Сделали два отличных телевизионных репортажа на Францию. В первом — показывали нашу станцию. Я взял камеру. Толя и Саша подхватили меня под руки и стали «возить» по станции из отсека в отсек. Я показывал, а Жан-Лу вел репортаж. В один из моментов он уделил внимание нашему космическому туалету. В следующем сеансе нам сказали, что это во Франции произвело фурор, как наиболее понятное. Поблагодарили за «находку».
1 ИЮЛЯ
Все дни пребывания экспедиции посещения на станции спим по 3–4 часа. По прилету у Саши Иванченкова разболелась спина, по-видимому, вытягивается позвоночник. Предложил ему свой спальник, т. к. на моем спальном месте есть возможность упираться ногами в шлюзовую камеру. Когда в нее упрешься, а головой в стенку — легче становится.
Утром просыпаюсь: рядом лежит Жан, надо мной — Толя, по правому борту — Саша Иванченков, а вниз головой и ногами к нам — Володя Джанибеков. Встаю пораньше, чтобы посмотреть, все ли в порядке по служебным системам, и включаю воду на нагрев, а также надо побыстрее умыться, принять туалет, все-таки 5 человек на борту.
В 8 часов включаем музыку, и потихоньку ребята встают. Одеваемся, завтракаем и за работу. Жан между экспериментами, когда он свободен, берет кинокамеру или фотоаппарат и снимает Землю.
Увлекается и, бывает, снимает или без светофильтра, или забудет выставить чувствительность пленки. А то, как Карлсон, летает над нами и смотрит, как мы работаем. Он все время жалуется Земле, что много телерепортажей, а они как раз тогда, когда мы пролетаем над Францией, и он не может посмотреть свою Землю.
Его поразило, как мы работаем в темноте. Пять человек, все за приборами, на пультах мелькает цветами сигнализация, в руках зажигаются фонарики, в иллюминаторах — вспышки от двигателей, слышны глухие удары их срабатывания, а мы бесшумно, как летучие мыши, летаем в черном объеме станции. В общем — фантастика.
Отработали два витка по двум созвездиям за одну тень. В начале делали ориентацию с помощью системы «Дельта», а во второй тени программные развороты выполняли на гироскопах по уставкам. В конце тени перешли на четвертое созвездие в режиме ручной ориентации.
В приборе «Эхограф» перестал работать видеомагнитофон в режиме воспроизведения. Надеемся, что запись экспериментов все таки прошла.
Вечером начали подготовку вещей к возвращению. Их набралось много. Кассеты с кино- и фотопленкой, кассеты магнитных регистраторов, результаты биологических экспериментов, капсулы с кристаллами и т. д. В общем, Володя Джанибеков упаковывал их в корабле всю ночь. Ведь надо все надежно подвязать, чтобы на посадке не сорвалось.
Вечером за ужином все собрались за столом. Мы говорили о том, что работа была интересной и теперь будем ждать ее результатов. Жан сказал, что он поражен высоким профессиональным мастерством каждого из нас и тем, как мы боролись, чтобы выполнить французскую программу. После ужина писали письма домой, гасили конверты бортовыми печатями. Володя подстригал Толю в промежуточном отсеке ПрК. Легли спать Жан и Саша. Я поплыл спать около 4 ночи.
2 ИЮЛЯ
Проснулся в 5, хотя лег в 4 часа утра и лежал, мучился до 7.30, потом встал, умылся, начал готовить пищу. Удивительно, смотрю на ребят — они сегодня уже будут спать на Земле. В сеансе связи ребятам передали данные на спуск. Потом стали напоследок фотографироваться, затем провели телерепортаж и пошли провожать ребят к люку. И вот здесь защемило на сердце. У Володи и Жана выступили слезы на глазах. Обнялись, тепло поцеловались, и по команде с Земли люк медленно стал закрываться. Когда услышали, что ребята закрыли люк своего корабля, мы сразу завалились спать. Как не проспали расстыковку, не знаю. Еле услышал сигнал «вызов на связь». Надеваю наушники, слышу — Земля вызывает то «Памиров», то «Эльбрусов». Говорят, гора с горой не сходятся — сошлись, только в космосе. Вышли на связь, получили данные на расстыковку. После расстыковки ребята должны были развернуть свой корабль боком к нам, чтобы удобно было снимать станцию. При этом нам предписывалось при удалении транспортного корабля на 60 м сделать закрутку станции по тангажу со скоростью 2 градуса в секунду, чтобы нас можно было отснять со всех сторон. Затем пришел в промежуточный отсек, откуда они отстыковались, чтобы через его иллюминатор отснять уходящий от нас корабль. На фоне черного космоса увидел его темно-серый силуэт. Он очень плавно развернулся на 90 градусов боком, а потом ушел по рысканию, за край иллюминатора, и я его потерял из поля зрения. Так мы разлетелись.
В следующем сеансе слушали ребят, как идут на посадку. Программу спуска они включили в 15 ч. 24 м. 42 с. (доложили об окончании ориентации для включения двигателя на торможение. «Гранит» (В. А. Шаталов) по традиции сообщил им метеообстановку в районе приземления. Погода хорошая, температура плюс 27 градусов, небольшой ветерок, ведут хлопкоуборочные работы, много техники на полях. В 18 ч. 21 м. ребята сели в 65 км северо-восточнее города Аркалык.
Вечером у вас был телесеанс. Я понимал, в Центре управления сейчас думают, что у нас кислое настроение, и решил пошутить. Надел страшную маску Квазимоды, которую оставил нам Жан-Лу, и когда начался телерепортаж, меня в кадре не было. Толя меня зовет, а я якобы расстроился и не хочу выходить. Потом выплываю — и лицом в камеру. На Земле никак не поймут, что со мной произошло — изуродованное лицо в безобразных шрамах и морщинах, волосы дыбом. Вначале все растерялись, а потом хохотал весь ЦУП, и сказали, что такого репортажа еще не видели.
Перед сном еще раз перечитал все письма, газеты. Тепло стало на душе. Завтра встреча с семьями.
Померил давление — 120 на 76. Физкультурой занимаюсь с желанием и без трудностей.
3 ИЮЛЯ
Проснулся сегодня в 9 часов, спал хорошо. Как говорится: «Гости — хорошо, но от них устаешь». Потом досыпали. Встали в час дня.
В станции кавардак. Наводим сегодня порядок. Потихоньку, думаем, все образуется.
Тишина. Толя смотрит на Землю, а я вставил кассету с записью моих домашних, и Люся мне спела «На крылечке вдвоем» — нашу любимую, а потом Виталька прочел стихотворение «Полтавский бой». Люся так сердечно со мной говорила, аж слезы выступили на глазах. А потом два сеанса встречи с ними. Душой отдохнул. Люсек тарахтит, очень добродушна и сердечна.
4 ИЮЛЯ[8]
Проснулся в 3 часа дня. Так много не спал ни дома, ни тем более в космосе. Усталость, которая накопилась, теперь уходит во сне. Хорошо, что организм компенсирует ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
