не помеха! — он вдруг закричал. — Старик, очнись! Я могу показать вам райское место, а ты меня еще и безумцем называешь! Да это ты глупец!
— Ах, ты…, — со мной случилось страшное. Я потерял контроль над собой и ударил чудака. Тот еле устоял на место, но все же устоял, слегка покачиваясь. Он не накинулся на меня в ответ, а лишь посмотрел в мои глаза злобным и жалким взглядом и спросил:
— Капитан, вы любите море?
Я опешил и удивился себе. Я- взрослый мужчина- потерял контроль, ни за что ударил члена своего экипажа и отдался гневу. Это было впервые со мной. Мне стало стыдно. Я посмотрел на Дил, он в страшном спокойствие ждал моего ответа.
— Люблю, — я не соврал и не мог соврать.
— Так почему вы не верите мне?
— Потому что знаю.
— Откуда?
— Много кораблей проплывали наше море, многие останавливались у меня, я слышал самые разные истории, но с уверенностью могу сказать, что нет твоего сердца океана.
— Почему?
— Потому что ты не первый такой наивный глупец.
Мы молча смотрел друг на друга.
— Я не понимаю, — Дил закачал головой, — почему?
— Я уже ответил.
— Почему вы решили, что они его не нашли?
— Я виделся с ними, они все рассказали.
— Значит, они плохо искали!
— Откуда тебе знать?! Уже все было переплыто вдоль и поперек, и ты думаешь, что что-то еще осталось в океане неизученным на поверхности?
— Вы сомневаетесь в море? — он сказал это с презрением
— Нет.
— Но вы говорите, что оно не безгранично?
— Да.
— Значит, сомневаетесь.
Он разочарованно посмотрел на меня и ушел к себе на чердак. Мы стали убирать стол. Волдрин все время поглядывал на меня и потом спросил:
— Зачем вы так с ним жестоко?
— Хватит с меня его чуши.
— Разве эта чушь не делает нашу жизнь интереснее?
— Возможно…
— Я думаю, ему досталось насмешек и презрений, так что посмею советовать вам извиниться перед ним.
— Матрос советует что-то капитану…
— Когда капитан ведет себя как трусливый юнга.
Я удивленно посмотрел на Волдрина. Впервые я слышал, чтобы он меня так называл. Моя гордость окончательно была повержена. Я опустил голову и сказал:
— Ты прав. Извинюсь завтра.
— Лучше сейчас.
— Сейчас?
— Мне кажется, что сейчас не самое лучшее время для ссоры, иначе завтра будет куда хуже.
— Ты снова прав…
— Идите, капитан, и удачи вам!
— Спасибо.
Я медленно поднимался по волнистой лестнице на чердак. Меня тяготили страшные мысли. Извинение. Я мало перед кем извинялся, потому что вел себя как капитан. Все же последние переживания изрядно зашатали мое внутреннее спокойствие. Мне было стыдно за себя. Я нервничал, наступая на каждую ступеньку. Думая о том, как мне извиняться перед Дилом, стыд накрывал мои остальные чувства новой волной. Я так не хотел открывать дверь в его чердак, но в голове прозвучали слова Волдрина, и по всему лестничному пролету послышались стуки о дерево.
— Дил… Ты там?
— Да, капитан, — голос из комнаты был спокойным.
— Я войду?
— Конечно.
Дил сидел за своим столом перед иллюминатом, выходящим в море. Он что-то активно и сосредоточенно чертил, но после того, как я подошел к нему, он встал и посмотрел на меня.
— Вы что-то хотели?
— Да… Я…, — я опустил голову и хотел провалиться сквозь землю. — Прости меня.
— За что?
— Я назвал твои идеи чушью. Это неправильно.
— Почему же? Это правильно. Я подумал над вашими словами и согласился, что все это чушь.
— Как?…
— Сердца морей не существует.
— Постой, ты уверен в своих словах?
— Абсолютно.
— Почему ты так быстро поменял свое мнение?
— В какой-то момент я осознал ошибки, которые совершил за все эти годы. Я не хочу снова делать оплошности.
— Ты… больше не любишь море? — я задал этот вопрос, не подумав, и очень о нем пожалел.
— Конечно, люблю.
— Но почему ты так…
— Хватит, капитан. Время позднее. Пора на боковую.
Дил выпроводил меня из комнаты, закрыв дверь. Я молча стоял, руки мои были холодными. Ни разу, даже в замершей воде, мои руки не становились настолько холодными. Я спустился к себе и тут же лег. Обдумав все произошедшее вечером, я смог уснуть.
Утро начиналось обычное. Волдрин уже сготовил завтрак, и я, немного приведя себя в порядок, сел за стол. Мы уже принялись за еду, но Дил все не появлялся. Сколько бы я его не звал, он не отзывался. Обычно наш чудак самым первым садился за накрытый стол, чтобы успеть ухватить все самое вкусное.
— Может, он проспал, капитан?
— Может.
— Все же вчерашние события не прошли незамеченными.
— Да…
— Вы извинились?
— Извинился.
— Тогда не могу представить, что с ним случилось.
— Я пойду проверю.
— Хорошо.
Постучавшись в дверь, я не услышал ответа. Я звал Дила, но никто не отреагировал. Дверь была не заперта. На чердаке я никого не увидел. Стол, который еще вчера был забит всякими вещами, сейчас оказался пустым. Я ужаснулся и выбежал на улицу. Увидел, что моего корабля нет. Немного постояв в ступоре, я приказал Волдрину звонить всем морякам, что есть в округе. Дил уплыл искать Сердце океана…
Поиски начались не сразу. Ответили не все. Погода была серой, связь плохой, море бушевало. Когда отозвался первый корабль, он согласился взять нас с собой. Мы долго собирался и объясняли ситуацию другим, но спустя день поиски начались.
Я потревожил все побережье. Наше море выходило в океан, и только волны знали, где находился Дил. Успел я окончательно осознать происходящее только спустя сутки неудавшихся поисков. Погода мешала ориентироваться и контактировать с другими суднами. Мы проверили всю территорию близ побережья, но не нашли безумца. Дил уплыл в океан. Это было куда хуже.
Плохая погода мешала воздушным поисковикам эффективно просматривать зоны. Когда облака рассеялись, мы получили первое известие о Диле. Он пополнял запасы на островах где-то в океане. Уплыл днем ранее. Это была отличная новость. А затем и самолеты смогли просматривать океан. Но Дила пока нигде не было.
Прошла неделя. Поиски продолжались, но многие моряки прекратили помогать нам ввиду своих обстоятельств. Это делало успех нашей операции все более отдаленным. Я мало спал. От постоянного контакта с биноклем на моих глазах стали появляться черные пятна. Погода снова ухудшилась.
Через две недели, наконец, самолеты заметили мое судно. Оно было недалеко от нас. Мы на полном ходу сменили курс и поплыли к безумцу. Многие, кто принимал участие в поисках, поверили в успех и отправились по домам. Я был воодушевлен и с нетерпением ждал встречи с Дилом. Стыд, взволнованность,
