сбросила вызов, достала из телефона сим-карту, сломала её и вытащила батарею. Сделала всё, как ей и говорили, а потом отправилась в ванную. Но быстрый прохладный душ не принёс расслабления. Тревога продолжала грызть изнутри, заставляя постоянно вздрагивать. И как бы она ни пыталась, сон никак не шёл. Так и промаялась, лежа в кровати, практически до рассвета, обдумывая всё случившееся.
Утро наступило неожиданно. Её разбудили голоса: мужчины внизу о чем-то громко спорили. Лена открыла глаза и уставилась в потолок, не сразу понимая, где находится. Только через несколько секунд всё же пришло осознание.
Когда она спустилась на первый этаж, то поняла, что так громко обсуждали её новые охранники. Четверо мужчин сидели на длинном, широком диване и смотрели бокс, постоянно комментируя и ругаясь.
Лена молча прошла на кухню, и впервые за долгое время ей захотелось что-нибудь приготовить. Тем более есть-то всё равно что-то нужно, не будет же она питаться сухомяткой. К тому же в доме ещё четыре мужика.
Выудив из холодильника бекон, яйца и зелень, она на быструю руку приготовила яичницу.
* * *
Всю неделю, прошедшую после отъезда Лены, Звягинцев искал. Искал того, кто посмел вступить на его территорию и попытался указать на его место. Искал Попова, которого до сих пор никто не смог обнаружить – ни нанятый детектив, ни опера, уже обшарившие весь город. Этот псих как сквозь землю провалился. Но Альберт чувствовал, что Попов где-то рядом, наблюдает и выжидает. И Лена была права: её муж оказался очень достойным противником. Зря его Звягинцев недооценивал. Хотя… так даже лучше. Играть становилось всё интереснее и интереснее.
Альберт припарковался рядом с заброшенным ангаром и вышел из автомобиля. Осмотрелся. Возле широких двустворчатых железных дверей стояло ещё несколько машин. Нажал на брелоке кнопку блокировки, замки на машине щёлкнули. Убрав ключи в карман пальто, быстрым шагом направился к дверям и, толкнув их, вошёл внутрь.
В ангаре висела гробовая тишина, лишь иногда разбавляемая глухими стонами боли.
Посередине широкого помещения стоял стул. Недалеко от него расположилось несколько мордоворотов, среди которых был и Гладышев. Увидев вошедшего, все присутствующие подобрались.
– Альберт Владимирович, добрый вечер.
Звягинцев молча кивнул, всё внимание сосредоточив на привязанном к стулу мужчине.
– Это он? – уточнил, указав на несчастного.
– Да.
– Хорошо. Кляп ему вынь, – распорядился подполковник, и Гладышев моментально выполнил приказ начальства.
Альберт уже несколько дней нормально не спал, и настроение у него было преотвратное. А в плохом настроении ему хотелось убивать. И, кажется, одна жертва уже есть.
Ещё в тот день, когда он отослал Лену, Альберт проверил все камеры видеонаблюдения. Но оказалось, что они в момент установки бомбы были выключены. И не только в его квартире, сбой произошёл на всей территории жилого комплекса. Правда, мститель не знал или не учёл, что, помимо камер, работающих от сети, есть ещё и те, которые запитаны от генераторов. Жаль, что их не так много и они снимают определённый участок, но вычислить, кто же всё-таки наведался в гости к подполковнику, пока того не было дома, удалось.
Звягинцев подошёл к мужчине и слегка склонился над ним.
– Значит, это ты решил меня своей игрушкой напугать? – проговорил Альберт, смотря прямо в лицо страдальцу. У того дёрнулся глаз. Наверное, видок у Звягинцева был ещё тот. – Я не слышу правильного ответа, смертник.
–Й-й-я-я-я… – протянул связанный, заикаясь.
– И зачем?
– З-заказ б-был.
– Сожженное тело тоже ты принёс?
– Да. Но я не знал, что там кости. У-увидел, только к-когда мешок открыл и вы-высыпал всё на кровать.
– Заказ от Попова получил? – уточнил Альберт и замолчал, отслеживая реакцию на вопрос. Но мужик не захотел выдать имя заказчика и продолжал беззвучно смотреть на Звягинцева испуганными глазами. – Не слышу!
– Я не могу сказать, иначе он убьёт меня.
– Либо я, либо он. Выбор небольшой. Но я убью сейчас, а от него будет шанс спрятаться, если всё расскажешь. И я надеюсь, что ты выберешь правильный вариант. – Мужик опустил глаза, а потом молча кивнул. – Ну вот видишь, как всё оказывается просто. Скажи, а Попов ещё что-то планировал на мой счет?
Мужчина поднял голову и посмотрел со страхом на Звягинцева.
– Если я всё расскажу, вы обещаете меня отпустить?
– Несомненно, – приторно улыбнулся Альберт. – Какой смысл тебя убивать, если ты мне самому можешь пригодиться? – и снова улыбнулся, словно акула, показывая клыки. Только вот на дне ярко изумрудных глаз плескалась неунимаемая ярость.
– Мне он больше не давал указаний, но я совершенно случайно подслушал разговор. Он приказывал кому-то следить за вами и за какой-то Леной. И, когда придёт время, убрать вас, а её забрать.
– Когда ты его видел в последний раз?
– За день до того, как я должен был проникнуть в квартиру.
– Хорошо. Это всё, что ты знаешь? – строгим тоном произнёс Альберт, буравя внимательным взглядом мужчину.
– Да, – закивал тот болванчиком. – Клянусь, больше ничего не знаю! Вы отпустите меня?
– Конечно, я же дал слово. А слово я держу.
Альберт выпрямился, улыбаясь мужчине. Дальше всё произошло так быстро, что ни у кого бы не получилось предотвратить это действие. Звягинцев неуловимым движением засунул руку под пальто, рывком достал свой ПМ. Прогремел оглушающий выстрел.
– Я же сказал, что отпущу тебя, – раздался строгий мужской голос в мёртвой тишине здания. Привязанный к стулу мужчина безвольно уронил голову на грудь и больше не произнёс ни слова.
Все наблюдающие за разговором замерли истуканами, ожидая указаний от подполковника.
– Родные у него были? – не обращаясь ни к кому конкретно, спросил Альберт.
– Да. Сестра. Живёт в соседнем городе, воспитывает ребенка. Он помогла ей финансово, – хрипло ответил Гладышев.
Сколько бы лет он ни работал под руководством Звягинцева, чего от того ожидать, предугадать не мог. Хотя, казалось бы, за эти годы уже должен привыкнуть к сложному и непредсказуемому характеру начальника, но Альберту всегда было чем удивить. Не зря его все боялись и старались не связываться, а коллеги уважали за несгибаемый внутренний стержень и мужество. Только вот иногда его лицо выражало безразличие и холодность. Вот как сейчас. И в такие моменты становилось страшно даже многое повидавшему оперу.
– Хорошо. Обеспечь эту бабу с ребенком баблом, чтобы на жизнь хватило и на конфетки сверху. Причину смерти сам придумай и от тела избавься. Искать всё равно никто не будет. А если сестра его возникать начнёт, поговори с ней, только аккуратно, – Альберт поморщился. – И не забывайте про Попова. Эта мразь где-то рядом. Я его жопой чую.
– Есть! – отрапортовал Гладышев.
Звягинцев кивнул
