— Уже выставили, — плюнул в сердцах Илья, как особисты долго чешутся. Вот за какой-нибудь чистый листок из секретной тетради, уже б до Красноярска насвистели, а тут ни пыр, ни мыр, ни кукареку.
Засунув руки в карманы галифе он побегал, скрипя начищенными до блеска, сапогами по кабинету.
Замполит, покрутив головой, разрабатывая уставшую шею, промолчал.
— Что молчишь Юрок? — не выдержал Седлер.
— Думаю! Менять скоро надо будет наших ребят. Затекли у них там, надо думать, конечности и комары заразы сожрали всё, что съедобно.
Илья поднялся:
— Давай так — иди, караул наш проверь, а я пойду на столе с полчасика покимарю, придёшь, разбудишь. Сам поеду к схрону.
Но соснуть не довелось, постучавшись в кабинет, бочком впорхнула Светка. Недовольно протерев закрывающиеся глаза, Илья воззрился на подваливший объект. «Откуда эта стерва чует мою потребность во сне. Ну, непременно мешается под ногами. Какими взглядами она меня испепеляет жуть, — усмехнулся он. — Знает же, не замечать эти буравчики просто невозможно. К тому же совершенно не пробивная. Ты её в окно, а она в трубу. Думал после инцидента на «Рыбаке» отвалит и успокоится. Ан нет! Опять рвётся в бой. Подваливает чертовка непременно в тот момент, когда я спать хочу».
— Тебе кого? — простонал он, вертя в руках для картинки делового образа карандаш.
Та посмотрела на него так, что он сразу понял беспочвенность своего вопроса. И закрепляя позиции быстренько озадачила его ответом:
— Кофе принесла с пирожком, пекла сегодня, попробуй.
Он зевнул и потёр глаза:
— Чего тебе не спится? Не понимаю я твоего мужа.
Телефонистка махнула рукой в непонятным направлении.
— Он шпиона караулит, сам же его там оставил.
Выйдя из терпения, Илья гаркнул:
— Мы на ты не переходили.
— Господи, крику-то, — поправила причёску та и опять воззрилась на него.
А Седлер уже уцепился за другое.
— Информация у нас поставлена не хуже ЦРУ. Вот откуда бабьё всё знает?
Та поковыряла обшивку столешницы и выдала секрет:
— Как получится, в этот раз я на телефоне сидела.
— Уволю всех баб к чёртовой матери, — распалился он.
— Ешь, — пододвинула она ему еду.
— Ещё отравишь, — отпихнул он тарелку.
Она хихикнула и объявила:
— Хочешь, хлебну сама, просто жаль, сидишь, мучаешься.
— Иди, а? Мне точно не до тебя сейчас. Соколов, алло, — крутил он ручку полевого телефона. — Готова смена? Отлично. Давайте людей в лодку. Я иду.
Она недовольно поелозила аппетитным задом о бок стола.
— Что уходишь, что ли?
— Топай отсюда, сейчас привезём тебе милого, — вытеснял он её, напирая грудью на отступающую в коридор женщину, из кабинета. — Глядишь, и пирожки твои пригодятся. Оголодал, поди, там, среди комаров, сокол-то твой. Замёрз, опять же, погреешь.
Сбегая с подоспевшим и провожающим его замполитом к причалу, Илья посмеивался сам себе: «Ловко я её выпер и чихнуть не успела. Какого чёрта пристала, но не пожалуешься же её муженьку. Ситуация смешнее не представить. И в самом деле, не пойдёшь к командиру полка с просьбой перевести старшего лейтенанта в другое место службы, потому что его жена лезет ко мне в штаны и морду стерве этой не набьёшь. Превышение полномочий. Хреновое дело, с какой стороны не глянь. Не хватало ещё бабьи языки, дотянут Лизе сногсшибательную новость. Здесь у всех по три глаза».
— Удачи, командир, — козырнул ему замполит с причала.
— Смотрите здесь в оба, если помощь там будет нужна, я даю сигнал. Ракетницу взяли.
— Счастливо, — помахал Юра лодке рукой.
Замполит стоял на причале до тех пор, пока лодка не скрылась за поворотом. В ночи звук мотора слышан чёрте где. Поэтому шли без адреналина. Остановились задолго до места высадки. Сколько-то протянули, идя вдоль берега на вёслах, потом спрятав лодку пешим ходом осторожно скашивая в сторону схрона. Услышав ответный условный знак, Илья перевёл дух. Значит, все живы и всё пока обошлось без беды. Произведя смену и забрав замёрзших, покусанных мошкарой ребят, отправились в обратный путь. Смена без напоминаний неслась с радостью в моторку.
— Задубели, командир, — стучал зубами муж телефонистки. — Холодно уже становится.
— Жена сейчас согреет, — пробурчал Илья. — Ждёт не дождётся. Пирогами встречает.
— Взялись за вёсла и пошли. Враз, жарко будет. — Ухмыльнулся Никитин.
Следующая замена только в ночь. «За день, может, случиться, что центр, пораскинув мозгами, что-то, да и сочинит», — прикидывал Илья, возвращаясь в дивизион. Но фиг вам, как не скажет замполит. За день так ничего и не изобрели.
— Молчат? — спросил озадаченных, командира с замполитом, вошедший комбат.
— Даже не мяукают, — махнул рассерженный Илья.
— Ничего не понимаю, — забегал по кабинету теперь уже замполит. — Красная шапочка какая-то получается. Они что измываются над нами что ли. У нас своих дел выше крыши.
— Хорошо, если Серый волк нами подавится, на охотников с ружьём надежда маленькая, — проныл Илья.
— Да в мерзком брюхе лежать мне лично, резона нет, — почесал макушку комбат.
— Ответственность на себя никто не хочет брать. Страна закачаешься, а стержня нет. Зачем такая армия мощная нужна, если никто не способен ничего решить, — рычал Седлер.
— Да, ладно тебе, — показал ему одними глазами на комбата замполит. Мол, заткнись. Настучит ещё.
— Понимаешь, не удивлюсь, если вот так лететь самолёт противника будет по нашей территории, дивизионы будут вести, командный пункт сдавать один другому, а никто не решится дать команду посадить эту птичку. Будут футболить от одного к другому, и не найдется, кому команды дать, — стоп! Заметь, внизу мы всё держим под контролем. Тормозит кто? Правильно, верх, — разошёлся, не остановить, Илья. Не обращая на предосторожности замполита, он выталкивал свою боль.
— Что же нам теперь делать? — присоединился к беганью по кабинету замполита с ходьбой и комбат. Теперь они оба, нависнув над командиром, пытались прояснить для себя поле игры.
— Вы от меня рецепта ждёте? А я не знаю… Придётся вечером опять смену везти, новых ребят комарам на пир. Сядьте, чего разбегались, — попросил Илья.
— Почешешь тут яйца, людей самим не хватает кто в отпуске, кто больной. Караул с нарушением заступает, а тут ещё и эта свистопляска. — Присоединился к ним с крамолой и начальник штаба. — Опять говеете? Я чай заказал. Сейчас доставят.
Но чай спокойствия не прибавил и тревог не рассеял. Разговор опять переключился на наболевшее.
— Особистов, как резаных собак развели, не пойму никак, чего им самим там не караулить или спецназ не посадить под кустами. Я нашёл, доложил. По идее, всё, свою задачу выполнил. Дальше будьте добры, сами ройтесь, это ваш хлеб. Стрелять за меня ракетами они не сядут, так почему же я должен там вместо них караулить? — Теперь уже вскочил Илья.
