выпрашивала у него чего-нибудь помясистее. Дружелюбные отношения завелись между ними отнюдь не вчера. Как и бравый матросик (способный «уболтать» едва ли не мёртвого), она никогда не знала прямого отказа. Обе особы женского пола выходили из поварско́го отсека, снабжённые питательным пищевым набором. Но! Правда, одна ходила клянчить чуть раньше, вторая чуточку позже. Получается, до настоящего времени они ни разу не встретились, попутно не разминулись.
Сегодня, то ли планетарные аспекты вдруг выстроились как-то не так, то ли благосклонная (до сего дня) судьба зачем-то обиделась на милую девушку, переодетую в мужскую матросскую форму? В любом случае возрастная женщина значительно задержалась. Обычно она ходила раньше на целый час. Что позволяло обеим сча́стливо разойтись. Но только не в этот ненастный день!
Подслушав разговор двух давних приятелей, законченная службистка враз стала везучей обладательницей убойного компромата, разоблачительной информации. Мешкать не стоило. Она ещё подумала: «Бобби немножечко подождёт; ничего не случится, с голодухи не сдохнет. У него есть краюха чёрствого хлеба да питьевая вода – не лорд высокородный, возьмёт перекусит. Надо спешить и в первую очередь оповестить обманутого капитан-командора. Да, его уведомление – это дело первостепенное, задача приоритетная. Пойду я в капитанскую кэп-каюту».
Решено и исполнено. Не прошло и пяти минут, а мстительная солдатка (с Лерой у них сложились до крайности враждебные отношения) осторожно «скря́бакалась» в одну из двустворчатых створок. Изнутри прозвучал недовольный голос:
– Кого нелёгкая принесла? Ежели чего пустяковое, велю бездушному боцману как следует выпороть. Заходи, – пригласительное слово прозвучало значительно мягче.
Незапертая дверца тихонечко отворилась, и в скромную кэп-каюту, благонамеренно уступленную полукровкой метисом, протиснулась квадратная женщина. Новый хозяин посиживал на узкой кровати и оставался в белоснежном, по вид пижамы, белье. Сведущая проныра подкралась поближе. Остановилась в почтительной позе. Молча стояла, дожидаясь высокородного разрешения. Оно не заставило долговременно ждать.
– Говори, – как и привычно, мистер Левин казался спокойным, невозмутимым, по виду бесстрастным, – чего у тебя?
Мэри Энн рассказала про слышанную беседу и не забыла упомянуть, что на борту находится вражий шпион-лазутчик, точнее неуловимая пиратская капитанша.
– Не может быть?! – не поверил самонадеянный полководец, поражённый невиданной наглостью; далее, быстро вставая, он на ходу категорически распалялся: – Пока я собираюсь, следуй в ближайший гвардейский кубрик, поднимай с десяток вооружённых солдат и вместе с ними незамедлительно возвращайся сюда. Будут сопротивляться – сошлись на меня.
Предположение подтвердилось. Мисс Доджер, так глупо попавшуюся на человеческом сострадании, поместили к тринадцатилетнему пиратскому юнге. Неотступный помощник во всех её безбашенных начинаниях, он, сытно покушавший, мирно посапывал. Когда привели пленённую Леру, он, словно чего-то почувствовал, внезапно проснулся. Встряхнул вихрастыми патлами.
– И тебя?.. – первое, что пришло на пытливый мальчишечий ум, был капитанский прокол, нечаянный, но серьёзный.
– Да, – покивала Валера роскошными прядями; она улеглась на край слежа́лой соломы и покрепче прижалась к давнишнему другу.
Далее, оставленные вдвоём, они посетовали на горестную судьбу да несчастливую пиратскую долю.
Глава XV. Таинственная пещера
Двумя днями позже…
«Изольда», ведомая опытным боцманом, входила в островную акваторию затерянного в Карибском море неведомого пространства. Под наставлением Бобби Уойна да под «чутким» контролем высокородного лорда, Ричард Бесстрашный подогнал торговый фрегат к ровной скалистой стене. Остановились в двенадцати кабельтовых. Прибрежная полоса изобиловала остроконечными рифами и подводными, незримыми сверху, коралловыми наростами. В конце пути все трое находились у рулевого штурвала, специального колеса. Педантичный капитан-командор обратился к бывшему аборигену, нынешнему головорезу-разбойнику:
– Итак, мистер Уойн, как нам проникнуть за гранитную кручу, за неприступную каменную гряду́?
