— Капитан. В транспортном узле забаррикадировались гражданские, в составах возле него судя по активности заражённых — тоже.
Лидер отряда отреагировал на сообщение одного из офицеров молниеносно:
— Оставить без внимания! Не распылять силы, зачисткой займёмся на финальном этапе операции!
Тем не менее сам Кардинал выделил из экранов трансляции те, что накрывали транспортный узел и развернув их в интерфейсе, всмотрелся в происходящее.
Несомненно, офицер, решившийся на доклад во время боя — был прав. Чудища в которых обернулись жители города атаковали не только бойцов капитана. Многие тормозили у парамагнитных составов и пытались вломиться внутрь, причём далеко не в каждый вагон. Отдельные скопления быстро формировались у транспортного узла, большой станции, что выросла на стенках огромного опорного столба низинного города.
Пока что безумцев было не много — десятки. Но Кардинал знал, что времени у его людей остается всё меньше. Таят силы, боекомплект и боевой дух. Нужно закрыть аварийные шлюзы прежде, чем вал изменённых существ станет больше, чем имперское подразделение сможет отбросить.
— Всему личному составу внимание!!! На транспортном узле замечены выжившие! Те, кого мы с вами поклялись защищать! Нормальные, не подверженные безумию: женщины, дети и старики! Только от наших с вами действий зависят их жизни! Слушай мою команду! Приказываю начать атаку на отмеченные аварийные врата согласно распорядку движения и сохраняя построение! Ура!
— Урррра!!!
Взревел экипаж Бульдога отправляя меха на прорыв и используя поставленные на карту отметки.
— Урааа!!!
Кричало отделение поддержки, что бежало меж массивных ног и отстреливало тех из тварей, кто избежал смерти и подбежал слишком близко.
— Уррраа!!!
Вопили оборванцы. Увлекаемые Шилом они неслись вдоль стены под защитой военных и рвались к очередной технической ячейке.
Ура кричали все и вся. И лишь Кардинал, подпираемый со всех сторон бойцами охранения, молчал, полностью погрузившись в интерфейс. Руки и плечи товарищей не давали ему упасть, солдаты были обучены работать с офицером-координатором и понимали, что он сам не в состоянии организованно двигаться при таком уровне погружения.
Его тащили вперёд и задавали направление движения, подхватывали, когда спотыкался и не давали упасть. Он был мозгом, управляющим многоруким имперским чудовищем сводного подразделения.
Подчиняясь его воле РКП «Москит» и два штурмовых отделения развернулись на самой границе нового туннеля прикрывая тылы рвущегося вперёд подразделения. Тяжёлая пехота вооружённая плазмерами, чью атаку возглавлял механоид, при поддержке штурмовиков, стиснутым кулаком промчалось по краю транспортного узла и ворвалась на низинную улицу зачищая её от бегущих ей навстречу выродков.
Через четыре минуты по ту сторону аварийного шлюза уже полыхала плазма, а пар от падающей в неё пены стоял до потолка. Трупы устилали перроны и рельсы, а очередной многотонный шлюз двигался, стремясь огородить перекрёсток от вторжения.
Поэтапная зачистка транспортного узла была в самом разгаре.
Глава 11. Шум — это смерть!
Ты слышишь?
Дед предпочёл перейти на общение через сообщения. После заварухи у очистных сооружений стало понятно, что шум в новом Приморьеве, зачастую равняется не самой лёгкой смерти.
Слышу брат, идёт бой. Но очень глухо. Где-то над нами?
Услышав звуки отдалённого сражения, Борз остановился. Кто бы там не воевал — это люди, а не шайтаны, что рвутся на шум в безумном желании пожирать себе подобных.
Он представил себе штурмовую роту, которая сражается в окружении тварей и пожелал оказаться с ними плечом к плечу. Но Дед был иного мнения:
Нам стоит держаться от источников звука как можно дальше. Если то, что случилось у очистных сооружений — массовое явление, идти сейчас в сторону боя опасно.
