящее напротив причала, могло похвастаться даже окнами – настоящими стеклянными окнами с грубыми толстыми рамами. Эпло заглянул внутрь и увидел большой зал со множеством столов и стульев. Вдоль стен висело несколько шаров, излучавших теплый, уютный свет. Должно быть, это постоялый двор или что-то вроде того, подумалось Эпло.
Дверь дома была сплетена из каких-то толстых грубых стеблей, напоминавших по прочности пеньку, и покрыта слоем неведомого материала, делавшего поверхность гладкой и защищавшего всю конструкцию от адского жара и ядовитых испарений. Дверь была слегка приоткрыта – не так, будто здесь ждали гостей, а так, словно хозяин уходил в страшной спешке и не закрыл ее: не до того было.
Эпло уже собирался войти и осмотреть дом изнутри, но тут его внимание привлек знак на дверях. Он уставился на этот знак; неясные и смутные до этого мгновения, его подозрения обрели определенную форму. Молча он указал Альфреду на дверь.
– Да, – тихо проговорил тот, – это рунная вязь.
– Сартанская рунная вязь, – жестко поправил его Эпло.
– Искаженные руны сартанов – искаженные или измененные, это было бы более правильным. Я не смог бы ни сказать эту руну, ни пользоваться ею.
Со склоненной головой и сутулыми плечами Альфред сейчас более всего напоминал высунувшуюся из панциря черепаху.
– И я не могу объяснить ее.
– Это тот же знак, что мы видели на тюках.
– Не знаю, как вы можете утверждать это с такой уверенностью. – Альфред явно не хотел выдавать своих мыслей. – Те знаки почти стерлись.
Эпло невольно вспомнил Приан и тот город сартанов, который он обнаружил там. Там тоже были руны, но их не рисовали на дверях постоялых домов. Вывески постоялых домов на Приане приглашали посетить гостиницу – на языках людей, эльфов и гномов. Эпло также вспомнил, что гном – как же его звали?.. – кое-что смыслил в рунной магии, но руны его выглядели грубыми, вязь их – неуклюжей, словно их рисовал ребенок. Трехлетний сартан в магическом состязании смог бы одолеть этого гнома.
Конечно, может, эта рунная вязь была искажена, но это была искусная тонкая вязь – руны, защищающие дом, руны благословения для каждого, кто входит сюда. Наконец-то Эпло нашел то, что искал, то, что боялся найти, – он нашел врага. И, судя по всему, ему предстояло встретиться с настоящей цивилизацией врагов.
Великолепно. Лучшего и пожелать нельзя.
Эпло вошел в дом, бесшумно ступая по мягкому ковру.
Альфред нерешительно последовал за ним, изумленно озираясь по сторонам:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
