стран сохранились монархии, они тоже претерпели изменения. Королей и принцев стали интересовать акции и банковские операции. Многие отпрыски царствующих семей не стыдятся посещать биржи и через своих маклеров принимают участие в биржевых спекуляциях. Начавшаяся еще раньше колониальная экспансия становится своего рода страстью, поглощавшей усилия премьер-министров и их советников. И сама экспансия все больше приобретает экономический характер. Генералы и политики, подвиги которых вознаграждаются орденами, титулами и почетными пенсиями, — лишь шахматные фигуры в большой игре, которую ведет капитал буржуазной Европы… Заканчивается первая техническая революция. Наступил век пара и недалек век электричества. Паровые суда постепенно вытесняют парусные. Возможности путешествий, торговых плаваний и, разумеется, военных экспедиций возросли. Но если флот быстро эволюционирует, то мореходные пути отстают в своем развитии. Из Европы в Азию все еще приходится путешествовать вокруг Африки, а в Тихий океан — вокруг Огненной Земли. Все это никак не соответствует потребностям времени. Канал становится насущной необходимостью.
В это-то время и появляется на европейской арене человек, с именем которого будут связывать осуществление проекта, которому одному припишут всю славу осуществления этой стройки века. Ему поставят памятник у входа в канал; он будет изображен на манер римских героев в величественной позе, облаченный в тогу. На закате жизни его изберут во французскую Академию, причислят к рангу «бессмертных». В обращении к нему президент Академии скажет: «Наряду с Ламартином вы являетесь человеком века, человеком, о котором существует множество легенд и преданий».
Фердинанд де Лессепс прожил бурную жизнь. Он был дипломатом, авантюристом, светским человеком, расчетливым предпринимателем, финансовым воротилой. Он сделал блестящую дипломатическую карьеру, закончившуюся неудачно. Более десяти лет о нем ничего не было известно, а затем его имя замелькало на страницах всех европейских газет. Он был очень богат, а потом его отдали под суд за финансовые злоупотребления. Он руководил работами по строительству Суэцкого канала и закончил их, несмотря на все трудности. Но его участие в строительстве Панамского канала окончилось плачевно. Его знали во всех королевских дворах Европы. Он был дружен с французской императрицей Евгенией, женой Наполеона III, с правителем Египта Саидом, с австрийским императором Францем-Иосифом. Его терпеть не могли в Стамбуле, Лондоне и Петербурге. Он был типичным человеком «буржуазного века», обладавшим всеми необходимыми для преуспевания в этом обществе качествами. Он умел подольститься и убрать конкурента, изобразить себя гуманным человеком и, когда требовалось это, не посчитаться с человеческими жертвами. Он был алчен, но знал, что иногда нужно отказаться от прибыли в тысячу, чтобы получить миллион. Он был хорошим организатором, но мало понимал в инженерном деле, которым руководил. В хронологическом плане деятельность Фердинанда де Лессепса протекала в последний период эры «свободного капитализма» и в начале эпохи империализма. Он — один из родоначальников плеяды «героев» этого времени, конкистадоров колониальных империй, крупных дельцов, не считавшихся ни с суверенитетом, ни с законами других стран, ломавших чужие границы, как ветхие заборы.
Фердинанд де Лессепс родился в 1805 г. в Версале. Он был четвертым сыном Матье де Лессепса и принадлежал, по словам англичанина Джона Паднея, «к семье с установившейся репутацией, завоеванной на государственной и дипломатической службе»[20]. Его отец занимал важные дипломатические посты во времена Первой империи, и Наполеон однажды назвал его «наиболее преданным и внушающим доверие агентом правительства». Эти семейные связи потом Фердинанду де Лессепсу очень помогли. Отец служил генеральным консулом в Петербурге при дворе Александра I, а потом был переведен в Египет. Здесь ему пришлось столкнуться с тяжелой для Франции ситуацией: после поражения Бонапарта в стране хозяйничали англичане, высадившиеся близ Александрии и занявшие Каир. В соответствии с Амьенским договором они должны были эвакуировать свои экспедиционные силы из Египта, но не торопились это делать. Матье де Лессепс приложил много сил, чтобы этого добиться. Ему удалось завязать прочные связи при дворе Мухаммеда Али. Он стал человеком, вхожим в высшие круги Египта. Он был близок с Ибрагим-пашой, сыном Мухаммеда Али, одержавшим победу над турками, армию которых возглавлял немец — генерал Мольтке. После этого Стамбул был вынужден признать фактическую самостоятельность Египта и власть Мухаммеда Али. В доме французского консула бывал и внук Мухаммеда Али, малолетний Саид. Все эти связи очень пригодятся Фердинанду де Лессепсу.
После падения Наполеона Матье де Лессепс получил отставку. Появившийся в Париже Бонапарт во время «ста дней» снова приблизил его к себе: сделал его графом империи и назначил префектом. Вновь вернувшиеся Бурбоны обошлись с Матье де Лессепсом достаточно мягко. Они лишили его должности префекта, но зато назначили консулом в Марокко, потом в Тунисе, где он и умер.
Фердинанд де Лессепс начал карьеру в армии, потом перешел по примеру отца на дипломатическую стезю. В 1832 г. он был назначен вице-консулом в Александрию. Здесь и начинается его «большая карьера».
Лессепс нашел Египет значительно изменившимся по сравнению с тем, каким он был во времена, когда там служил его отец. Мухаммед Али уничтожил мамлюков и объявил себя единоличным владельцем всех земель, пригодных для обработки. К этому времени население Египта удвоилось по сравнению с XVIII в., а количество обрабатываемых земель увеличилось всего на одну четверть. Следовательно, египетский феллах стал жить еще хуже. Он постоянно голодал. Тем не менее Мухаммеду Али удалось повысить доходы казны путем введения безжалостной системы налогов и увеличения экспорта египетских товаров в Европу. Вместе с тем Мухаммед Али стремился преодолеть средневековую замкнутость Египта. Он строил дороги, в том числе железные, приглашал на службу иностранных офицеров и инженеров. Египетская армия стала одной из самых больших на Востоке. В упоминавшемся ранее походе Ибрагима в Сирию и Малую Азию участвовала армия в 250 тыс. человек. Укрепление династии Мухаммеда Али беспокоило не только Турцию, но и Англию, опасавшуюся усиления французского влияния. Великобритания вмешалась в ход событий. Египту был навязан Лондонский договор 1841 г., самостоятельность его сохранялась, но угроза Стамбулу со стороны Мухаммеда Али была пресечена — максимальная численность египетской армии была установлена в 18 тыс. человек. Но династия, основанная Мухаммедом Али, сохранилась. Полтораста лет страной будут править потомки албанского торговца табаком.
В Египте Фердинанд де Лессепс усердно занялся своей карьерой. Молодому дипломату удалось привлечь к себе внимание двора общительностью. Он быстро приспособился к нравам египетской аристократии. Лессепс становится неизменным участником всевозможных развлечений, выездов на охоту, содержит большую конюшню арабских лошадей. В его доме в Александрии собирается египетская «золотая молодежь», среди которой нередки члены многочисленной семьи Мухаммеда Али. После того как Лессепса назначили генеральным консулом Франции в Каире, ему удается еще больше сблизиться с представителями правящей династии. Он становится
