Увидев, что состояние артистки стабилизируется, я стала с интересом наблюдать за врачом, продолжавшим заниматься лечением. Это был мужчина лет тридцати – возраст, когда лекарь уже успевает приобрести необходимый опыт работы, но при этом остается достаточно молодым, чтобы кочевать с места на место. Такой образ жизни нередко бывает единственным выходом для лекарей, не имеющих достаточных денег или связей, чтобы открыть окупающуюся частную практику, однако, что ни говори, рано или поздно он сильно утомляет. Ролен – так звали лекаря, – был мужчиной среднего роста, темноволосым, не красавцем, но довольно симпатичным. Подбородок и щеки покрывала проросшая за несколько дней щетина. Постоянно живя в пути, трудно следить за своей внешностью достаточно тщательно. В остальном, однако же, вид он имел вполне аккуратный. Инструменты и лекарства хранились в обладавшей многочисленными карманами сумке в идеальном порядке.
– Кризис прошел, – проговорил он приятным баритоном. Мягкий голос лекаря звучал успокаивающе, совсем нелишнее качество для человека его профессии. Общение с хорошим врачом зачастую само себе улучшает состояние пациента в не меньшей степени, чем прописываемое лекарство. – Угрозы для жизни нет. Однако в ближайшие дни следует проявить осторожность. В противном случае приступ может повториться. – Ролен отчего-то говорил, обращаясь в основном к Мирте. – Я бы настоятельно рекомендовал, чтобы ближайшую неделю пациентка провела под присмотром лекаря. Тогда в случае второго приступа он сможет незамедлительно принять меры. К тому же позаботится о том, чтобы недавний кризис не имел никаких долгосрочных последствий.
Мирта озабоченно взглянула на Джея. Потом перевела взгляд на Яна, который успел к этому времени вернуться и узнать о случившемся. К слову, особенно мучимым угрызениями совести он не выглядел.
– Но как мы это сделаем? – всплеснула руками девушка. – Вряд ли здесь в деревне есть профессиональный лекарь. А до ближайшего города ехать не меньше суток!
Джей хмуро кивнул.
– В деревне в лучшем случае найдется бабка-знахарка, – согласно пробормотал Ян.
– Бабка-знахарка не подойдет, – категорично покачал головой Ролен. – При всем уважении к накопленным в веках знаниям, современная магическая наука слишком далеко продвинулась, чтобы пренебрегать ее достижениями.
– Значит, все, что остается, это ехать в город? – вздохнула Мирта.
Однако Джей сверлил Ролена сосредоточенным взглядом.
– Скажите, доктор, – проговорил он, – а вы не согласились бы наблюдать мою жену в течение этой недели?
Лекарь задумчиво пошевелил губами.
– Пожалуй что я бы мог, – кивнул он затем. И, еще немного подумав, спросил: – Полагаю, вы не собираетесь надолго задерживаться в этой деревне?
– Если только этого не требует здоровье Розалии, – ответил Джей. – Изначально мы планировали продолжить путь завтра утром.
– Полагаю, не стоит загадывать прежде времени, – сказал лекарь. – В случае, если ночь пройдет спокойно, у меня нет причин возражать против отъезда – при условии, что езда будет не слишком быстрой и с частыми остановками для отдыха.
– Вы согласитесь поехать с нами? – робко уточнила Мирта.
– Если вас устроит такой расклад, – улыбнулся ей Ролен. – Полагаю, это будет взаимовыгодная договоренность. Я предоставляю вам профессиональные услуги, а вы – отдых моим ногам и возможность более быстрого передвижения. К слову, куда вы направляетесь?
– В Вессинию, – ответила Мирта.
– Вот как? – Брови лекаря на секунду приподнялись; видимо, он не ожидал, что артисты едут за пределы королевства. – Ну что ж, думаю, я мог бы проехать вместе с вами до Заппа.
Запп был приграничным городом, расположенным непосредственно на границе с Вессинией. Именно через него и лежал наш путь. Таким образом устраивающее всех решение было найдено, и вскоре артисты и попутчики разошлись спать.
– Ну, так как вам понравился наш спектакль? – лукаво улыбнувшись, спросила Мирта. – После всего, что успело произойти вчера, я так и не задала вам этот вопрос.
Фургон неспешно покачивался, двигаясь по проселочной дороге. Временами подпрыгивал на ухабах, но большей частью вполне плавно ехал по успевшей высохнуть после дождей земле. Мирта держала в руках вожжи, но лишь изредка пускала их в ход: белая лошадка по имени Лайта знала свое дело. Андре сидел рядом с девушкой. Ян, которого Мирта сменила совсем недавно, отдыхал в повозке. Побывав внутри, я увидела, что он мирно спит, повернувшись набок. Лекарь ехал во втором фургоне, вместе с Джеем и Розалией.
– Весьма понравился, – откликнулся Андре.
Я тихонько усмехнулась: что бы еще он мог сказать, как бы ни отнесся к представлению на самом деле? И тут с удивлением увидела на устах Мирты слабую улыбку, отражавшую те же самые чувства. Ее реакция не укрылась и от Андре.
– Вам самой, как я понимаю, спектакль не нравится? – прозорливо заметил он.
Мирта с усмешкой пожала плечами.
– Пьеса по-своему неплоха, – ответила она, глядя поверх лошадиной головы, – но для своего времени. В ней слишком много штампов. Пафоса. Застывших форм. Только Джею удается немного ее оживить. Сколь ни забавно это прозвучит, у отрицательных персонажей существенно больше возможностей для инициативы и импровизации, чем у главных героев. Нам надлежит в точности соответствовать классическому образу. Вряд ли вы удивитесь, что мне поднадоело играть традиционную прекрасную деву, все достоинства которой заключаются в том, что она обладает красивой внешностью и блюдет свою невинность.
– А что думают о пьесе остальные? – поинтересовался Андре.
Он мягко извлек поводья из рук девушки, принимая на себя управление повозкой. Мирта благодарно улыбнулась и возражать не стала.
– Мои родители – люди старой закалки, – отозвалась она. – Поэтому их традиционность пьесы не отпугивает. К тому же Джей, как я уже говорила, имеет возможность как следует импровизировать по ходу дела, чем весьма успешно развлекает и себя, и зрителей. А Яна все устраивает.
Ну да, еще бы, мысленно фыркнула я. Было бы странно, если бы его что-то не устраивало. Закостеневшего образа классического рыцаря более чем достаточно для того, чтобы в каждом городке и каждой деревеньке получить на вечерок по любовнице.
– К тому же у нас есть свои ограничения в выборе пьесы, – продолжала Мирта. – Вы ведь видите: у нас совсем небольшая труппа. Семейная. Далеко не любой спектакль можно сыграть всего с четырьмя артистами.
– Ну, не беда, – подбодрил ее Андре. – Со временем у вас появятся дети, и численность труппы увеличится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
