шагов. В комнате царил полумрак.
– Не бойся, здесь никого нет.
И тут, словно по взмаху волшебной метёлки, в камине заискрил огонь, наполнив комнату светом.
– Кто посмел войти во владения Горбомора? – хриплым голосом донеслось из камина.
– Я – Василиса, а это Тёвен и метёлка.
– Ты та самая Василиса?
– Да, та самая. С кем имею честь разговаривать?
– О, я забыл представиться. Меня зовут Жарик. Подбрось поленьев, а то я совсем простудился.
– Не знала, что огонь может простудиться.
– Ещё как может.
– Вы не против, если мы согреемся немного у Вас?
– Конечно, располагайтесь. Всегда рад хорошим гостям. Тем более, что хозяин улетел на несколько дней, так что комната в полном вашем распоряжении.
– А Залик и Мариголь?
– Эти пройдохи не посмеют сюда войти без причины – слишком трусливы.
– Тебе они не нравятся?
– Кому нравятся те, кто заточил тебя в темницу против воли?
– Да, тут не поспоришь…
– А не найдётся ли здесь немного еды? – спросил Тёвен.
– Найдётся! Присаживайтесь!
Мы уселись за стол. Огонь заискрил, поглощая поленья, затем пыхнул и словно по взмаху волшебной метёлки появилось блюдо с мясом, запечёнными клубнями картофеля, зелень, а через мгновение – чайник с ароматным чаем и на отдельной тарелочке хрустящие ломтики свежего хлеба.
– Вот это волшебство! Моей сестре пришлось бы по вкусу Ваше угощение.
– Благодарю.
– Жарик, а Вы не хотите с нами отправиться к Ягусе? Отведаете Зёвушкиных пирожков и пончиков…
– И похлёбку из мухоморов?
– И похлёбку, – улыбнулась я, – а уха какая вкусная. Феликс и Камис сами стерлядь ловили.
– Правда?
– Правда! Они и меня выловили из реки, когда я с клубочком ступенями ошиблась.
– Какими ступенями?
– Да в подпол полезла за блюдечком и случайно очутилась в бездне.
Жарик засмеялся. От его смеха становилось всё теплее и светлее.
– Ну надо же, – искрил он, – а я-то думаю, почему хозяин так быстро улетел, а затем вернулся злющий и мокрый.
– Может, он тоже на рыбалке был?
– Ага, только рыбку выловить не успел. А потом обсох маленько, да прихватив Залика опять улетел.
– Он, наверное, за мной охотился.
– Выходит так.
– Я слышала его разговор с Заликом. Непонятно всё как-то.
– Чувствует, что его старания в пустую, вот и бесится.
– А сейчас где он?
Жарик вздохнул и озарился синим цветом.
– Заклятье действует…
– Ты не можешь говорить об этом, а нарисовать или написать?
– Могу, – подумав, произнёс огонь, – только чем?
– Угольком.
– Точно! Как я раньше не догадался! Тащите дощечку. Вон ту, что у стены.
Маленькая дощечка, покрытая тонким слоем металла, оказалась не такой уж и лёгкой, но мы перенесли её к камину. Жарик достал уголёк и, насвистывая мелодию, начал рисовать.
– Да, – вздохнул Тёвен, – нам бы ещё гномов освободить.
– Нужен кристалл возвращения, а он как раз в столе у хозяина.
– Правда?
– Правда!
– И в чём подвох? Разве может Горбомор оставить кристалл так просто?
– Хм… может! Он уверен в своей силе.
– Иногда тот, кто считает себя могущественным, на деле оказывается совершенно беспомощен. А зачем ему гномы?
– Как зачем!? Он хочет править всеми мирами, измерениями и параллелями.
– Не понимаю, – произнесла я, – к чему столько заморочек?