– Всему своё время, Сэр Скраймджер, – развенчанный пиратский вожак выглядел серьёзно, по-деловому напористо; он указал на линию горизонта: – Когда вечернее солнце коснётся края, где небесный свод стыкуется с водной гладью, и когда начнётся второй отлив, Вы всё увидите воочию, собственными глазами. Да! Чуть совсем не забыл. Существует одно условие: к часу «Икс», – применился им стандартный, хотя и условный термин, – в конкретном прибрежном месте – я непременно его укажу – должно находится с десяток объёмных лодок. Лучше двенадцативёсельных, но с минимальным количеством досужих гребцов, – считалось «расторопных, умелых». – Потом я всё покажу. Сейчас, поскольку всего лишь четыре часа пополудни, предлагаю всем хорошенечко отдохнуть – придётся таскать тяжёлые ящики – а правильней, как следует выспаться.
– Вы, мистер Бобби, нам сказочки здесь, занятные, пожалуйста, не рассказывайте, – напыщенный королевский ставленник обратился язвительно, лишь чисто по сокращённому имени; он вперил в него пронзительный, насквозь прожигавший, взгляд. – Растолкуйте нам обстоятельно, по истинной сути.
– Бе́с толку,– сын Бешенного Фрэнка отобразился кислой, как после лимона, миной; он только махнул рукой, – всё одно навряд ли поверите. То сказочное явление лучше увидеть собственными глазами.
– Хорошо, дождёмся закатного времени, – хотя чванливый милорд и чувствовал себя ни много, ни мало униженным, но, чтобы не выглядеть обманутым идиотом, он нехотя согласился: – Если Вы, мистер Уойн, задумали сплутовать, то – будьте уверены! – серьёзно тогда поплатитесь. И Вас ничто уже не спасёт: ни любящая мамаша, ни собственное везение, ни глупая, слепая удача. Будете болтаться на нижней фок-рее. Сейчас – поскольку, действительно, ночь предстоит нелёгкая – последуем совету Кровавого Бобби, – теперь им применилось заслуженное в пиратском братстве свирепое прозвище, – да отправимся отдыхать.
Уполномоченный представитель глянул на верхнюю палубу, обвёл её придирчивым взглядом и выдернул из общей людской толпы необходимого человека; тот был способен исполнить любое задание, не особенно вникая в сюжетную схему, структурную и техническую.
– Капрал Хендрикс! – он подозвал исполнительного служаку к себе.
Тот явился незамедлительно и предстал пред ясные командорские очи. Вытянулся по струнке, встал по команде «смирно».
– Слушаю, сэр, – привычный комментарий подталкивал к подробному изложению.
– Отберите десяток дюжих солдат, – предусмотрительный военачальник прикидывал живую силу, тягловых переносчиков (предстояло перетаскать руками несколько тонн индейского золота), – и двадцать могучих матросов. Старшим я назначаю О’Брайена. Из гражданской команды не брать никого – только, единственно, наших. Всем им немедля ложиться спать. К вечеру быть свежими, отдохнувшими, готовыми к тяжёлой погрузке, не кратковременной перевозке. Всё. Идти исполнять!
Капрал, как заправский вояка, развернулся чётко, на каблуках. Отправился выполнять несложное, но непонятное пока приказание. Отобрал рекомендованный персонал, как военный, так и матросский. Велел разойтись по собственным кубрикам и хорошенечко выспаться. Днём! И странно, и удивительно? Такого не практиковалось до настоящего времени и никогда, и ни разу. Хотя, с другой стороны, вахтенные матросы и офицеры отсыпались именно в светлое время суток, но, правда, после дежурной смены.
С приближением закатного вечера, как и советовал подлый изменник, десять объёмных лодок выстроились напротив скалистой гряды. В первой присутствовали двое гребцов, капрал Генри О’Брайен
