— Какой еще ключ? О чем ты?
— Я забыла ключ у него в студии…
— Чтобы он мог войти в номер, пока ты…
— Да нет же! — воскликнула Фрэн в полном отчаянии и вырвала руку. — Не давала я ему ключ. Я его потеряла! Мне и в голову не пришло, что он вздумает принести его. Я не просила.
Глаза Джордана угрожающе засверкали.
— Я тебя предупреждал, что не собираюсь оплачивать твои свидания с этим горе-художником, и повторяю еще раз: не смей больше с ним встречаться, поняла? Если ты позволишь себе хоть на минуту уйти из отеля без моего разрешения, я разорву тебя на куски! — Кипя от гнева, он направился к двери.
— Значит, я твоя пленница? — с вызовом спросила Фрэн.
Он медленно повернулся.
— Нет, Фрэн. — Кажется, он немного остыл. — Ты вольна делать все, что хочешь, только не встречайся с этим недоноском. Ясно?
Фрэн не сводила с него глаз. Как же заставить его понять?
— — Он мой старый друг, Джордан, а не любовник. Верь мне, это чистая правда. И я не приглашала его в отель.
Все равно он ей не верит. Дав волю гневу, он немного успокоился, но эта вспышка дорого ему стоила: он выглядел еще более измученным, чем раньше. Его серые глаза смотрели на нее с таким холодным презрением, что Фрэн хотелось плакать.
— Я видел то, что видел, Фрэн. Он обнимал тебя.
Она отрицательно покачала головой.
— Я поцеловала его на прощание. Я чувствовала…
— Что ты чувствовала? — Джордан подошел ближе.
Фрэн закусила губу. Не может же она сказать ему, что Жан-Клод нуждается в помощи и ей просто жаль его. Стоит только заикнуться об этом, и Джордан обрушит на нее град вопросов, на которые ей не хотелось отвечать. Наркотики… Какая ирония судьбы! Бедняга Жан-Клод, видимо, не на шутку пристрастился к ним, а этот человек, кипящий от злости на нее, сделал себе состояние на производстве лекарств, содержащих в том числе и наркотические вещества.
— Ничего не чувствовала, просто поцеловала, и все, — выдавила она из себя.
— Так же, как и меня, немногим раньше? — прохрипел он и привлек ее к себе, прежде чем она успела возразить.
Его поцелуй был страстным, но нежности в нем не чувствовалось. Джордан словно хотел наказать ее. Он так крепко сжал ее в объятиях, что она не могла пошевелиться. Все волнения и огорчения прошедшего дня припомнились одновременно, и из глаз Фрэн полились слезы. Ну почему все так нескладно получается? Им постоянно кто-то мешает, то Хелена, то Жан-Клод, а ведь она хочет только одного: остаться с этим человеком.
Натиск его губ смягчился: гнев Джордана угас. Окрыленная проявлением нежности, Фрэн прильнула к нему, растворяясь в сладком блаженстве, и с жаром ответила на поцелуй. Джордан погладил ее по спине, вынул гребень из ее волос, и они золотым дождем рассыпались по плечам. Он погрузил в них лицо, тронул губами душистые пряди и снова припал к ее ждущему рту.
Молния на ее платье поползла вниз, прохладный воздух коснулся обнажившейся спины. Фрэн не сопротивлялась, каждым нервом ее тело словно говорило: да, да… Джордан спустил ее платье с плеч, наклонился и дотронулся губами до атласной кожи ее груди. Более восхитительного ощущения Фрэн не испытывала за всю жизнь. Его язык нашел набухшие от желания соски. Когда их губы снова сомкнулись, Фрэн забыла обо всем.
Не отрываясь от ее рта, Джордан натянул платье ей на плечи. Теплый шелк согрел кожу спины, молния с тихим шуршанием закрылась. Фрэн залилась краской: ей было стыдно своего откровенного желания. Слегка отстранившись, она взглянула на Джордана широко раскрытыми, потемневшими глазами, в которых притаился невысказанный вопрос.
Джордан взял ее хрупкое лицо в ладони, поцеловал в глаза, нос, рот.
— Наше время еще не настало, — хрипло шепнул он. — Я хочу, чтобы нас соединила любовь, а не злость и обида друг на друга.
Фрэн уткнулась лицом в его рубашку. Наверно, он ждет, что она оценит его благородство, которого у нее явно не хватило. Она так хотела его, что позволила бы ему делать с собой все что угодно.
— Да, конечно… — пробормотала она и выскользнула из его объятий.
Дверь с тихим щелчком закрылась, но Фрэн не обернулась. Минуту-другую она стояла неподвижно, не желая расставаться с волшебными ощущениями. Ее губы все еще хранили аромат его поцелуев. Однако пора было возвращаться к действительности.
Она медленно разделась, забралась в постель и, едва голова коснулась подушки, провалилась в крепкий, глубокий сон.
Глава 6
Обнаружив на следующее утро пропажу, Фрэн разрыдалась. Это случилось сразу после того, как она проснулась и потянулась за часами — посмотреть, который час. Накануне вечером она их не надевала: довольно массивные, с большим циферблатом, они совершенно не подходили к ее нарядному платью. Часов на столике не было — они исчезли! Фрэн пошарила в сумке, которую засунула в столик у кровати перед уходом на прием, и с ужасом поняла, что сумка пуста. Исчезло все, что представляло хоть какую-то ценность: часы, тонкий золотой браслет — подарок отца, — деньги Джордана Перри, кошелек с ее собственными деньгами и даже проездной билет на метро!
Фрэн села в постели. Первой мыслью было, что это дело рук горничной, прибиравшей комнату в ее отсутствие, но по некотором размышлении Фрэн отмела это предположение. По телу пробежала дрожь. Жан-Клод! Когда она была у него в студии, он мог увидеть деньги Джордана, выпавшие из ее сумочки. Вот дура, она же сама предоставила ему возможность обокрасть ее, забыв у него ключ от номера. Учась в колледже, Жан-Клод не проявлял дурных наклонностей, и у нее не было оснований не доверять ему, но с тех пор он так сильно изменился, стал совсем другим человеком. Смерть любимого брата сломила его, он не сумел справиться со своим горем, пристрастился к наркотикам.
Неудивительно, что он так странно вел себя накануне вечером. Вероятно, он вообще не собирался дожидаться ее, просто услышал шаги в коридоре и сделал вид, что пришел вернуть ключ и заодно повидаться. Кроме того, он не сразу согласился встретиться еще раз, когда она это предложила, потому что понимал: когда пропажа обнаружится, подозрение в первую очередь падет на него. И все-таки…
Фрэн вытерла слезы. И все-таки он обрадовался, когда она стала настаивать, поддался на ее уговоры. Похоже, ему действительно нужен друг, с которым можно поделиться самым сокровенным, излить душу.
Фрэн долго сидела неподвижно, уставившись на клочок бумаги с адресом кафе, записанным его рукой. Придет ли он на свидание? Если Жан-Клод не собирался с ней встречаться, тогда зачем бы он стал давать этот адрес? Разыскать его совсем нетрудно — ведь ей известно, где он живет. Фрэн не покидало чувство, что он совсем запутался и нуждается в ней.