– Вот ты не от мира сего! Если Горбомор получит, то что хочет – всё погрузится во тьму и наступит эра Хаоса. Не думай, что человечество останется. Болезни и войны сделают своё, а природные катаклизмы разделят планету на несколько частей, титанические плиты сожмутся, покрываясь водой или плазматической субстанцией.
– Как страшно, но ведь и Горбомор тоже погибнет.
– Погибнут смертные, а бессмертные станут уязвимыми, и кто знает, как они поступят в такой ситуации.
– Значит, Ягуся защищает не только Лихолетье? А в моём мире она всего лишь элемент сказок…
– Вот те раз! И как такое могло случится?
Я пожала плечами и задумалась. Огонь снова принялся за наброски на дощечке, а Тёвен с удовольствием доедал.
– Ну, хорошо. Допустим, что Горбомор идёт к своей цели, но без маховика времени он ничего сделать не может. Правда?
– Кривда! Ты подумай, для чего ему гномы?
– Камни добывать.
– Ха! Сейчас они работают над созданием машины, которая может перемещать целые галактики.
– А зачем тогда им маховик? Он же такой маленький.
– Маленький, да удаленький! Машина без маховика не запустится. Они хоть и искусные инженеры, но волшебство, скрытое в маленьком кулоне, несёт невиданную силу.
– Тогда не стоит переживать – кулон в надёжных руках!
– Не знаю, – Жарик заискрил, протягивая мне дощечку, – смотри…
Я взглянула. Глаза мои от удивления расширились, а Тёвен пискнул и закрыл мордочку лапками.
Глава 17
На веранде за столом сидела Яга и, томно вздыхая, смотрела на падающие звёзды. Водянка суетливо накрывала стол.
– А кисель остался? – Горыныч заглянул в кувшин.
– Поди, да налей сам, – ответила Водянка, – и пирожки захвати.
Горыныч встал и отправился к печи.
Пирожки аккуратно лежали на блюде, маня необыкновенным ароматом. Горыныч вдохнул, закатив глаза от удовольствия, схватил один пирожок, затем ещё два и по очереди закинул в каждую пасть.
– Горыныч!
– А! – он подпрыгнул от неожиданности и, обернувшись, увидел Лешика.
– Слушай, спасай друг.
– Кого спасать?
– Меня! Одолели эти мопсы.
– А я тут причём?
– Ты причём? А кто посоветовал их ко мне отправить?
– Нее, – Горыныч замахал лапами, – это не я!
– А Цыпилик сказал, что ты!
– Врёт! Нагло врёт! Я с Водянкой и Феликсом тут был! Спроси у кота!
– Вот ещё! Кот твой наврёт с три короба и глазом не моргнёт!
– Чего это я навру? – удивился подошедший Феликс.
– А того, что коты мутные!
– Сам ты мутный! Пришел тут ни здравствуйте, ни пожалуйста и обвиняешь почём зря.
– Да не обвиняю я тебя!
– Феликс прав! Обвиняешь!
– А кто мне мопсов подсунул?
– Цыпилик! – дружно ответили оба.
– Ладно, ты не расстраивайся. Сегодня, видно, день сложный.
– Да уж куда сложней. Эти прохиндеи напугали хор лягушек, а я их к турниру готовил. Благо съесть никого не успели. Вот и думаю, как теперь быть.
– А ты не думай, запри их в клетку.
– В какую клетку? У меня их отродясь не было!
– Да хоть эту, – Горыныч ткнул на деревянный ящик, лежавший у яблони.
– Это ж не клетка!
– А руки тебе на что?! Доделаешь – молоточком постучишь, сетку приколотишь, и клетка получится.
– И то верно, – он схватил ящик и пошел к колодцу.
– Эй! Пирожков хоть возьми!
Лешик, не обратив внимания на крики Горыныча, прыгнул в колодец.
– И молоток забыл…– вздохнул кот.
На веранде Мили веселила Ягусю, рассказывая о том, как отправляла воинов хана в своё измерение.
