— Жестянщики живучи как кошки, — возразил Карглак. — Я сам не раз убеждался в этом. Твой случай ничего не доказывает.
— Верно, — кивнул Хавр. — Один-единственный случай не может служить доказательством. Это подтвердит любой законник. Но вот когда схожих случаев набирается целый короб, стоит задуматься… В том месте, где нашли младенца, я впоследствии обнаружил кости какого-то странного существа, похожего на громадную безногую ящерицу. Жестянщики называют таких созданий «рудокопами». Нынче они уже вымерли, а раньше верой и правдой служили максарам.
— Деваться им больше некуда было, вот и служили, — огрызнулся Карглак. — А до этого, в другом обличье, они были нашими врагами. Но я догадываюсь, куда ты клонишь.
— Правильно догадываешься. Легенда о Губителе Максаров связывает начало его жизни с одной из этих тварей.
— А ты, я вижу, большой любитель легенд. Да и сам умеешь сказки сочинять. Но меня, признаться, больше интересуют факты.
— Будут и факты, — пообещал Хавр. — Мальчишка вырос, ничем особым не проявляя себя, кроме способности к ремеслам. Благодаря этому его взяли на обучение в оружейную мастерскую, ту самую, которую ты однажды уничтожил. Там след мальчишки теряется. — Обо всем, что касается дальнейшей судьбы Окша Сухорукого, Хавр решил умолчать.
— Хочешь сказать, что мальчишка погиб вместе с другими оружейниками?
— По крайней мере домой он не вернулся, и никто о нем больше не слышал.
— Что известно о его жизни в мастерских?
— Почти ничего. Сам понимаешь, спросить особо не у кого. Но накануне той самой ночи он совершил дерзкий побег. Наверное, почуял опасность. Местные жители поймали его и вернули на прежнее место. Пос леднюю ночь скорее всего он провел в темнице.
— Получается, что я сам сделал ту работу, для которой нанимал тебя? — То, что в устах людей звучало бы как ирония, у максаров оборачивалось злой насмешкой.
— Это уж решать тебе самому, — развел руками Хавр.
— Ты в последнее время не получал дубинкой по голове? вдруг поинтересовался Карглак. — И воспалением мозга не болел? Нет? Тогда почему же ты забыл мои слова о том, что мальчишка жив? Я это чую, понимаешь? А мое чутье перевешивает все собранные тобой лжедоказательства.
— Нет, максар, твоих слов я не забыл. Как можно, — мягко сказал Хавр, уже догадываясь, что разговор подходит к самому интересному моменту. — Но факты говорят о другом. Всем свойственно ошибаться, в том числе и максарам. Хотя я и уверен, что мальчишка мертв, однако поисков не прекращаю. Ни одно необъяснимое происшествие не остается без внимания. В каждом поселке имеются мои осведомители. Я сам встречаюсь со всеми, кто хоть чем-то отличается от сверстников. Плачу содержание старостам, учителям, архивариусам, лека рям. Если мальчишка жив, я давно напал бы на его след.
— Лжешь, мерзкая крыса! — Карглак взревел так, словно сейчас он был не худосочным человечишкой, а прежним крылатым чудовищем. — Я растерзаю тебя! Выпью твою кровь! Изжарю мозги прямо в черепе! Мальчишка жив! И мало того, совсем недавно он посетил Страну максаров!
Сила его ненависти была способна испепелить человеческую душу, а сам он превратился сейчас в демона мщения, чья власть распространяется не только на смертных, но и на богов. Казалось, еще чуть-чуть и от Хавра даже мокрого места не останется.
Однако случилось нечто такое, чего разъяренный максар никак не ожидал. Пространство внутри комнаты как бы исказилось. В одном углу потемнело, как это' бывает во время самой темной из ночей, другой же угол продолжал освещать яркий небесный свет. Да и сама-комната как-то странно перекособочилась, вывернулась едва ли не наизнанку, и уже нельзя было понять, где здесь потолок и пол, агдестены. Свет и тьма сменяли друг друга в умопомрачительном ритме. Сундуки то пропадали, то появлялись вновь, тоже самое происходило и с Хавром — вот он с невозмутимым видом восседает в кресле, вот по-другому одетый стоит в дверях, а вот уже спокойно посапывает под одеялом рядом с Карглаком.
Эти странные метаморфозы все ускорялись, быстро Превращаясь в вихрь абсолютного хаоса, и могучий максар, у которого закружилась голова и подкосились ноги, рухнул на пол, оказавшийся стеной, ловко отвырнувшей его в сторону.
В тот же момент все вернулось на прежние места, словно бы ничего здесь и не случилось. Хавр сидел все в ом же кресле, крышки сундуков были распахнуты, золотые монеты устилали пол. Только максар никак не мог опомниться от пережитого.
— Пусть это будет тебе уроком на будущее, — сказал Хавр. — Я уступаю тебе и в силе, и в неуязвимости, а уж тем более в способности вторгаться в чужое сознание. Но зато я умею кое-что другое. Конечно, я уже не тот, что раньше, и не могу обрушить на твою голову небо, однако забавы с пространством и временем мне еще по цлечу.
— Проклятый колдун, — пробормотал Карглак. — Давно я не ощущал себя так отвратительно… Почему все эти необычайные способности не помогли тебе дайти мальчишку?
— А потому! — Хавр впервые позволил себе резкость. — Я не могу видеть то, что творится за горизонтом, и не обладаю таким чутьем на опасность, как максар. То, что я тебе сейчас продемонстрировал, — совсем другое. Жалкие и почти бесполезные остатки Прежней силы. Видишь, я откровенен с тобой. На мне дежит проклятие, и тут уж ничего не поделаешь.
— Так ты, значит, говоришь, что мальчишка той ночью был в оружейной мастерской, — задумчиво произнес Карглак, всю былую ярость которого как ветром сдуло.
— Без всяких сомнении.
— Теперь я припоминаю… Был такой момент, когда я почувствовал тревогу. Как будто бы что-то мелькнуло во мраке — не то человек, не то дикая коза… Но человек не смог бы вырваться из ярма моей воли, и я успокоился… А это, оказывается, был он… Какое роковое совпадение… Выходит, я сам упустил проклятого мальчишку. Как он выглядит сейчас?
— Высокий, худой. Вроде как ты. сейчас. Светлые глаза, светлые волосы. Чтобы скрыть их цвет, совершенно не свойственный жестянщикам, он бреет голову. Левую руку постоянно держит на отлете. Она у него не действует с детства. Думаю, что на теле у него должны быть многочисленные, но малозаметные шрамы.
— Как ты думаешь, оружейники успели посвятить его в тайну клинка?
— Вряд ли. Обычно на это уходит немало времени. А он пробыл в мастерской недолго и скорее всего занимался самой простой работой. Да и с какой стати признанные мастера станут делиться с мальчишкой, только что взятым прямо с улицы, своими тайнами, обеспечивающими им и безбедное житье, и безопасность.
— Ты успокаиваешь меня или действительно так думаешь? — Карглак уставился на Хавра своим пронзительным взглядом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
