ворот. Он повернулся к преследователям и тут только понял, что преследует его не Ахиллес, а Патрокл. Троянский вождь спрыгнул на землю с колесницы и, подняв копье, ринулся на Патрокла. В это время другой воин напал сбоку на Патрокла и ударом копья выбил из его рук его щит. Герой остался открытым. Тут Гектор и поразил его глубоко в незащищенный живот. Застонали ахейцы, когда увидели, как рухнул на землю могучий Патрокл. А Гектор воскликнул, гордясь своей победой:
— Ты уже думал, Патрокл, что разрушишь нашу Трою и уведешь в плен наших жен и детей! Нет, безрассудный! Мы сумеем спасти их от позорного рабства. Но тебя здесь растерзают вороны!
Распростертый на земле, истекая кровью, Патрокл ответил слабым голосом:
— Гордись, величайся, Гектор! Коварные боги помогли тебе победить меня. Но тебе тоже осталось недолго жить. Черная гибель уже стережет тебя: за меня отомстит великий Ахиллес.
Тут смерть сошла к Патроклу, душа его покинула крепкое тело и, плача, понеслась в обитель Аида.
А Гектор воскликнул, обращаясь к мертвому врагу:
— Что ты, мирмидонянин, предвещаешь мне гибель? Кто может знать, не падет ли прежде сам Пелид, сраженный моим копьем?
Торжествующий победитель наступил ногой на грудь врага и вырвал копье из мертвого тела.
Тут налетели на него ахейцы во главе с Менелаем, чтобы отбить у Гектора тело погибшего героя. Но троянцы окружили своего вождя и закрыли его щитами. Натиск ахейцев разбился о них, как волна разбивается о скалы. За спинами своих воинов Гектор снял с безжизненного тела сияющие латы Ахиллеса и натянул их на свои плечи. Он взмахнул уже мечом, чтобы отрубить голову у павшего врага. Но к ахейцам подоспела подмога. Огромный Аякс обрушился на троянцев и, разбросав их, прорвался к Гектору. Троянский вождь отступил. Аякс стал над трупом друга, держа свой длинный щит. Оба гиганта ожесточенно принялись осыпать один другого ударами копий; их смуглые руки мелькали, как молоты. Аякс крикнул через плечо Менелаю:
— Зови данайских героев, друг Менелай! Нам не устоять против свирепого Гектора.
Менелай закричал, призывая товарищей. Сейчас же он увидел Аякса Локрийского, легко бегущего к ним в своих полотняных латах, и высокого Идоменея, пробивающего к ним путь вместе с толпою критян. Вскоре ахейцы окружили тело Патрокла, и вновь разгорелась жестокая битва. Сражение шло с переменным успехом. То, схватив за ноги безжизненное тело, троянцы тащили его к себе, то ахейцы снова отбивали троянцев и принуждали их оставить свою добычу.
Рядом с Менелаем сражался молодой Антилох, сын Нестора. Прикрываясь щитом, Менелай прокричал юноше:
— Друг, беги немедля к мирмидонским кораблям и передай Ахиллесу весть о смерти Патрокла. Пусть торопится спасти хотя бы его обнаженное тело!
Антилох быстро проскользнул между сражающимися, тут же отдал копье и щит одному из ахейцев и пустился бежать по направлению к лагерю. Менелай же крикнул Аяксу:
— Я послал Антилоха с вестью к Ахиллесу. Но, боюсь, Пелид не сможет помочь нам. Он ведь отдал свои доспехи Патроклу. Мы должны отбиться сами и спасти тело Патрокла!
Аякс прокричал ему в ответ, продолжая отбивать удары:
— Ты прав, Менелай. Уносите тело из боя. Мы с Аяксом будем сзади удерживать врага.
Так, унося с собой тело Патрокла, ахейцы передвигались по полю, и жестокая схватка сопровождала их.
6
Ахиллес стоял у ворот мирмидонского стана и в мучительном беспокойстве всматривался в движение войск по долине Скамандра. Вздыхая, он говорил сам себе:
— Что думать мне? А вот меднолатные ахейские воины снова в беспорядке бегут назад по долине. Не случилась ли беда с Патроклом? Ах, злополучный! Я же умолял его не преследовать Гектора!
Тут он увидел бегущего Антилоха. Стража распахнула ворота перед вестником. Антилох простонал, задыхаясь:
— Горе, горе, благородный Пелид! Я несу тебе страшную весть! Пал наш Патрокл! Идет битва за его обнаженное тело; Гектор мужеубийца снял с него все вооруженье.
Страшно застонал Ахиллес. Он упал навзничь, обхватив голову руками. Он бился головой об землю и рвал свои густые волосы. Мирмидоняне замерли, не смея подойти к нему. Только Антилох бросился возле него на колени. Слезы текли у него из глаз, но он крепко ухватил за руки Ахиллеса: он боялся, как бы герой не пронзил себя мечом в порыве горя.
Внезапно молодой Антилох вскочил в изумленье: с берега моря, из-за черных мирмидонских кораблей появилась толпа нимф в зеленоватых, струящихся одеждах. Впереди бежала прекрасная богиня. Покрывало слетело у нее с головы, длинные волосы растрепались в беспорядке. Простирая руки, она стремилась прямо к стонущему Ахиллесу. Она упала на колени возле героя, обняла его голову и с грустной лаской спросила:
— Что ты, мой сын, о чем ты так рыдаешь? Что с тобой случилось? Зевс Кронион исполнил все, о чем ты просил: троянцы оттеснили данайцев, и данайцы ждут тебя одного, чтобы ты спас их от позорной гибели.
Ахиллес приподнялся и повернул к матери лицо, покрытое слезами и черное от пыли.
— Что мне в том, что Зевс исполнил мои просьбы, — простонал он, — когда я потерял Патрокла, своего милого друга! Я любил его больше всех друзей, дорожил им, как своей головой, — и вот потерял его. Я не хочу жить, если не убью Гектора, погубившего моего друга, если не отплачу ему за надругательство над милым Патроклом!
Горько заплакала Фетида и ответила сыну:
— Ты умрешь, сын мой, ты должен умереть вскоре после смерти Гектора Приамида!
Ахиллес тяжело поднялся с земли и сказал со вздохом:
— Я готов умереть хоть сейчас, раз я не мог спасти друга! Далеко, далеко от милой родины погиб он и, верно, призывал меня в минуту смерти. Зачем мне жить? Я не спас Патрокла, не защитил и других друзей, сраженных Гектором. Я праздно сидел перед судами, бесполезно обременяя землю. О, пусть погибнет ненавистный гнев, лишающий людей разума! Долго я воздерживался от битвы, но теперь я выхожу против Гектора, и ничто не удержит меня.
Фетида печально ответила:
— Ты прав, сын мой. Благородно защитить друзей от смерти, хотя бы и ценой собственной жизни. Но как же ты пойдешь в бой? Твои доспехи в руках надменного Гектора. Сын мой, подожди, не вступай в битву, пока я не вернусь сюда с многохолмного Олимпа. Завтра, с утренним солнцем, я принесу тебе доспехи от самого Гефеста.
И вот уже нет Фетиды, только над морем, все удаляясь, мчится легкое облачко. Толпой направились к морю нереиды и одна за другой погрузились в набегающие волны.
Тут с
