Остров Кронштадт
(славянская ЛюНависть)
Говорят, русские читают стихи, как молитвы,и пишут их, чтобы сказать правду…
Под поручнем каждого прута твоей лестницы —не потерявший краски лоскут ткани —символ мольбы…
Земле отпущены века до Пришествия……не разглядеть кого – в перекрестье глазка.А нам?Неодолима чувств природа:Ты видишь – я опять пришел.Твой телефон молчал три года.Тебе, я думал, хорошо.
Сверстники из пятидесятых все чаще уходят,не развинтив цилиндрик валидола,не дожив до тяжких коньячных юбилеев,не допризнавшись, не допростив…Без покаянья…
Зияет прошедшее странно и жутко,Как ниша бетонной стены,Храня до поры правду наших поступков,Былую реальность и сны.
Хотеть не ЗА ЧТО,А КОМУ, КОМУ?КОММУНИЗМ чувств.Интернационал мольбы.Ее больше, чем въелось в известь старого храма.Мольбы…палившей райкомы и мечети Таджикистана,выбившей сердце сараевского Христа соборной мозаики.
Может, Таджикистан и Югославияначались с самоубийства маршала Ахромеева?Без покаянья.
В сараевских трамваях и душанбинских троллейбусах —фанерные двери гражданской войны.
Мольбы…сквозь бойницы в бетонном желобеолимпийской трассы бобслея.
На склонах Балкан, переходящих в кладбища,среди похожих на отчества фамилий на – ич —в кириллице – с полями вместо цифр: римских и арабских —Петр и Павел.Русские дуэлянты.С судьбой. З богом.Без покаянья.Нет ничего атеистичней смерти.
«В России есть остров, большой, как Сараево. Кронштадт. Оттуда Павел.Петр – болгарин. Пел по-русски».
Не осветить в души загашникахО прежних днях мои слова,Пока солирует «калашников»Калибром семь шестьдесят два.
На всю Европу хватаетримского Петра илондонского Павла.
Но каждой клеточкой сетчатки —Такая русская судьба —От Петербурга до КамчаткиЗа нами смотрят сразу два.
Она роняет седеющие волосына свои черные колготки.40 кг тротила.В своей квартирена первом этаже восьмиэтажки. И…Без покаянья.
«Ко jе други могипрочитати твоje повесци, Сараjeву?»
Острее ревности к любовнику —Коль Бог не дал судьбы иной —Бикфордов шнур на подоконнике —Давай огонь. Пошли с сумой.
Пять лет в розыске.Террористка по имени Весна.
* * *
Все романтические историизавершаются сухим резюме,похожим на выходные данные прочитанного романа.
И все-таки, как во сне под пятницу,найди меня на карте ночной Европы,где самые яркие точки – Москва иПитер.Большие, как остров Кронштадт.
P. S. А покаянье – дьяволу в конвертеОтправь, забудь и все-таки условьНам дату, место встречи после смерти.Там Бог простит. Там русская любовь.
Сараево,апрель 1997 г.
Солдатская лямка по-американски
Дополним балканско-миротворческие впечатления взглядом на американскую казарму. Причем не со стороны, а изнутри. Со вниманием к деталям, в которых вся соль. С дополнением общеизвестного личными впечатлениями. Без сусальной восторженности, но и без публицистического оплевывания по остаточному классовому или ура-патриотическому принципу. В жанре живого рассказа. Такую возможность предоставил почти двухлетний опыт службы российского представителя в американском штабе в Боснии…
Чем набор отличается от призыва?
Набор в вооруженные силы (ВС) США осуществляется через сеть recruiting stations – призывных пунктов (ПП), функционирующих из расчета: один на 70 – 100 тысяч городского населения и 15 – 20 тысяч сельского. ПП замыкаются на местную власть, но состоят в договорных отношениях с минобороны. Персонал ПП стимулируется призовыми баллами, начисляемыми по весьма сложной схеме. Она ориентирована на преимущественный набор наиболее подготовленных рекрутов, готовых служить в не самых престижных частях. К ним относятся прежде всего сухопутные войска (СВ). Ибо в пехоте меньше условий для приобретения навыков, полезных на гражданке. Поэтому за согласившегося служить на флоте или в авиации начисляется условно один балл, за пехотинца – три. За «образованного» (с ПТУ) сухопутчика добавляется еще один балл. Освидетельствование рекрута, достигшего 17 лет, осуществляется через тесты, соответствующие требованиям к выпускнику средней школы: число отжиманий за минуту, задачки про бассейн с двумя трубами и автотрейлеры (не поезда!), отправившиеся из пункта А в пункт Б, чейнворд – «танК» – «Кухня – …Север», диктант из местной газеты и «чем отличаются Ирак от Ирана или Персия от Пруссии?» По последнему – нужно угадать не менее четырех из десяти правильных ответов, ибо с кругозором – скажем позже – беда.
