— Без них не тот вкус, — безапелляционно заявила Молли, снимая крышечку с серебряного судка и принимаясь наполнять клубничным пюре третью креманку. — Я только одну ложечку вам положу.
Ложечка оказалась салатной.
— Ох, Молли! Ты, видно, смерти моей желаешь, — пробормотала Эстер, не отрывая вожделенного взгляда от появившегося перед ней десерта.
Кухарка ухмыльнулась.
— Напрасно вы так, мэм. От моей стряпни еще никто не умирал. Напротив, добавки требовали.
— В том-то и дело, дорогуша. В том-то и дело…
— Между прочим, — включилась в разговор Дженни, — когда из свежей клубники готовят маску для лица, в нее обязательно добавляют немного сливок или сметаны, иначе она не подействует.
— Все-то ты знаешь, — тихо обронил Дейв. Не глядя на Дженни, он отрезал кусочек яичницы и отправил в рот.
Дженни прикусила губу и опустила ресницы. А потом вдруг сердито буркнула:
— Что же я виновата, что ли? — Ее взгляд не отрывался от тарелки.
— Нет, конечно, — отозвался Дейв. — Эрудиция всегда относилась к разряду достоинств.
— По-моему, ты придерживаешься иного мнения.
Дейв в ответ лишь фыркнул.
В течение всего непродолжительного диалога Молли и Эстер удивленно переводили взгляд с Дейва на Дженни и обратно. В наступившей затем тишине кухарка подчеркнуто громко произнесла:
— Больше ничего не нужно, мэм?
— Спасибо, Молли, — ответила Эстер. — Если что-нибудь понадобится, я позвоню.
Когда кухарка удалилась, она выпила йогурт мелкими глотками. Потом, придвинула к себе креманку, взяла серебряную ложечку и произнесла, словно желая нарушить затянувшуюся паузу:
— Я возлагаю очень большие надежды на профессора Жиро. Он обещает сделать меня на десяток лет моложе.
Дейв тепло улыбнулся.
— Вот и замечательно. А потом мы тебя замуж выдадим!
— Похоже, вы с Дженни сговорились, — усмехнулась Эстер.
Дейв удивленно взглянул на нее.
— А что такое?
— Да она тоже советует мне обратить внимание на какого-нибудь интересного мужчину. — Эстер одновременно зачерпнула ложечкой протертую клубнику и сливки, проглотила, на миг закрыла глаза и расплылась в блаженной улыбке. — Божественно!
— Да, советую, — жуя яичницу, подтвердила Дженни в продолжение разговора. — Потому что это отвлечет вас от мыслей о возрастных изменениях и тому подобных вещах, на которых не стоит сосредоточиваться. Жизнь многогранна.
Дейв покосился на нее, затем перевел взгляд на мать.
— А между тем сама Дженни замуж не собирается.
— Почему ты так думаешь, сынок? — спросила Эстер.
— Она сама мне сказала. Не собираюсь, говорит, замуж, и все тут! — пропищал Дейв, подражая женскому голосу. — Ищу, говорит, идеального супруга.
Эстер и Дженни рассмеялись. Потом Эстер вздохнула.
— Может, так и нужно. Вот я, например, до сих пор не могу смириться с гибелью твоего папы, сынок. Больше двадцати лет прошло, но за эти годы мне так и не повстречался человек, который мог бы сравниться с Джорджем. Он был такой нежный, внимательный и так… любил меня.
— Я люблю тебя не меньше, чем папа, — мягко произнес Дейв.
Эстер улыбнулась.
— Конечно, сынок. Счастье, что вместо Джорджа небеса подарили мне тебя.
Повисла несколько неловкая пауза. Дейв взглянул на часы.
— Не пора ли нам отправляться в клинику?
Глаза Эстер вновь оживленно заблестели.
— Да-да! — подхватила она, отодвигая опустевшую креманку и поднимаясь из-за стола. — Пока доедем, то да се…
Дейв тоже встал. За ним Дженни, которая в течение последних минут, пока Эстер вспоминала трагически погибшего мужа, сидела как на иголках.
— Мне сопровождать вас? — спросила она, обращаясь к Эстер.
— Не нужно, дорогая. Меня отвезет Дейв. А у тебя будет несколько свободных дней.
Дженни немного помедлила, потом произнесла:
— Но вы позвоните мне, если я вам понадоблюсь?
Эстер улыбнулась.
— Непременно, девочка. Обещаю.
9
Провожали ее так, будто она отправляется не за тридцать миль от дома, а в кругосветное путешествие. За Эстер и Дейвом первым на крыльцо вышел с высоко поднятым хвостом сэр Люк Сэмюэль Пусс, за ним Дженни, Молли и Софи, которая настояла на том, что сама донесет саквояж госпожи до автомобиля. Когда Дженни попыталась отобрать у старушки ношу, та решительно воспротивилась и резво зашагала во двор, ворча на ходу:
— Нечего раньше времени списывать меня со счетов, я еще не такая старая. Вот горничной нет, а я ведь справляюсь!
Дейв помог Эстер устроиться на переднем пассажирском сиденье «вольво», а сам сел за баранку, перед этим кивнув Софи и Молли и скользнув взглядом по Дженни.
Наверное, из клиники он сразу отправится в Лондон, решила Дженни.
Разумеется, спросить Дейва об этом прямо она не могла.
Захлопнулись дверцы, и «вольво» покатил в сторону главных ворот.
Все, кроме кота, вернулись в дом. Молли отправилась на кухню мыть посуду, Софи сказала, что идет прибираться в подвале, а Дженни поднялась в свою комнату.
Закрыв за собой дверь, она первым делом сдвинула на макушку изрядно надоевшие очки и, потирая переносицу, вышла на балкон.
В залитой солнцем дубраве шелестел листвой ветерок, в пространстве над верхушками деревьев резвились ласточки. Краем глаза заметив на стволе ближайшего дуба движение, Дженни пригляделась и увидела двух серых белок. Пушистые зверьки без всяких видимых усилий носились друг за другом.
Наверное, у них любовь, со вздохом подумала Дженни. Счастливые…
Не зацикливайся на этом! Выброси глупые мысли из головы! Строго говоря, ты должна радоваться, что, едва появившись в Блэквуд-холле, Дейв тут же уехал. Чем реже вы будете видеться, тем лучше. В этом твое спасение, твердил ей внутренний голос.
Но как же я могу не встречаться с Дейвом, если он здесь живет?
Она на секунду зажмурилась и как наяву увидела чуть насмешливые синие глаза того, кто с некоторых пор занимал все ее мысли.
А ты не замечай его! Отвлекайся, займись чем-нибудь.
— Ну да, конечно, советовать легче всего…
Вновь вздохнув, Дженни вернулась в комнату.
Там она в очередной раз сменила на постели простыни и наволочки, потом направилась в ванную, где устроила небольшую постирушку, потому что у нее скопилась кучка ношеного нижнего белья.
Справившись с этим, Дженни решила принять душ. Особенно ей хотелось вымыть голову. И вообще, хотя бы немного побыть без проклятого парика.
Дженни давно уже злилась на себя за дурацкую идею с камуфляжем. Парик досаждал ей больше всего. А ведь можно было обойтись одними очками. Или в крайнем случае сделать стрижку, выкрасить волосы в другой цвет — только бы не мучиться с париком. Носить его было все равно что ходить в шапке. Это при нынешней-то жаре! С другой стороны, Дженни жаль было расставаться со своими красивыми темными волосами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
