взгляда от трусиков, Синоптик принялся раскачиваться взад-вперед.
– Столбняка? – встревоженно повторил американец.
– Содержание бактерий в человеческой слюне в разы выше, чем у животных. Вам известно, сколько микроорганизмов обитает в полости рта?
– Нет.
– Почти миллион на миллиметр, из них сто девяносто – разных видов, – не переставая раскачиваться, сообщил Синоптик.
– Занятно. – Веннер с сомнением покосился на палец. – Ладно…
Он возбужденно описал небольшой круг по комнате и хлопнул в ладоши, давая понять, что тема исчерпана и пора перейти к делу.
– Достал сведения?
– Мм, – по-прежнему раскачиваясь, Синоптик таращился на трусики. – А… мм… девушка? Что… мм… с ней будет?
– Мик отвезет ее домой. А тебе-то что?
– Мм… нет, я так… мм. Хорошо, отлично.
– Ты принес то, что я велел? За что я, мать твою, тебе плачу?
Синоптик расстегнул задний карман штанов, вытащил оттуда сложенный вдвое тетрадный листок и протянул его Веннеру.
– Уверен на все сто? – проворчал тот.
– Да.
Удовлетворенный таким ответом, американец заковылял к столу и там развернул листок.
С адресом Тома и Келли Брайс.
21
Профессор Ларс Йоханссон, хоть и походил скорее на преуспевающего банкира, нежели на ученого, большую часть жизни скитался по свету, обшаривая пещеры, болота и непролазные джунгли в поисках редких насекомых.
Высокий привлекательный блондин, наполовину англичанин, наполовину швед, – от него веяло городским обаянием и уверенностью. Одетый в полосатый костюм-тройку, со съехавшими на кончик носа очками-полумесяцами в роговой оправе, он сидел за большим столом в своем кабинете на верхнем этаже лондонского Музея естественной истории. Вокруг стола громоздились застекленные шкафы и колбы с редчайшими образцами, микроскоп, медицинские инструменты, линейки и весы. По мнению Грейса, кабинет смахивал на декорацию из фильмов про Индиану Джонса.
С Йоханссоном они познакомились на международной конференции, посвященной раскрытию тяжких преступлений, регулярно проходившей в разных городах Америки. Грейс в обязательном порядке ездил туда каждый год. Обычно суперинтендант отправлял к Йоханссону кого-то из своей следственной группы, однако сегодня нагрянул лично, чтобы поскорее получить ответы на интересующие его вопросы.
Энтомолог достал из специального пакета для улик пластиковый мешочек с жуком.
– Надеюсь, его обработали? – на безупречном английском спросил он.
– Да.
– Вынуть можно?
– Разумеется.
Вооружившись пинцетом, Йоханссон аккуратно извлек дюймового жука, положил на бювар и стал разглядывать через большое увеличительное стекло, пока Грейс с наслаждением прихлебывал черный кофе и мрачно размышлял о несостоявшемся свидании – сначала ему пришлось мчаться сюда, потом нужно мчаться обратно в суссекское управление и проводить внеурочную планерку. Он так ждал встречи с Клио, ждал со страстью, какой не испытывал много лет, и поэтому сейчас чувствовал себя опустошенным. Ну по крайней мере, они договорились встретиться через два дня, в субботу. Заодно успеет приодеться.
– Хороший образец, Рой, – сообщил энтомолог. – Великолепный.
– Что можешь про него рассказать?
– А где конкретно его обнаружили?
Грейс объяснил. К чести Йоханссона, он и бровью не повел.
– Логично, – кивнул он. – Донельзя извращенно, но логично.
– Логично? – изумился Грейс.
– В плане местонахождения – вполне. Сейчас поймешь почему, – криво ухмыльнулся собеседник.
– Слушаю очень внимательно.
– Тебе прочесть полную лекцию по биологии для второго курса университета или сократить?
– Лучше в максимально упрощенном варианте, мне еще пересказывать это коллегам, на порядок менее сообразительным, чем я.
