Тем временем, обласкав один ее сосок, Дейв переместился к другому. Потом подхватил ногу Дженни, завел ее себе за спину и прижался своей твердой пульсирующей плотью к ее разгоряченному лону.
Дженни ахнула… и в этот момент в ванной неожиданно прозвучала трель мобильника.
Дейв и Дженни одновременно вздрогнули. Несколько мгновений они продолжали стоять, не размыкая объятий, а телефон все заливался — настырно, назойливо, будто задавшись целью во что бы то ни стало добиться, чтобы звонящему, кем бы он ни был, ответили.
Дейв процедил сквозь зубы ругательство, выпустил Дженни из объятий, перешагнул через бортик ванны и поднял со стула джинсы, в кармане которых находилась злосчастная трубка.
Тут, словно наконец опомнившись, Дженни быстро отжала воду с волос, затем тоже быстро вышла из ванны, схватила висевший на крючке махровый банный халат и, надевая его на ходу, толкнула дверь. Затем босиком побежала к выходу из комнаты.
— Постой! — крикнул Дейв. — Ты не можешь так уйти. Нам нужно поговорить…
Но Дженни уже захлопнула за собой дверь спальни. Однако, пробежав несколько шагов по коридору, она вдруг остановилась.
Что дальше? Куда идти? И существует ли вообще выход из сложившейся ситуации?
Дженни затравленно огляделась, и тут ее взгляд остановился на находящейся слева приоткрытой двери.
Это же комната леди Камиллы! — пронеслось в ее мозгу. Вряд ли Дейв станет искать меня здесь. Сюда вообще редко кто заглядывает.
Она переступила порог пустой спальни и, закрыв за собой дверь, заперла ее изнутри на замок.
Разумеется, Дженни понимала, что не сможет сидеть здесь вечно. Рано или поздно ей придется выйти и встретиться с Дейвом. И он, конечно, потребует объяснений, ведь он видел парик.
И не только, хихикнул кто-то в глубине ее сознания. Дейв видел тебя всю! Наверняка у него сразу возник вопрос, кто ты такая и почему тебе понадобилось проникнуть в дом под столь странной личиной. Ты готова дать ответ, дорогуша?
Рассказать Дейву все как есть? — подумала Дженни. Вот так, взять и выложить его и мою историю рождения, поведать про то, как нас подменили в роддоме?
В коридоре зазвучали шаги. Дженни прислонилась плечом к двери, напряженно прислушиваясь и молясь про себя, чтобы Дейву не вздумалось ломиться сюда. Сейчас она меньше всего готова была объясняться с ним.
К счастью, Дейв прошел мимо. Возможно, он и не собирался искать Дженни, понимая, что она и так никуда не денется.
Когда его шаги стихли, Дженни подошла к окну и устремила задумчивый взгляд на ухоженную клумбу.
А как быть с Эстер? Допустим, я посвящу Дейва в тайну нашего рождения, но захочет ли он и дальше сохранять все в секрете? Где гарантия, что Дейв не отправится тотчас в клинику и не передаст весь разговор Эстер? Которую нельзя волновать сейчас, накануне предстоящих операций?
Дженни прижалась лбом к прохладному стеклу.
Нужно потянуть время. Во что бы то ни стало. Мы с тетей Норой не предполагали, что развязка наступит так скоро. Та уверена, что Эстер следует испытать некоторую встряску, но, похоже, сейчас для этого не самый подходящий момент. Как бы неожиданное известие не вызвало у Эстер нервного срыва. Тогда все невероятно осложнится. И вместо пользы выйдет один вред.
Из этого следовало, что Дженни предстоит пройти по нитке над пропастью. Изловчиться сделать так, чтобы улеглись подозрения Дейва — а в том, что они возникли, можно не сомневаться! — и правда ни в коем случае не открылась Эстер. До поры.
Дженни вздохнула. Вместо того чтобы разрешиться, ситуация становилась все запутаннее.
Через несколько минут, убедившись, что в коридоре никого нет, она покинула комнату леди Камиллы и вернулась к себе.
10
Ланч Дженни пропустила, избегая встречи с Дейвом. Пить чай в пять часов тоже не пошла — по той же причине. К вечеру у нее заурчало в животе от голода.
И чего я добьюсь, сидя здесь как мышь в норе? — подумала Дженни, прислушиваясь к звону часов, отбивающих семь ударов. Чего доброго, Дейв впрямь решит, что я вынашиваю какие-то зловещие замыслы против него или Эстер! Пора прекращать голодовку.
Подойдя к зеркалу, она поправила парик, который вновь натянула на макушку, когда высохли волосы, и ткнула пальцем в перемычку вечно сползающих очков. Затем решительно двинулась к двери.
Дейв уже сидел в столовой. При виде Дженни его глаза блеснули.
Заметив это, она подняла подбородок и с независимым видом направилась к своему обычному месту.
Стол уже был накрыт. На нем стояли тарелки тонкого фарфора, возле которых поблескивали серебром ножи и вилки и искрились в свете ламп хрустальные бокалы. Здесь же находилась супница с разливной ложкой и несколько накрытых крышками судков.
Дейв внимательно проследил за каждым движением Дженни, а когда та села, заметил:
— Можешь снять свой камуфляж, кроме нас двоих в доме никого нет. Я отпустил Молли и Софи домой. Путь отдохнут несколько дней, пока Эстер находится в клинике.
Дженни вскинула ресницы, пристально взглянула на него и вновь опустила глаза. Потом, немного подумав, сняла изрядно надоевшие очки и положила на стол, слева от тарелки.
— Паричок тебе сейчас тоже ни к чему, — усмехнулся Дейв, продолжая наблюдать за ней.
— Ничего, пусть пока останется, — буркнула Дженни.
— Не мешает он тебе?
— Нет, — коротко ответила она.
Улыбка на лице Дейва стала еще шире.
— И тебе в нем не жарко?
Дженни метнула в него взгляд.
— Нет.
— Что ж, тогда начнем ужинать. С твоего позволения, я наполню твою тарелку. Молли сказала, что суп сегодня просто объедение. Мм… действительно пахнет заманчиво. Теперь, если не возражаешь, плесну себе… Между прочим, хлеб тоже Молли пекла.
— Ничего удивительного, — тихо заметила Дженни, беря ломтик свежего хлеба. — Она у вас на все руки мастер.
На некоторое время за столом воцарилась тишина. Проголодавшаяся Дженни с аппетитом поглощала вкуснейший суп из ревеня. Дейв искоса с интересом поглядывал на нее, но молчал. Только когда приступили к рагу из крольчатины, он негромко обронил:
— Ты ничего не хочешь мне сказать?
Дженни на миг замерла, не донеся до рта вилки с кусочком мяса, потом все-таки закончила действие и, жуя, покачала головой.
— Но, согласись, мне странно было вдруг обнаружить в своем доме красавицу вместо девчонки с более чем заурядной внешностью. Хотя, должен признаться, я и раньше чувствовал: что-то в тебе не так. Даже безнадежные дурнушки стараются как-то украсить себя, скрыть недостатки. Ты же, напротив, словно выпячивала свою невзрачность. — Дейв вновь пристально взглянул на нее. — Зачем тебе понадобилось выставлять себя уродиной?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
