кем не сравнимая поддержка населения и полностью развязанные руки в борьбе за должность начальника полиции.
Глава 2
Четверг, 3 дня до…Утро
– Вставай! Ну же, поднимайся, кому говорят, тюлень грёбаный! – раздался громкий окрик, за ним последовал тяжёлый пинок в район рёбер.
Стерев струйку слюны, стекавшую по щеке, полненький юнец вскочил на ноги, едва не упав вновь от головокружения. Под ногами брякнули разбросанные по полу стеклянные бутылки и железные банки преимущественно из-под дешёвых пива и водки. Перед глазами всё плыло, а голова трещала, потому он не сразу осознал, где находится. С потолка свисала одинокая, едва дававшая свет лампочка, тем не менее прекрасно освещавшая ободранные и исписанные обои на стенах. Из какой-то из соседних комнат, быть может, даже на другом этаже, грохотала музыка. Правда, сквозь пусть и почти что картонные, но всё же стены доносились скорее гулкие басы, в которых отсутствовали какая-либо мелодичность или ритм. В какой-то момент у него в голове пронеслась мысль о том, как бы хорошо было оказаться дома: в трёхэтажном особняке его родителей, всегда прибранном, даже лоснящемся от постоянной заботы уборщицы, уже более десяти лет работавшей у них. Кровать с пологом, две объёмные подушки, мягкая перина, в которой словно утопаешь… Почему же он здесь, а не там?..
– Нормально вчера покутили, скажи, Дим? – рядом с ним с грязного пожелтевшего матраса, едва разлепляя глаза и потирая тоже ушибленный пинком бок, поднялся долговязый рыжеволосый ровесник первого.
– Ага… Что-то мутит, блевать охота.
– Я тебе говорил, не пей пивчанского после водки… Ты ж градус понижал, дуралей.
Долговязый хотел сказать что-то ещё, но его прервал вошедший в этот момент в комнату бритоголовый плечистый парень в кожаной куртке. Холодным взглядом убийцы буквально просверливающий сильно разнившихся с ним по внешнему виду двоих задохликов. На его лице слева, от подбородка до лба, красовалась татуировка дракона.
– Вы, блин, лясы точить будете или уже раздуплитесь? Живот хоть втяни, свинья ты хренова. Как там тебя?
– Д-дим-ма, – заплетаясь языком, ответил полненький паренёк, стараясь и вправду втянуться, разровнять спину, отведя плечи, и выглядеть как-то более серьёзно.
– Неправильно. Свинья, и точка, сколько раз повторять можно, а?
Долговязый прыснул, едва не сложившись в три погибели. Дима искоса с обидой посмотрел на него.
– А тебе чё, смешно очень? Тебя как зовут, червь ты, мать твою? – переключил своё внимание бритоголовый.
– Андрей…
– Будешь Червь теперь. Собирайте свои манатки и на собрание топайте быстро, понятно?
– Д-да, к-кон-нечно… – поспешил ответить Дима.
Бритоголовый бросил на него уничижительный взгляд и вышел из комнаты, направляясь в следующую. Откуда тут же раздался его приказ кому-то подниматься, сопровождаемый глухим ударом берца.
Стремглав бросившись в небольшой туалет, Дима вывернул обе ручки крана – текла лишь холодная вода – и принялся умываться, стараясь привести себя в чувство. Пыхтя и фыркая, наконец он чуть прочистил свои мозги, чтобы вновь начать хотя бы более или менее управлять своим телом и в полной мере осознавать, кто он и где он.
– Как думаешь, нам разрешат сделать тату дракона? – спросил его Андрей, прислонившись плечом к косяку.
– Не знаю…
– Уже скоро как шесть месяцев мы в банде. А толку ноль, разве нет?
– Если тебе не нравится – уходи. Я чувствую, что моё место здесь, – нахмурившись, ответил толстяк.
– Не кипятись. Подвинься, дай мне тоже умыться.
Дима отошёл в сторонку. В его сознании пульсировал один вопрос, не дававший ему покоя. Сам он не мог дать на него ответ – обычно Андрей в их неразлучной дружбе принимал все важные решения, зачастую подталкивая всего стеснявшегося и боявшегося Диму как на интересные приключения, так и на глупости, о которых впоследствии тот очень и очень сильно жалел. Некоторые моменты снились ему в частых кошмарах, отчего Дима просыпался в холодном поту в диком приступе астмы. Например, буквально пару дней назад во сне он вновь вместе с Андреем разбивал витрину магазина в паре кварталов от родительского дома – после того случая на протяжении месяца изо дня в день Дима ждал, что вот-вот за ним придёт полиция. А тогда о его поступке узнают родители: мама будет смотреть на него наполненными слезами глазами, держась за слабое сердце, а отец с презрением отвернётся, не в силах себя заставить посмотреть на того выродка, что достался ему вместо сына.
Наблюдая за другом детства своими маленькими водянистыми глазками и поправляя жёсткие волосы, подстриженные абы как, он всё же решился спросить:
– Андрюх, вот ты как думаешь… Это… Тебе комфортно здесь?
– А? – закрывая кран, переспросил долговязый.
– Ну как ты вот думаешь, то, что мы здесь – это хорошо?
– Конечно. Ты же сам говоришь, что чувствуешь, что твоё место здесь. Вот и я, – отряхиваясь, словно собака, ответил ему Андрей и вышел из ванной, судорожно начав собираться. – Надевай кроссы, а то Колян вернётся, даст по щам нам.
– Я понимаю… – присев на краешек матраса и медленно натягивая свои найки, тем не менее продолжил Дима. – Все же вот, может, это… Уйти?
– Ты чего, с дуба рухнул? Чего ж твоё мнение-то так из одной степи в другую бросает, то одно, то другое. Определись уже, ну? Снова неудачниками быть, над которыми все угорают? Да и ты видел, сколько тут девчонок? И ещё каких… у-ух. Весь район знает, что у членов банды Дракона лучшие цыпочки. Я вот присмотрел себе… Кристина. Я тебе отвечаю – только получим татухи, она мне тут же даст. Отжарю её во всех позах и ракурсах, сечёшь?
– Я всё понимаю, но, Андрюх… какое-то у меня предчувствие…
– Предчувствие? Чё, у свинки жирок задрожал? – неожиданно в комнате вновь очутился бритоголовый.
– Н-нет… То есть…
– Да ла-а-а-а-дно тебе, расслабься. Тут все свои, – Коля подскочил к Диме и, захватив его шею в сгибе локтя, прижал к полу. – Соскочить решил, а? Свинюха?
– Я… Х-х… – захрипел Дима, чувствуя, как страх задохнуться наполняет его, перед глазами начало темнеть, а голова, казалось, вот-вот лопнет.
Андрей же стоял в стороне, потупив взгляд и перебирая пальцами низ своей толстовки. В какой-то момент он посмотрел на задыхающегося друга, казалось, что он вот-вот бросится Диме на помощь, но всё же он одёрнул себя и продолжил стоять у стеночки, словно ничего и не происходит.
– Всё, дыши, малец, – милосердно отпустил бритоголовый Диму. – Все боятся, только члены банды Дракона не имеют права показывать свой страх, усёк?
– Х-д-д… да… – просипел Дима, сидя на полу и жадно хватая ртом воздух.
– Молодчик. А если нервы всё же
