Встали и начали приводить в порядок оборудование. Сняли «Пирамиг», который на время экспедиции посещения был установлен на иллюминатор для многозональной фотокамеры МКФ, а затем собрали и установили на свое место МКФ. Провели его тест, все нормально.
В 5 часов дня была телевизионная встреча с женами. Молодцы, хохочут, рассказывают всякие глупости. Приятно на душе. Выглядели они хорошо. На следующем сеансе связи в 17.00 была встреча с Эльдаром Александровичем Рязановым. Поболтали весело о кино, он рассказал о том, что снимает новый фильм «Вокзал для двоих» с участием Людмилы Гурченко. Мы пригласили ее на встречу с нами.
Затем я спросил об артисте, который играл в фильме «Мужики». Назвал его Васильевым. Рязанов сказал, что, к сожалению, не может вспомнить, о ком идет речь. Из ЦУПа подсказали, не Васильев, а Михайлов. Тогда он сказал, что это хороший артист и сейчас пользуется популярностью. Мне в этом фильме он тоже понравился.
Вечером поговорили с Савченко по экспериментам. Он сказал, что пленки по астрофизике доставлены в Москву и ждут специалиста по проявке из Франции. Попросил нас поискать одну пленку с аппарата ПСН, которую Володя Джанибеков потерял на станции. Здесь это несложно, все, что не закреплено, уплывает по потокам воздуха, а по какому, неизвестно, так как воздух в станции движется вдоль жилой зоны рабочего отсека к фильтрам удаления вредных примесей и противопылевым, размещенным на задней его стенке. Затем очищенный воздух поступает в приборную зону за боковые панели, где вентиляторами прогоняется в обратном направлении мимо приборов, охлаждая их, к агрегатам регенерации воздуха и удаления углекислого газа, а дальше через холодильносушильные агрегаты ХСА снова попадает в жилую зону, тем самым обеспечивается циркуляция свежего воздуха в станции.
Вечером послушали последние известия, а потом поборолись с блоком раздачи и подогрева — подтекает кран, горячая вода обжигает руки. Видимо, неудачно подобрали пару металлов для корпуса и клапана. И, конечно, при частом пользовании клапан в кране делает задиры, его трудно становится открывать, и нарушается герметичность. Завтра будем менять.
5 ИЮЛЯ
После «французов» нам дали три дня отдыха, как мы их назвали, каникулы. Но какой там отдых, если работы много. Меняем кран в блоке раздачи и подогрева. Сделали эксперимент «Биогравистат».
Много времени и сил заняла подготовка к завтрашней работе — 5 зон геофизических и прикладных экспериментов и масса других мелких дел.
С Толей держим себя ровно. В станции тишина. После ребят почти не разговариваем. Как-то стало спокойнее нам. Теперь месяц летать вдвоем.
Разговаривал с Женей Кобзевым. С ним пообщаешься — и легче на душе. Женя говорит, что Земля чувствует, когда в экипаже возникают сложности. Да, когда в семье скандал, мы скрываем. А остальные не особенно обращают внимание. Все растворено в мире забот каждого и всех. Здесь же ЦУП живет нами, и как только увидит отклонение, все начинают сопереживать, а кое-кому просто интересно, как мы будем себя вести, сорвемся или нет. Стараются отвлечь экипаж и помочь найти пути, чтобы мы вошли в колею, хотя если сорвемся, сразу потом будут бичевать за слабость, за неумение сдержать себя. Однако страшны не отношения в экипаже, здесь можно найти приемлемую линию поведения, которая устраивала бы обоих, а Земля, которая своим пристальным вниманием и заботой влияет на экипаж. Такая забота не всегда помогает, а поэтому надо все трезво понимать и держать себя в руках, хотя это бывает трудно. По интонации на связи со специалистами управленцами слышишь и хорошо осязаешь каждого из них. В длительном полете умение управлять собой играет большую роль.
Разговаривал еще с Сашей Машинским, говорит, что ребята из экспедиции посещения доставили растения в хорошем состоянии. Завтра их встречают в Звездном.
Подписал немного конвертов для себя и поплыл спать. Завис в воздухе над столиком, где был Толя, и думаю: ведь это должно казаться необычным — висеть над человеком, над столом в воздухе. Но настолько привыкаешь к этому новому миру ощущений, возможностей, что это кажется естественным. Как будто ты родился в невесомости, и сознание не фиксирует необычность состояния, движений и не сравнивает с земным. Так же, как мы не задумываемся, что при дыхании поднимается грудная клетка.
Вчера ночью в 12 часов слушали, пролетая на нисходящей части витка над Средиземным и Красным морями, футбольный матч чемпионата мира. Играли наши с поляками. Счет — 0:0. Сеанс был минут 20, приятно было здесь слушать репортаж. Сидишь на первом посту, скрестил руки на груди, уставил взгляд в переходный отсек и слушаешь, а сам летишь над шариком. Вот тебе и футбол.
6 ИЮЛЯ
За время космических каникул так отоспался, что эту ночь всю вспоминал дом, Люсю, Виталика, маму. Как будет хорошо, когда я вернусь, пойти вместе погулять по Москве, съездить за город. Родные мои.
Чтобы не забыть, скажу несколько слов о французской кухне, так как Жан привез нам в двух коробках свои национальные продукты. Это баночки с шоколадным кремом, хлеб натуральный белый маленькими ломтиками, крабы, тертый сыр и еще какие-то консервы, мармелад и сладости, а мы-то ждали французского коньячка.
Говорю: — Жан, а у нас ассортимент все-таки лучше.
— Да, — отвечает он, — больше и вкуснее. Мне очень нравится ваша пища.
В туалет по-большому Жан сходил только за два дня до посадки. Когда он прилетел, то на третий день подплывает ко мне и спрашивает: «Валентин, на какой день здесь появляется желание в туалет?» Спрашиваю: «А ты разве еще не ходил? Пора уже».
Во время еды заметили, он, бедняга, стал даже мучиться: аппетит хороший, а стула нет. Мы ему давали и чернослив и корень ревеня — не брало. На шестой день говорю ему: «Жан, теперь уж держись до Земли — такого еще не было». Но потом все обошлось, и какова была радость облегчения! Мы все поздравили его.
Он очень доброжелателен. С охотой помогал нам, подписывал фотокарточки, конверты.
Сегодня весь день работа по прикладным и геофизическим экспериментам. Пять зон, немного трудно, так как от астрофизики, которой занимались до этого, надо переключиться к Земле, но справились без ошибок. У нас уже традиция — в конце дня оператор связи звонит домой и спрашивает новости. Люся сказала, что была в Звездном на приеме, устроенном французами в нашем профилактории.
Всем очень понравилось. Приехали братья Жана, старший сказал хороший тост. Наших жен они зацеловали.
Мы еще одну традицию ввели: в конце недели спрашиваем, какие допустили ошибки, чтобы знать свой итог работы (это нам необходимо, чтобы делать выводы, где мы спотыкаемся). Правда, сменный сегодня нам сказал, что неделю отработали без замечаний.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