Начальную оценку качества призыва дает служба по подписанию контрактов (СПК) – первое воинское учреждение, куда попадает отобранный новобранец. СПК схож с нашим военкоматом, но через свои гарнизонные представительства сопровождает «джи-ай» (военнослужащего) в течение всего периода его действительной службы и в резерве. С СПК, минуя ПП, заключают контракты те, кто хочет и может стать офицерами резерва, а также унтер-офицерами и специалистами: прибавка к гражданскому доходу – в среднем 6 – 8 тысяч долларов в год. В резерв зачисляются лица в возрасте 22 – 55 лет, как правило, с высшим образованием и после 90-суточных сборов. Действительная служба резервистов (сборы, участие в учениях и живых операциях) – 30 суток, минимальная – семь суток в год.
СПК через более военно-ориентированные тесты повторно проверяет профпригодность и предлагает подписать первичный контракт на два или три года. По результатам тестов новобранца опять склоняют к непрестижной службе, ибо кандидаты для престижной – приходят чаще. Типичный новобранец – это вчерашний школьник (более 60 процентов), реже выпускник ПТУ или аналога наших кадетских корпусов. Но эти военизированные дублеры технических лицеев готовят скорее будущих курсантов, чем солдат-контрактников. Ибо находятся в ведении учебных командований видов вооруженных сил. Как и у нас – Суворовские училища. Правда, более половины сержантов – это бывшие кадеты-суворовцы, не поступившие в офицерские вузы, но сделавшие выбор в пользу службы.
Отсев в ходе тестирования в СПК считается браком ПП и снижает баллы, по которым вербовщикам определяют тарифный разряд. Так поддерживается многосторонний баланс интересов между новобранцами и вооруженными силами. Обеспечивается первоочередной приток новобранцев в те части, откуда происходит их преимущественное убывание. Ныне в СВ США более 60 процентов «джи-ай» ограничиваются первичным контрактом – снижение за десять лет – по некоторым данным – на 20 (!) процентов.
Поиск и предварительная вербовка новобранцев осуществляются главным образом в школах и спортивных секциях. Бывают случаи одновременного рекрутирования целой спортивной команды – через посулы содействовать спортивному росту. В половине штатов США действует специальный закон о необлагаемой налогом рекламе вооруженных сил. Среди молодежи распространяются бесплатные абонементы на спортивные состязания, молодежные клубы здоровой направленности. Организуются экскурсии в воинские части, где дают попрыгать с парашютом, учат стрелять, водить автомобили, пилотировать воздушные суда. Некоторые вербовщики, а также состоятельные отставники-патриоты – особенно в глубинке – содержат собственные скаутские клубы (аналог наших захиревших военно-патриотических). С первых классов проводятся лотереи и конкурсы среди обладателей наибольшего числа предметов военной атрибутики, «умников и умниц» по военно-техническим дисциплинам. Вербовщики с гражданки (с «убыточных» по американским меркам предприятий) тем не менее считают, что привилегии их военных коллег пора подрезать законодательно.
Стимулы и соблазны…
Главный высказываемый довод в пользу службы – так называемый челендж – возможность себя проявить. С ним тесно связан реальный стимул – льготное или бесплатное образование, а также повсеместно ценимый на гражданке опыт военной службы: на контракте с Пентагоном состоят около 80 только высших учебных заведений, имеющих филиалы в гарнизонах. Есть и такие, кто пришел служить потому, что «в армии больше, чем на гражданке, порядочных людей и отношения чистые, как завещал Иисус Христос (много реже – Аллах)». Кстати, о защите Америки и демократии в самой армии говорят реже, чем вне ее. Кто побогаче и попроще – на первое место ставят тягу к путешествиям и новым впечатлениям. Иногда в армии ищут спутницу, чаще спутника жизни. Хотя число внутриармейских пар колеблется в пределах 5 – 7 процентов на все сухопутные войска. Скажем прямо: претендентов на конкурс красоты, в отличие от спортивных дарований, в армии найти непросто. Но про ЭТО – позже.
