Кристабел чувствовала себя измотанной до предела, у нее болела голова и страшно хотелось есть. Сейчас она мечтала лишь о том, как принять горячую ванну, лечь, включить какую-нибудь успокаивающую музыку и постараться забыть обо всем.
Здесь как в раю, умилилась Кристабел, входя в дом.
– Я уже собирался отправиться на поиски, – шутливо заметил Федерико, подходя к ней.
От него не укрылась ни бледность жены, ни тени под глазами, ни ее поникшие плечи, и он еле сдержался, чтобы не выругаться.
– Трудный был день, да? – озабоченно поинтересовался Федерико.
Он бережно обнял Кристабел за плечи и привлек ее к себе. Его губы легко коснулись ее губ, потом Кристабел уткнулась лицом в его плечо.
– Эндрю сегодня встал не с той ноги и придирался ко всему на свете. Мы делали дубль за дублем, не знаю, сколько точно их было, я потеряла им счет уже где-то после пятнадцатого. – Кристабел сводил с ума запах Федерико, она могла бы бесконечно стоять, уткнувшись носом в его плечо. Немного погодя она все же нехотя высвободилась из объятий Федерико, – Пойду в ванну отмокать.
Теплая вода, ароматное масло для ванны и приятная музыка делали свое дело. Кристабел прикрыла глаза и вскоре почувствовала приятную расслабленность во всем теле.
Она не услышала, как Федерико вошел и осторожно залез к ней в ванну. Только прикосновение его пальцев к щеке вернуло Кристабел к действительности. Однако она снова расслабилась, когда руки Федерико опустились на ее плечи и стали массировать легкими движениями, скользя все ниже и ниже.
Затем Федерико протянул ей бокал с шампанским, и, блаженно вздохнув, Кристабел сделала большой глоток волшебного золотистого напитка. По ее телу разлилось восхитительное тепло, и с каждым новым глотком Кристабел чувствовала, как напряжение покидает ее. У нее слегка закружилась голова. Должно быть, потому, что она ничего не ела с самого ланча.
Кристабел не имела ни малейшего представления, сколько времени они с Федерико провели в ванне, и слабо запротестовала, когда Федерико отключил воду. Он осторожно поставил Кристабел на ноги, и, обернув в махровую простыню, бережно промокнул ее тело от влаги.
– Ты совсем не пил шампанское, – заплетающимся языком выговорила Кристабел, когда Федерико понес ее на руках в спальню.
– Как ты себя чувствуешь?
– Абсолютно расслабленной.
Федерико зажег ночник, откинул одеяло и уложил Кристабел в постель, потом лег сам. Кристабел хотелось свернуться клубочком, положить голову на грудь Федерико и наслаждаться покоем. Однако у него были другие планы.
– Ты просто закрой глаза, – хрипло попросил Федерико, – и предоставь все мне.
Поцелуи Федерико спускались по шее к ее груди и казались легкими, как прикосновения крылышек мотылька. Он пальцами и губами ласкал каждую точку ее тела, пока Кристабел не почувствовала, что сгорает от желания. Когда Федерико взял ее ладонь и стал по очереди нежно целовать каждый палец, Кристабел ощутила, что все ее чувства обострились до предела. И тут Федерико неторопливо овладел ею, исторгнув из груди Кристабел стон наслаждения.
Бурный любовный акт отнял у Кристабел последние силы, и она тут же уснула в объятиях мужа. Федерико смотрел на спящую, боясь пошевелиться, любовался ее волосами, свободно разметавшимися по подушке. Он подождал еще немного, потом осторожно встал, принял душ и, натянув джинсы и рубашку, спустился в кухню и принялся колдовать над ужином.
Когда Федерико вернулся в спальню, Кристабел лежала все в той же позе, и он несколько минут постоял у кровати, любуясь спящей женой.
В этой женщине угадывался сильный характер, ярко выраженная индивидуальность и благородство. Именно эти качества Кристабел привлекали в свое время Федерико. Ее совсем не волновало богатство семейства Персетти, а только он как человек, и это Федерико ценил в Кристабел больше всего.
Понимает ли она, как много значит для меня? – задумался Федерико. Кристабел для меня как воздух, которым я дышу, как полуденное солнце, как ночная луна на небе. Я не настолько наивен, чтобы вообразить, будто любовь спишет все и обручальное кольцо и брачное свидетельство будут надежно охранять наш брак до конца дней.
Кристабел пошевелилась, открыла глаза и сонно улыбнулась мужу.
– Зачем ты позволил мне уснуть? – хриплым со сна голосом спросила она. – Который теперь час?
– Почти десять. Хочешь есть?
– Просто умираю с голоду.
– Я там соорудил ужин.
Кристабел широко раскрыла глаза от удивления.
– Ты? – Она быстро села на кровати, прикрывшись простыней, и усмехнулась в ответ на дразнящую улыбку мужа. – Я буду готова через пять минут.
Кристабел торопливо приняла душ и надела безразмерную шелковую тунику.
– О, надо же! – воскликнула она, садясь за стол. – Я и не подозревала, что ты обладаешь талантом кулинара.
– И только? – с притворной обидой спросил Федерико.
– Да нет, в тебе определенно масса талантов! – успокоила его Кристабел, отпив глоток красного вина.
Ужин состоял из телячьих отбивных, чудесного салата из зелени, французского батона с хрустящей корочкой и отличного сухого вина. Федерико не только великолепно все приготовил, но и с изяществом сервировал стол, с фантазией украсил блюда.
Дождавшись, когда Кристабел съела все до единой крошки, Федерико увеличил громкость магнитофона, из которого лилась лирическая мелодия, и, подойдя к Кристабел, потянул ее со стула на середину комнаты.
Кристабел испытывала неописуемое блаженство, тесно прижавшись всем телом к Федерико и покачиваясь вместе с ним в такт музыке. Его руки чуть поглаживали спину Кристабел, она же крепко обняла Федерико за шею. Казалось, ей передавалось тепло его тела и вся она целиком растворялась в Федерико, так что они плавно двигались под музыку как одно целое.
Федерико нежно потерся губами о ее висок, потом коснулся уголков ее рта, и Кристабел запрокинула голову, подставляя тубы. Этот поцелуй был неторопливым и глубоким, и ей хотелось, чтобы он длился вечно. Неожиданно Федерико подхватил ее на руки и понес в спальню.
– Так, дорогая, подойди теперь поближе. Улыбайся.
Если фотограф еще раз попросит меня улыбнуться, я зарычу, злобно решила Кристабел.
Казалось, этот день никогда не закончится. С девяти утра до одиннадцати у всей группы брали интервью и фотографировали для газет, потом были съемки для известнейшего журнала мод, затем надо было присутствовать на светском благотворительном завтраке в отеле, где один из ведущих телеканалов вел запись мероприятия для вечерних новостей.
Вечером того же дня давали прием в честь съемочной группы фильма, и чуть ли не вся элита города готова была выложить любые деньги, лишь бы засветиться на этом мероприятии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
