дядюшки Грега, я начала сомневаться в том, что эти девушки настоящие аристократки. Вполне вероятно, их титул был куплен как раз для того, чтобы попасть на отбор.
Впрочем, вернемся к балу. Точнее, к подготовке к нему. Припудрившись, подкрасив глаза и губы, я принялась за платье. Благо Дэррек просветил, что именно обычно надевают на бал. Среди нескольких нарядов я выбрала одно платье, подходящее под мое настроение.
Молочно-бежевое, с темно-бордовой паутинкой вышивки на корсете и расходящейся по мягким волнам юбки. Примерно в такой же паутине я себя и ощущала. Но в то же время верила, что мне хватит сил ее распутать.
Стоило признать, у Дэррека, если платья выбирал и правда он, был вкус. Я только надела юбку и натянула лямки корсета, как уже поняла, что этот наряд мне очень идет. А вот со шнуровкой… Со шнуровкой возникла проблема. С такими проблемами девушкам обычно помогает служанка, но то ли она мне по статусу не полагалась, то ли все девушки были заняты с более презентабельными претендентками. В моей комнате свободных рук, способных справиться с внезапной напастью, не наблюдалось.
Попыталась дотянуться самостоятельно, но ничего у меня не получилось. Вот тебе и сильная самодостаточная женщина, как же!
До бала оставалось каких-то полчаса, и я уже почти убедила себя выйти в коридор и попросить справиться со шнуровкой стражника, стоящего на посту, как в комнате раздалось какое-то тихое шуршание.
Первым делом я, как уважающая себя леди, схватилась за канделябр – первое, что попалась под руку. Наперевес с грозным позолоченным оружием и все еще не понимая, откуда звук, я пересекла половину комнаты и вцепилась в кинжал. При полной амуниции – разве что болтающийся корсет мешал – я замерла посреди комнаты, осматриваясь.
Пригляделась к противоположной стенке и окаменела. Она пошла рябью!
Только через мгновение мне вспомнились слова Дэррека, сказанные напоследок:
– В замке не иди со мной на открытый контакт. Подай знак, если тебе будет что сказать. В остальных случаях я проложу портал.
Из портала ровно в тот миг, как я сообразила, что к чему, вылезла рука. Вылезла и поманила меня указательным пальцем.
Вот черт морской! Даже в этом вроде как невинном жесте чувствуется насмешка!
Отставив канделябр и отложив в сторону кинжал, я направилась к порталу. За секунду до того, как погрузиться в вязкое марево, вспомнила, что нахожусь почти в неглиже. Но, прижав руки посильнее к корсету, рассудила, что Дэррек-то уж точно видел оголенную женскую спину. А еще он может оказаться полезен при шнуровке.
Сделала шаг внутрь.
По крайней мере, так я думала, пока снова не оказалась в его комнате. Он стоял напротив, сурово сложив руки на груди, и смотрел на меня изучающим взглядом. Свысока так смотрел, между прочим. И именно в этот момент я почувствовала удушающую волну смущения. Может, дело в ситуации. Может, из-за полумрака комнаты.
– Доброго вечера, – неловко переступила я с ноги на ногу. Хотела отступить обратно, вернуться в комнату и справиться все же с этой чертовой шнуровкой, но Дэррек вновь активировал артефакт, и портал с таким же шорохом схлопнулся.
– Полураздетыми девушки в мои покои еще не приходили, – протянул он, улыбнувшись уголком рта. – Либо полностью раздетыми, либо раздевались в процессе.
Да он издевается! Точно издевается! Нельзя же такую чушь всерьез нести. Волна смущения сменилась на цунами раздражения.
– Холодно им, наверное, было бегать голыми по коридорам замка, – сухо произнесла я, чуть вздернув подбородок. – Впрочем, это могло бы разогнать всяких маньяков, блуждающих там же. Они бы, мягко говоря, удивились такой моде.
– Вполне возможно. – Дэррек дернул плечом. – Ладно, Авелина, докладывайте.
Ох, дорогое сиятельство, сейчас я тебе буду мстить.
Я прокашлялась, театрально прочищая горло, и приступила к докладу:
– Леди Клоуз терпеть не может леди Дофф и леди Маргарт. Леди Маргарт, в свою очередь…
Я говорила долго и со вкусом, на одном дыхании, будто бы вся эта информация имела хоть какое-то значение. Выдавала максимально серьезно, а сама же мысленно с удовольствием отмечала сосредоточенность на лице мужчины. А вот закончила свой «доклад» словами:
– … но эта информация не имеет совершенно никакого значения для нашего расследования.
– Авелина, вы ведь издеваетесь? – через секундную заминку поинтересовался Дэррек. С любопытством так поинтересовался, будто даже не разозлился.
– Нет, докладываю, – ответила спокойно, хотя ехидную ухмылочку сдержать не удалось. Пришлось реабилитироваться: – Единственное, что вызвало у меня подозрение в сегодняшнем обеде, так это то, что никто ни словом, ни делом не проявил интерес к тому, что произошло в библиотеке. Многие из них видели труп одной из возможных невест, но ни одна из них явно не переживает по этому вопросу. Я понимаю, что прошло уже несколько дней, а память у дам, задающих тон светской беседе, как у золотых рыбок, но все же… Скажите, пожалуйста, были ли рядом с ними стражники в тот день? И сколько из этих стражников, кхм, ваши люди? Можно ли мне их опросить?
– Опросить нельзя, – ответил Дэррек тут же. – Это может вызвать подозрение. Однако у меня есть рапорты каждого из, как вы выразились, моих людей. Могу дать вам с ними ознакомиться после бала. Вы же не хотите опоздать?
Мельком глянула на часы и мысленно чертыхнулась. До бала десять минут! Десять минут, а этот идиотский корсет все еще не зашнурован.
– Помочь? – поинтересовался мужчина, будто бы мысли мои прочитав.
Внутреннее смущение вновь проснулось, но я все-таки ответила:
– Было бы неплохо.
Голос вышел сдавленным и с легкой хрипотцой. Повернулась к Дэрреку спиной, мысленно приговаривая: «Он точно видел женские спины! Точно видел! И наверняка трогал! И ничего в этом такого нет. Я ведь на службе. Я всего лишь подчиненная…»
Убеждала себя ровно до того момента, как ощутила прикосновение теплых рук к спине. Осторожное, но все же пробуждающее мурашки неловкости. Он потянул за одну ленту, потом за вторую, сжимая края корсета.
– Еще?
– Ага.
Я не сразу сообразила, что «еще» – это по отношению к тугости шнуровки. Просто замерла на одном месте, боясь даже вдохнуть и готовая от стыда под землю провалиться. Чувствовала, как его пальцы умело оправляют ленты, чтобы те ровно лежали. Как сам корсет затягивается сильнее, плотно обхватывая и грудь, и талию.
– Готово, – раздалось чуть насмешливое позади, и я поняла, насколько горячее дыхание у Дэррека. Между нами
