— Я не могу говорить об этом. Нет… нет, еще не могу.
— Прости.
Он взмахнул рукой:
— Одно я знаю совершенно точно: я больше никогда не женюсь.
Со стороны реки до них донесся крик одинокой птицы.
— Ты тоже обжегся, Сэм, так же, как и Энди.
— А ты? На свадьбе Ди ты сказала, что одного раза тебе было достаточно…
— Да, меня вполне устраивает моя теперешняя жизнь. Ведь я совершила не одну, а целых две ошибки.
— Значит, твоей первой ошибкой стал я?
— Если честно, то да. Я увлеклась чувством сострадания и…
Он взял ее за плечи и повернул лицом к себе:
— Сострадания? В этом нет ничего постыдного, Мэг.
Что бы он сказал, если бы знал правду? Что ею двигало отнюдь не одно соболезнование его горю?
— Как бы то ни было, я больше не выйду замуж, — сказала Мэг. — У меня есть сын, работа, друзья — чего же мне еще желать?
Тебя! Это слово просто рвалось с ее губ.
— Ясно, — пробормотал он. — Сэм Грейнджер и Мэг Стеффорд, оба свободные и оба поклявшиеся оставаться таковыми. Что скажешь, Мэгги, не завести ли нам любовную интрижку? Ни обязанностей, ни обещаний… Просто любовь ради самой любви!
Любовная интрижка с Сэмом… При этой мысли в мозгу Мэг завертелись картинки одна другой экзотичнее. Она покраснела и только тогда заметила насмешливый блеск в его зеленых глазах. Он просто шутил!
Но она не могла не думать о том, что на мгновение готова была согласиться на его предложение! Насколько же хрупка ее броня, как ей трудно противостоять его обаянию!
Он никогда не узнает…
Изобразив легкий смешок, она шутливо ответила:
— Вы можете мечтать об этом, Сэм Грейнджер, только мечтать!
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Мэг стояла возле своего дома, глядя вслед отъезжающей машине Сэма. Она не предложила ему войти.
— Я хочу поговорить с Энди, — пояснила она. — Будет лучше, если…
— Если меня при этом не будет. Я понимаю, Мэг. — Его лицо казалось озабоченным. — Желаю удачи.
Удача ей не помешает, подумала Мэг, подходя к двери. Если Энди пребывает все в том же настроении…
Она обнаружила его в кресле в гостиной перед телевизором и вздрогнула, увидев на экране Алекс Грейнджер.
Облаченная в военную форму цвета хаки, бывшая жена Сэма вела репортаж на фоне какой-то разрушенной улицы. На заднем плане то и дело пробегали какие-то люди, порывистый ветер развевал ее длинные волосы. Светлые умные глаза с кошачьим разрезом смотрели в камеру немного настороженно.
— А почему они разошлись? — спросил вдруг Энди, и Мэг опять вздрогнула.
Она увидела, что он бледен, заметила следы слез, и сердце ее сжалось. Голос его звучал резковато, но он хотя бы решился заговорить первый.
— Что ты сказал?
— Почему они больше не вместе?
— Я не знаю.
— Разве ты его не спрашивала?
— Он не хочет говорить об этом.
— Теперь из-за того, что он больше с ней не живет, он приходит к тебе?
— Он вовсе не приходит ко мне, Энди. Мы вместе управляем гостиницей, у нас должны быть нормальные отношения.
— Но сегодня вечером ты не работала! Ты пошла с ним, и вас не было целых два часа. Что вы делали?
— Болтали. — Она кивнула головой в сторону телевизора: — Не против, если я выключу?
Она взяла пульт, щелкнула кнопкой, и Алекс Грейнджер исчезла.
— Нам надо поговорить, Энди.
— О чем? — Он покосился на нее.
— О твоем поведении. Весь месяц я сквозь пальцы смотрела на все эти безобразия, потому что понимала, как тебе трудно. Столько перемен, тебе надо ко всему привыкнуть! Но больше я не могу с этим мириться. В каком бы настроении ты ни находился, о чем бы там ни думал, я хочу, чтобы ты вел себя вежливо.
— Ладно. — Он встал с кресла, держась нарочито небрежно. — Я буду вести себя вежливо.
— Со мной и с твоим отцом.
Прошло несколько секунд, потом он ответил:
— Хорошо. Договорились. — Энди широко зевнул и направился к двери. — Спокойной ночи. Я пойду спать.
— Что касается того, что произошло сегодня вечером, — добавила она спокойно, — прошу тебя, поверь, я очень об этом сожалею.
Мэг с внезапной радостью и гордостью отметила, каким высоким он стал. Ее мальчик стремительно рос, становился мужчиной…
— Не волнуйся, — ответил Энди, но она обратила внимание на то, что он избегал смотреть прямо в глаза. — С этим покончено, давай забудем.
Но Мэг знала, что он не забудет. Было совершенно ясно, что он не собирается впускать отца в свою жизнь и что, пока она будет поддерживать тесные отношения с Сэмом, не впустит в свою жизнь и ее тоже. Энди словно провел невидимую черту между ними — с одной стороны оставался он сам, с другой Сэм.
А она, любящая их обоих, находилась посередине.
Проснувшись на следующее утро, Мэг постучала в дверь комнаты Энди и отправилась на свою обычную пробежку. Однако побережье оказалось затянуто белым туманом, и она решила ограничиться одним кругом. Когда она вернулась, Энди складывал в мойку грязную посуду после завтрака.
— Привет! — Увидев, что он берет свою джинсовую куртку, Мэг спросила: — Разве ты уже уходишь?
— Да, я встречаюсь с Майком на углу.
— Сегодня ты рано!
— Ты вчера ругала меня за то, что я опаздываю, — отозвался он ровным голосом. — Сегодня будешь ругать за то, что я выхожу пораньше?
— Да нет, но…
— Мне пора идти. Не хочу задерживать Майка.
— Ладно, конечно.
— Увидимся вечером.
И он ушел — не улыбнулся, не обнял ее на прощание. Довольно вежливый, это правда. Но она не может заставить его быть нежным, дружелюбным…
Вздохнув, Мэг поднялась наверх, чтобы принять душ и одеться. Потом все уладится, просто нужно дать ему немного времени… Однако, как она ни старалась, внутренний голос говорил ей, что ничего из этого не выйдет: с самого раннего детства Энди был очень упрям, и, если он что-либо вбивал себе в голову, переубедить его было невозможно.
Беспокойные мысли о сыне одолевали ее, пока она одевалась и пила утренний кофе, они все еще терзали ее по дороге на работу, но, когда она вошла в холл гостиницы и увидела Сэма, то вся тревога куда-то словно улетучилась.
Облаченный в элегантный серый костюм, белую рубашку и зеленый, под цвет глаз, галстук, Сэм стоял, облокотившись о стойку портье, возле Кэти, которая смотрела на него, не скрывая восхищения.
Мэг ощутила болезненный укол ревности. Подумать только, она всегда думала, что не ревнива! Она напомнила себе, что не имеет никаких прав на Сэма. Пусть он отец ее ребенка, но он человек свободный и не собирается связывать себя узами ни с одной женщиной. Ни сейчас, ни когда-либо в будущем.
