задумчиво проговорил я. – Ведь есть же более интересное времяпровождение…
– Баня! – сказал Волк.
– Водка! – подхватил Паша.
– Бабы! – счастливо зажмурился Такеши, и от переизбытка чувств нажал приблуду в своей руке, которая нажала что-то на руке у пленника. У того затрещал палец, и смуглый заорал еще громче.
Бурбулис заржал.
– Ишаков вспоминает! Но это времяпровождение так себе…
– Ладно, оставим пока в покое твое прекрасное прошлое, – тут я сбился. – Кстати, ты случаем не планируешь покинуть меня ради мировой славы и известности?
Бурбулис глубоко вздохнул.
– К сожалению, я не могу себе это позволить. Ты слишком юн и неопытен, чтобы я оставил тебя наедине с этим жестоким миром.
– Гы-гы, – сбоку заржал Волк.
– Гы-гы-гы! – поддержали его Паша и Такеши.
– А-а-а! – заорал пленник, которого Свиридов опять случайно потревожил.
– Так, короче… – я повернулся к ассасинам. – Уберите вы эту вашу… как она, блин, называется.?
– Это называется «Сви-Ки», – охотно пояснил мне Свиридов.
– Что за хрень?
– Ну, это наши фамилии – Свиридов и Ким. Мы запатентуем её и будем продавать задорого, – он показал свое страшное изобретение для пыток. – Думаю, будет нарасхват. Времена нынче тёмные. Как сказал господин Бурбулис – мир жестокий.
– Короче… – прекратил я эту клоунаду. – Бурбулис, мне нужно, чтобы ты кое-что перевел.
– И после этого я смогу его убить? – поинтересовался Бурбулис.
– Ну, посмотрим, чем закончится допрос, – сказал я обтекаемо. – Но орать он точно не будет, и мешать тебе тоже.
– Приемлемо, – сказал Бурбулис. – Что ты хочешь узнать?
– Я хочу узнать, откуда они взялись в том Разломе, и какое резиновое изделие их надоумило сделать то, что они сделали. Ну, и, собственно, где находится выход.
Бурбулис кивнул.
– Понял.
И забурчал что-то. Пленник его слушал, в какой-то момент скривился и коротко бросил ему в лицо.
Бурбулис без замаха ткнул ему пальцем под дых, и тот скукожился, пытаясь выблевать содержимое пустого желудка. Франт посмотрел на меня с небольшим смущением.
– Он опять мою маму помянул. Извини…
– Да не, ничего, продолжай, – заинтересовался я. – Только ещё раз покажи, куда ты его только что ткнул?
Я наклонился, и рядом услышал жаркое дыхание товарищей. Конечно же, все спецназеры точно также наклонились поближе, как подростки на школьной перемене в туалетах для мальчиков рассматривали порно-журнал, что спёр их гордый одноклассник у своего папашки.
– Да вот сюда, – Бурбулис ткнул еще раз, и пленник опять захрипел.
– Чё-то он посинел, командир, – нахмурился Свиридов. – Как бы кони не двинул.
– Да-да, точно. Дайте ему водички, что ли, – сказал я. – Короче, продолжай, – повернулся я к Бурбулису. – Я думаю, он понял, что был не прав, и оставит твою маму в покое.
В общем, оказалось, что выход из Разлома находится на побережье в районе Персидского залива. А допытываемый нами человек есть вождь кочевого племени бедуинов. Этот Разлом они открыли достаточно давно. В нём раньше даже водились песчаные скорпионы, которых бедуины уничтожали, ведь их яд отлично ложился на копья и стрелы, вызывая мучительную смерть своих врагов.
Да, в этом кочевом племени были сильные Одарённые, а кольца у них были неизвестно откуда, передавались по наследству многие века и берегли их, как зеницу ока! Ведь иногда лут из одного Разлома по стоимости превосходил месячный доход от торговли товарами, полученными в результате тяжелого и изнурительного труда.
Так они и ходили потихоньку, фармя монстриков ради нужного ингредиента. Но потом, в один прекрасный момент, открылся вход с другой стороны, и занятые уничтожением скорпиончиков бедуины столкнулись с Иркутскими Истребителями.
Проблемой наших была в том, что внутрь зашла группа из четырех человек. А бедуины привыкли фармить скорпионов по старинке – охотиться группой, и было их там почти пять десятков. В общем, после непродолжительной битвы, Истребители из Иркутского Центра полегли, а бедуины поняли, что на свете существует более качественное оружие и снаряжение, которое они видели изредка, когда приезжали купцы из Персии, чтобы купить у них верблюдов, овец или домотканые ковры.
Умный вождь смекнул, в чем его выгода, и в Разломе стала постоянно дежурить ватага, уничтожающая Истребителей. Один раз туда зашло шестеро Истов и чуть было не положили всех бедуинов. Скорее всего, это была дежурная группа Истов. Бедуины еле справились, и решили поменять тактику. Теперь они сидели в засаде, и сами выбирали время атаки.
Таким образом, в Разломе погибло сорок два Истребителя. Насколько я помнил, кадровых из них было восемнадцать, остальные вольники и друзья Архипа. Кстати, надо к нему наведаться.
– Всё, теперь можно его убить? – как ни в чём не бывало поинтересовался Бурбулис.
– Пока нет.
Я увидел, как нахмурился франт.
– Не-не, пытки окончены! Посадите его в карцер, – кивнул я. – В этот, как его… антимагический.
– Естественно, – кивнул Волк. – Сделаем.
Я только начал изучать подвальное помещение усадьбы. Еще далеко не везде был, уж слишком много там было ходов. Но вот небольшую тюрьму я нашёл, причём было две одиночные камеры, рассчитанные на Одарённых. Попадая внутрь, человека ментально прибивало, и он не мог использовать свой Дар.
Когда я рассказал об этом Анне, она тут же зашипела и сказала ни в коем случае никому не рассказывать. Дело в том, что технология изготовления таких камер у человечества отсутствовала напрочь. Просто камень, из которого была облицована камера, достали из Разлома – очень редкий и чрезвычайно дорогой материал. Анна ещё удивилась – для чего нужны были эти камеры Роду Галактионовых. Насколько она знала, в Империи такие были только в столице для высокопоставленных пленников, подозреваемых в государственной измене.
Ну, вполне возможно, что кто-то из Великих Родов имел что-то подобное. Хотя, зачем держать пленника? Это его ещё кормить надо, проще просто уничтожить. Нормальная аристократическая логика, чего уж.
Как бы то ни было, но штука весьма полезная, вот заодно и пригодилась. Не хватало, чтобы он мне проблем у меня же под задницей устроил.
Счастливый Бурбулис пошёл дальше музицировать. Я же с Волком пошёл в усадьбу. У меня было еще два дела – заглянуть к Архипу и смотаться в Центр. Уже Хрулёв должен был давно вернуться, а он мне всё ещё должен.
– Ты читал отчёт Призрака? – спросил я у Волка.
– Конечно, читал, – сказал он. – Как ты думаешь, бомбанем Смородиных?
Я удивлённо посмотрел на него.
– А вы точно бывший капитан Имперского Спецназа Андрей Потапов или тебя подменили каким-то бандосом?
Волк, похоже, обиделся и пожал плечами.
– На войне – как на войне, – сказал он.
Я хмыкнул.
– Вот поэтому нас и боятся окружающие страны. Понабирают беспредельщиков на службу, а потом их реабилитировать долго. Вот скажи мне, друг