Энтомолог улыбнулся:
– Перед нами Copris lunaris вполне стандартного размера – обычно их длина колеблется от пятнадцати до двадцати пяти миллиметров. Обитает в Южной Европе и Северной Африке.
– А у нас они водятся?
– Если только в зоопарке.
Грейс нахмурился, предвкушая продолжение.
– В Древнем Египте это насекомое считалось священным, а называется оно навозный жук, или скарабей.
До Грейса моментально дошло.
– Навозный жук?
– Именно. Самый распространенный вид – навозники. Головой и лапками они сгребают навоз, скатывают его в шарик и катят в укромное местечко, чтобы зарыть, а потом, когда он созреет, питаются им.
– Звучит аппетитно, – протянул Грейс.
– Лично мне больше по вкусу шведские фрикадельки.
– Получается, в задний проход убитой жука поместили с каким-то смыслом, – задумчиво пробормотал Грейс.
– Да, с извращенным, но смыслом, – согласился Йоханссон.
За окном промчался автомобиль с включенной сиреной.
– Надо полагать, мы столкнулись с человеком, чья система ценностей разительно отличается от нашей, – поморщился Грейс. – Ларс, а можно поподробнее про Древний Египет?
– Я тебе распечатаю. На редкость увлекательное чтиво.
– Это поможет отыскать убийцу?
– Он как минимум неплохо разбирается в символизме. Тебе нужно основательно погрузиться в тему, Рой. Доводилось бывать в Египте?
– Нет.
Профессор оживился:
– В Луксоре, Долине царей, да и вообще в любом храме скарабеи вырезаны повсюду; они лежат в основе культуры Верхнего и Нижнего Египта, а также играют ключевую роль в обрядах погребения.
Профессор застучал по клавиатуре. Воспользовавшись моментом, Грейс отхлебнул кофе и пробежался по списку запланированных на вечер дел.
Двадцать минут назад ему позвонила Эмма-Джейн Бутвуд: результаты ДНК-теста готовы, но никаких совпадений в базе не обнаружено. Ни голова, ни вторая кисть также не найдены. За прошедший час из списка пропавших исключили еще одну женщину. Образцы ДНК остальных направили в лабораторию, поэтому теплится надежда – по крайней мере, у полиции, – что один из них совпадет. В противном случае придется расширять зону поиска.
Принтер выплюнул листок бумаги в паре дюймов от Грейса, вынудив того подскочить.
– Погребальные обряды? А какую роль в них играют жуки?
– Скарабей в гробу сулил вечное возрождение.
Грейс задумался. Неужели убийца – религиозный фанатик? Или просто любитель морочить голову? Очевидно, речь идет о человеке образованном, знакомом с историей Древнего Египта, и скарабей в заднем проходе убитой появился далеко не случайно.
– Где в Англии найти скарабея? В зоопарке?
– Нет, в стране есть несколько поставщиков экзотических насекомых. Уверен, найти их в Сети не составит труда.
Грейс сделал мысленную пометку поручить кому-нибудь из группы составить список поставщиков и прошерстить интернет.
Энтомолог положил жука обратно в пакет для улик.
– Рой, еще какая-нибудь помощь от меня требуется?
– Пока нет, но со временем потребуется обязательно. Спасибо огромное, что задержался по моей просьбе.
– Ерунда. – Ларс кивнул на окно, откуда открывался вид на Эксибишн-роуд. – Отличный выдался вечер. Ты сейчас обратно в Суссекс?
Грейс кивнул.
– Давай пропустим по стаканчику – на дорожку.
Грейс глянул на часы. Ближайший скорый до Брайтона отправлялся минут через сорок. Времени на выпивку катастрофически не оставалось, однако выпить очень хотелось. Да и потом, Ларс столько раз выручал его в прошлом, что отказаться было как минимум невежливо.
– Только по стаканчику, а потом мне нужно бежать.
Полчаса спустя, сидя за уличным столиком перед забитым пабом, он гадал, что, черт возьми, не
