стоят где стояли, а потом придут мужчина и женщина с двумя маленькими детьми.
Людей они сделали из коробочек от лекарств. Каос сам нарисовал им лица, фигурки получились квадратные и очень хорошо держались на бумажных палочках, за которые их было удобно двигать по сцене, так что казалось, что они и на самом деле идут.
– Они живут в Жирафляндии? – спросил Пончик.
– Нет, давай уберём жирафа, льва и слона, – сказал Каос. – Пусть они живут в Норвегии, а у нас водятся зайцы, лисы, лоси, медведи, волки, барсуки, рыси, белки, вороны и много всяких других птиц.
– Ой, сколько ты всего знаешь! Почти как Бьёрнар.
– Да, – гордо сказал Каос. Как раз вчера вечером перед сном папа рассказывал ему о животных, которые живут в Норвегии, и он всё хорошо запомнил. – Но на самом деле их больше, просто я не хочу тебе слишком много рассказывать. Давай нарисуем их, а потом вырежем.
Они взялись за работу. А тётя тем временем мыла посуду после обеда. Когда она закончила, то попросилась вырезать вместе с ними. И её тоже приняли в игру, так что зверей на столе быстро прибавлялось. Каос объяснял, какие это должны быть животные, и тётя их вырезала. Они делали прорезь в старом спичечном коробке, ставили туда зверя и приклеивали к коробку бумажную полоску, за которую «актёров» можно было водить по сцене.
– Лось – больше всех на свете, – сказал Пончик.
– Не совсем, – возразил Каос.
– Но он ведь даже больше медведя!
– Да, – согласился Каос. Он казался себе очень взрослым, ведь он столькому мог научить Пончика. – Знаешь, в давние времена жили динозавры, так вот они были вышиной с наш лесной холм.
– Наверное, они были очень страшными и дети их боялись, – испугался Пончик и показал на двух картонных детей.
– Нет. Динозавры ели только траву, корни, деревья и всё такое, – объяснил Каос.
– И tussilago farfara тоже? – спросил Пончик, побледнев.
– Может быть. Хочешь, сделаем большого-пребольшого динозавра?
– А он меня не съест?
– Нет. У них были маленькие головы, а сами они были большущие, так мне Бьёрнар рассказывал. Он это в энциклопедии прочитал.
– Он будет красный? – спросил Пончик. У него от волнения даже слюна потекла.
– Нет, не красный, а коричневый или чёрный, я не знаю наверняка, но мы можем сами решить, каким будет наш динозавр.
– Конечно, – согласилась тётя. – Мне кажется, коричневый будет выглядеть очень красиво. А я пока пойду на кухню готовить ужин. Пожалуй, скоро уже папа вернётся.
Каос посмотрел на письмо, которое стояло на книжной полке, и продолжил мастерить динозавра. Он разрешил Пончику покрасить его в коричневый цвет. Потом Каос его вырезал, вот только он никак не хотел стоять. Тётя принесла два спичечных коробка, сделала в них прорези, но динозавр всё равно падал и падал.
– Надо взять глину и закрепить его там как следует, – предложил Каос, – тогда он будет устойчивым. Только вот глины у нас нет, так что ничего не выйдет.
Тут Пончик просиял:
– У нас есть глина. Мы с мамой вчера из неё лепили!
– Тогда пойдём к вам и возьмём её, – решил Каос. – Тебе разрешат ею поделиться?
– Да, только ты иди со мной.
Они вышли и спустились по маленькой лестнице, поднялись вверх по улице на холм за Газетным домом и постучали в дверь. Им открыла мама Пончика.
– Хорошо, что ты пришёл, – сказала она. – Как раз пора ужинать и ложиться спать.
– Ой, нет! – ответил Пончик. – Нам ещё надо одно дело доделать. Мы вырезали динозавра, но он всё время падает, поэтому нам нужна глина.
Каос объяснил всё немножко подробнее, и мама в конце концов поняла, что к чему.
– Хорошо, можешь поиграть ещё полчаса, – разрешила она, – но потом – домой. Завтра нам рано вставать, ведь ты идёшь с утра к Эве, помнишь?
– Да, – кивнул Пончик.
Они побежали назад к Каосу, скатали из глины шарик – теперь огромный динозавр мог наконец предстать на сцене.
– Как будто он сюда пришёл, – объяснил Каос, – а остальные звери уже тут пасутся. Дети играют, а взрослые стоят и беседуют. Но тут вдруг человек кричит: «Динозавр идёт!»
Каос вспомнил, как они в школе играли в игру «Акула плывёт!». Но играть в динозавра было не так страшно, скорее весело. Он не знал, как правильнее его называть – динозавурус или динозавр, поэтому произносил название зверя очень осторожно.
– Я сейчас побегу и спрячусь, – сказал Пончик.