Снайпер перевернулся внутри трубы и взглянул на Деда. Машинист, до того, как услышал отголоски боя, полз в пяти метрах позади. Но сейчас остановился и смотрел в темноту перед собой. В отличии от Борза, у избитого мужика не было комплекса визуального наблюдения и внутри вентиляционной шахты — он был слеп.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Расстояние внутри шахты было достаточным чтобы передвигаться на четвереньках или гуськом, но выпрямиться было невозможно. Откинувшись на рюкзак, чеченец спросил:
Как думаешь, они будут преследовать нас?
Дед в ответ покачал головой:
Твари быстро забрались на крышу. Если бы могли залезть на такую верхотуру, уже бы догнали. Там у станции была ровная стена, упираясь в неё толпой они создали кучу-малу, задние ряды подпёрли передние, по ним сверху в эту давку полезли новые и так по кругу. Это не осознанное действие. Они как животные, причём без нормального инстинкта самосохранения. Думаю, на какое-то время мы в безопасности.
Имперский солдат чувствовал себя нехорошо. Любой, даже самый сильный организм имеет предел выносливости. И события последних дней его знатно подкосили:
Мне нужен отдых, нужно поесть и попить. В рюкзаке остались рационы. Мы можем выспаться здесь и продолжить путь позже.
Машинист усмехнулся и с горечью в голосе проговорил:
Как мы будем пить и есть, если не можем снять маски? Ты думал о том, как эти люди превратились в… я даже не знаю, как их назвать. Возможно, воздух отравлен каким-нибудь газом или заражён вирусом? Тем более поток в этой трубе постоянно дует навстречу.
Обдумав слова своего напарника, снайпер взял автомат и опустив на поверхность трубы пихнул к машинисту:
Магазин последний, полный. Если я начну себя вести как один из заражённых — пристрелишь.
Дед, нащупав автомат рассмеялся:
И как же я тебя увижу в этой темноте?
Борз стянул маску и привалившись к стенке трубы полез в рюкзак:
На автомате контурный прицел брат. Смотри в него если тебе не лень, но мы не продержимся долго без воды и сна. Я предпочитаю рискнуть.
Машинист завозился, взглянул через прицел на распаковывающего рацион Борза и выругался:
И как воздух? Не возникает желания отгрызть мне нос?
Снайпер, в ответ лишь захрустел упаковкой, дразня машиниста.
Через несколько минут оба измученных человека ели калорийную армейскую пищу. Где-то впереди гулко гудел вентилятор и задувал в трубу прошедший многократную фильтрацию воздух.
Размышляя о том, что могло произойти, Дед высказал предположение, что всему виной может быть странный сигнал, пришедший вместе с «Оазисом». А Борз, слишком уставший чтоб разговаривать, уснул прямо во время перекуса, так ничего и не ответив.
Вскоре, к нему присоединился Дед.
* * *
Плазменная дуга без труда вскрыла трубу. Алеющий по краям круг металла готов был сорваться вниз, но воспользовавшись штурмовой перчаткой, Борз не дал ему упасть и загреметь на всю округу.
В тоннеле царствовал сумрак, разбавленный синим светом аварийных ламп. Освещения не хватало чтобы высветить внутренности распахнутых ангаров, что ютились по обе стороны низинной улицы.
После продолжительного, восьмичасового сна, сведённые самой судьбой напарники отбросили изнеможение прочь, оставшись один на удин с усталостью и болью избитых тел.
Мужчины сквозь шахту вентиляции проникли в соседний туннель и долго двигались параллельно улице. Но не предназначенная для таких путешествий труба, закончилась уходящей на верхний ярус низинного города шахтой. Не имея второй пары штурмовых перчаток и сил карабкаться на такую верхотуру, выжившие в схватке у очистных сооружений решились покинут своё убежище.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тварей не видно.
Внимательно осмотревшись, чеченец сбросил сквозь отверстие трос. Спустил вниз рюкзак, затем пропустив вперёд Деда, отправил сообщение:
Прикрою. Держи парализатор под рукой, но, если тебя заметят и полезут — не ори. Сам знаешь, шайтан на звуки ещё сильней идёт.
