Джойла и Сэнд кивнули головой.
— Мы совсем не утверждаем, что полностью понимаем вас, — примирительно заметила Логан, а Кохома в это время ругнулся. — Но мы бы могли вам чем-нибудь помочь.
— Конечно, мы примем во внимание ваши советы, — вежливо ответил Санд.
— О'кей, — живо сказала Логан. — Я так понимаю: единственное, что намерены предпринимать эти акади — защищаться от нападения, правильно?
— Да, это так, — сказал ей Борн.
— Хорошо, — продолжала Логан, — почему бы тогда не нанести им удар со стороны? Тогда, защищаясь, они поменяют направление.
Сэнд улыбнулся и покачал головой.
— Акади помнят направление своего движения. Они догонят и убьют любого, кто осмелится напасть на них, а потом все равно вернутся и достигнут своей цели.
— Ох, — удрученно вздохнула Логан. — Интересно, почему никто не предложил отвлечь их внимание, а потом атаковать? Это помогло бы выиграть немного времени.
— Совсем немного, — добавил Лостинг.
— Здорово, великолепно, — вставил расстроенный Кохома.
Эти люди действовали ему на нервы. Они бы могли найти кого-нибудь другого, кто проводил бы их до станции, в безопасное место. А сейчас эти смешные глупцы подставляют себя, стараясь спасти Дерево ради четвертого поколения, вместо того, чтобы собраться и уйти на денек-другой. Это глупо.
Но несмотря на свою горячность, Кохома не питал иллюзий на то, что у них есть шанс в лесу. Там их может поджидать что угодно.
Он тяжело вздохнул. Уничтожить этих акади было просто необходимо.
Для этого и он, и Логан вызвались помогать этим глупым людям. Если сражение будет выиграно, они будут уважать друг друга за смелость и преданность. Если нет, они будут искать спасения в другом месте. Никто не знал возможностей акади, чтобы идти по их следу до конца.
Два великана охотно помогли установить валы из деревянных и металлических кольев. Колья вбивались в землю, а потом переплетались виноградной лозой в тех местах, где ожидались атаки акади. Ядовитые наконечники кольев если не остановят, то хотя бы сдержат ринувшихся вперед акади. Но акади могли и преодолеть эту стену, соорудив мостик из своих многочисленных мертвых и проколотых сородичей.
Однако у обитателей этого огромного Дерева были и другие средства защиты, средства, с которыми Кохома и Логан, несмотря на их значительный опыт в исследовании растительного мира, знакомы не были.
Такова, например, была цепь больших орехов, которые в два раза превышали размер кокосового ореха на Земле. Они аккуратно были подвешены над теми местами, где акади могли проникнуть в поселок. С виду в орехах не было ничего, что намекало бы на скрытую в них чертовщину.
Кохоме пришла в голову хорошая, просто великолепная идея. Он обратил внимание на то, о чем не подумала Логан. Хотя братья Борна и были примитивны, они были не глупы.
— Почему бы, — подсказал Кохома маленькой группе занятых делом людей, — просто не срубить всю лозу и лианы, которые ведут в Дом? Раз эти акади не умеют летать, они попробуют обойти вокруг.
Вместо ответа Джайпур, пожилой мастер, протянул Кохоме заточенный топор, сделанный из кости, чтобы тот попробовал сам сделать то, что предлагал, и показал на лиану, которая была к ним ближе других. Ее корни по диаметру были такими же, как туловище человека. Кохома принялся рубить. В течение десяти минут он непрерывно ударял по этому невероятно твердому телу. Наконец острие топора так затупилось, что топор уже не рубил. Всем, чего он добился, была выемка в прочной коре в пару сантиметров глубиной.
— Вы, наверное, думаете, Жан, что никто из местных не мог бы посоветовать специально вырубить какую-то растительность. — Джайпур скривил лицо, ухмыльнувшись однобокой усмешкой. Другая часть его лица была парализована после того, как он в детстве наткнулся на растение с шипами и колючками. — Таких лиан, перекрученных и обвитых вокруг ствола и ведущих в Дом, здесь тысячи. Многие из них гораздо толще той, что вы можете себе вообразить. У нас в Доме не так много топоров, да и не хватит времени, чтобы перерубить их все. Разве можно их перерубить?
Перед тем, как начать затачивать топор, Джайпур показал Кохоме, как каждое укрепление поддерживает шесть кольев. Таким образом, срубить одно или два, не срубив дюжины или даже больше, будет просто напрасной тратой времени.
— Вам нужна будет тренога и винтовка, чтобы дать сигнал к началу, — рассуждала Логан. — Хэл, здесь такой запутанный подлесок, что вам придется вырубить половину леса, чтобы провести четкую границу.
Ридер стоял в стороне и развлекал двух великанов рассказами о том, как акади могут пройти значительное расстояние, не имея под собой никакой опоры, но сделав мостик, живой мостик из уложенных в штабеля тел. Этот рассказ вызвал и у Кохомы, и у Логан желание получить кое-какие инструкции по обращению с имеющимся оружием. Им обоим показали колья из дерева и металла, костяные топоры и нож. Логан предпочла бы им снаффлер. Но чтобы овладеть духовым ружьем, требовалось время и соответствующие способности. И этого, оказывается, было недостаточно. Логан и Кохоме не понравилось бы, если бы они узнали, что им не предложили снаффлеры потому, что Борн заверил вождей, что если ситуация станет безвыходной, великаны скорее сами заколются каким-нибудь ядовитым шипом, чем будут убивать акади.
Просьбы описать врага более точно дали возможность открыть у Борна неожиданный талант к рисованию. Используя белое вещество, похожее на мел, он нарисовал акади на поверхности отполированного черного дерева.
— Старайтесь ударить сюда, — показывал он, — между передних лап или между глаз. Каждый акади, — продолжил Борн, — в половину моего роста.
— Размером с немецкую овчарку, — задумчиво произнес Кохома.
У акади было толстое, гибкое бесхвостое тело; они ходили на шести тонких, но очень сильных лапах, которые были разной длины и с закругленными когтями, что давало возможность быстро передвигаться по любым ветвям и корням. Их передняя часть слегка суживалась, заканчиваясь двойной челюстью, которую окружали мышцы. Шеи не было.
Челюсть очаровала Логан. Одна ее часть двигалась вверх и вниз, как обычная челюсть, в то время как вторая — вправо и влево. Работая одновременно, они образовывали небольшой сустав, который мог перерезать дерево или кость так же ловко, как лазер мог разрезать кусок металла.
Зубы в верхней и нижней частях челюсти были треугольные и острые, как лезвие бритвы, в то время как с другой стороны они были квадратные, разделенные на конце и слегка закругленные назад, чтоб удобнее было забрасывать пищу в опустевший пищевод. Три глаза, расположенные вдоль головы на небольшом расстоянии друг от друга, находились почти на противоположной ее части, с другой стороны челюсти. У акади было три щупальца, два из которых были с той же стороны головы, что и глаза, два пониже, а один на уровне глаз. На кончиках задранных зубчатых щупалец были присоски, чтобы акади могли ими удерживать добычу. Акади были особого ржаво-оранжевого цвета.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