– Ты будешь одним маленьким мальчиком, а я другим, – решил Каос. – Тогда мы сможем присматривать за мамой и папой и всеми зверями.
– Включи, пожалуйста, свет снова, – попросил Пончик.
– Хорошо. Пусть уже как бы будет не вечер, а утро и очень светло. Светит солнце. И тут маленький мальчик кричит: «Динозавр идёт!» – Каос закричал так громко, что с кухни прибежала тётя:
– Что стряслось?
– Ничего, просто динозавр пришёл.
– Понятно, – улыбнулась тётя и ушла назад в кухню.
– А теперь пойдём спрячемся, – сказал Каос и сдвинул семью на сцене в угол. А Пончик увёл зверей.
Вдруг огромный толстый динозавр сказал голосом Каоса:
– Где мой сыночек, малыш динозавр? Не видел ли кто его?
– Нет, – отвечал Пончик. – Мы его не видели.
– Давай скорей вырежем динозаврёнка! – спохватился Каос. – Чтобы большой нашёл маленького.
Он принялся быстро рисовать и вырезать маленького динозаврика, тот отлично держался на подставке из спичечного коробка. В это время постучали в дверь, но Каос и Пончик ничего не услышали. Это пришла мама Пончика, чтобы забрать сынишку, но мальчики так разыгрались, что никого не замечали.
– Пусть ты теперь будешь динозавриком, – предложил Каос. – И ты ушёл в лес. Время от времени ты кричишь по-динозаврьи, а иногда говоришь по-человечьи, чтобы мы с тобой понимали, что происходит.
Вдруг Пончик издал странный звук, а потом завыл:
– Мама, мамочка, я заблудился! Не могу найти дорогу, приди, пожалуйста. И найди меня, ма-а-а-а-амочка дорога-а-ая!
Мама Пончика бросилась к сыну:
– Я здесь! Миленький, что тебя так напугало?
Но тут вмешалась тётя:
– Ничего страшного. Это же не он, а динозавр кричит. Похоже, потерялся маленький динозаврик. Погодите, скоро всё уладится.
– Сыночек-динозаврик, где же ты?
– Тут, – пискнул Пончик.
– Ох, как хорошо! – обрадовался большой динозавр. – Я боялся, что не найду тебя! Ты не испугался других зверей?
– Нет, только медведя немножко. Но он шёл своей дорогой и меня не тронул.
– Пойдём же назад в наш лес, – сказал большой динозавр. – Или ты хочешь полакомиться деревьями в этом лесу?
– Только не очень большими!
– Конечно! Большое может застрять у тебя в горле… И два динозавра пошли назад в свой лес, – объявил Каос и убрал со сцены большого зверя, а Пончик – маленького. – Спектакль закончился, – серьёзным голосом произнёс Каос и опустил красный шёлковый занавес, закрыв сцену.
– Как вы замечательно играли! – похвалила мама Пончика. – Удивительно: в таком крошечном театрике можно столько всего сыграть!
– Не сыграть, – поправил Каос, – это же было по-настоящему.
– Ну конечно. Спасибо, что пригласил Пончика.
– Ну, спок ночь, Пончик! – пожелал Каос.
– Спок ночь, Каос Карл Оскар, – повторил в ответ малыш. – Спок ночь, огромный динозавр!
– Спок ночь, динозаврик! – прошептал Каос.
Когда гости ушли, тётя сказала:
– Скоро придёт твой папа, и наверняка голодный. Поди, просвистел сегодня обед.
– Фью! – свистнул Каос, он гордился тем, что научился свистеть, по крайней мере одну ноту.
– Давай-ка накроем на стол: постелем чистую скатерть и положим бумажные салфетки, а письмо от мамы поставим в центре.
Каос бросился помогать. Всё получилось замечательно. Тут пришёл папа – усталый и очень голодный. Он обрадовался, увидев Каоса и накрытый стол, где ждал всех ужин. Но больше всего его, конечно, порадовало письмо от мамы.
– Начнём с него, – предложил папа.
Каос вскарабкался к папе на колени, и тот стал читать:
Дорогие мои,
огромное спасибо за письмо и картинку. Все фотографии и рисунки висят у меня на стене, на специальной раме, обтянутой тканью. Знаете, о чём я подумала? О том же, о чём и ты, папа: что вы ничего не знаете про мою жизнь в городе. Вы не бывали у меня в гостях, не видели ни мою квартиру, ни школу. Ты пишешь, что и Каос об этом думает. Я тоже. Вот если бы вы могли приехать сюда ненадолго, то вам легче было бы потом представлять мою жизнь здесь. Посылаю вам номер телефона Андерсенов. Обсудите, когда вы сможете приехать меня навестить. Ханс ведь может подменить тебя на автобусе – ты же его столько раз выручал. А Каоса
