— Сейчас нашим планам наступления широким фронтом мешают два фактора: мирные жители, которых иномиряне удерживают в укреплениях, не позволяя нам применять артиллерию, и невидши, которые вырезают наши отряды один за другим. Они наверняка опять нападут этой ночью, в темноте, чтобы мы не смогли засечь и накрыть их издалека. Да, мы сегодня заминировали подходы к расположению батальонов, выкопали нефтяные ловушки, которые сдетонируют при касании, но это дает лишь время для маневра — завтра они нападут снова и найдут, кем разминировать их. Единственный способ не выжечь заложников в окопах врага — это ближний бой, но он же с невидши для нас обернется катастрофой. И вопрос заложников очень важен для морального духа армии: сопутствующие потери мирного населения неизбежны, но в наших рядах много солдат из соседних графств, как им воевать, когда мы при наступлении убиваем своих же людей? И ради чего им воевать?
Дармоншир слушал вполуха — все, что говорил Майлз, они обсудили чуть ранее, и теперь командующий доносил изменения в стратегии до заместителей и командиров подразделений. Здесь же помимо дармонширских командиров были и леди Виктория, и эмиратский адмирал Эсий Убарак, и командир бермонтских отрядов Ольрен Ровент, и майор Лариди, и командующий рудложских полков Вилков.
Они слушали, а Люк снова и снова прикидывал свои силы и сравнивал их с силами иномирян.
После боев у фортов его войска из двадцати тысяч новобранцев и четырех тысяч армейского состава потеряли убитыми и ранеными почти половину. Но пришел пятнадцатитысячный отряд эмиратцев — из которых шесть тысяч были командами боевых кораблей, и девять тысяч высадились пехотой. Оставались почти четыре тысячи берманов, которые привезли с собой почти восемьдесят орудий. И в последние дни к маленькой армии Люка добавились еще пятнадцать тысяч рудложцев и сотня орудий.Это не считая снабжения, медицинской службы, связистов — чисто боевой состав.
Казалось бы, почти десятитысячный перевес — сорок тысяч боевого состава против тридцати тысяч иномирян, больше двухсот орудий против нескольких десятков у них. Десятки бронированных машин для прикрытия пехоты — которые удалось провести просеками. Но при этом у противника выигрыш в мобильности и убойности в ближнем бою — больше трех тысяч охонгов, почти тысяча раньяров, две сотни тха-охонгов, и неизвестно сколько невидши, из-за которых потеряно за одну ночь несколько сотен бойцов.
А еще — подготовленные линии обороны с заложниками, сквозь которые нужно продираться.
Майлз продолжал говорить:
— Единственный доступный не-магам способ борьбы с невидши — огонь. Но у нас всего двадцать взводов огнеметчиков. И всего двадцать три мага имеют камни с огнедухами, переданными нам герцогиней Дармоншир. У нас не получится растянуть их на тридцать километров фронта. Поэтому пришлось пересмотреть стратегию и собирать локальный ударный кулак. Сразу подчеркну, что при неудаче мы окажемся в тяжелейшем окружении и нам придется прорываться обратно к Дармонширу. Зато при должной отработке всех подразделений есть шанс закончить эту войну.
Майлз поморгал, собираясь с мыслями, потер ладонью лоб и продолжил:
— Слушайте приказ — в течение часа после окончания совещания, до, — он посмотрел на часы, — двадцати ноль-ноль с наступлением темноты под прикрытием артиллерии организовать марш-бросок всех пехотных подразделений под столицу графства, — он очертил кружок вокруг городка Норбидж, прилегающего к замку. — Если минные заграждения задержат невидши, то враг узнает о перемещении не сразу, и темнота нам поможет. Идеально, чтобы он нас обнаружил только на атаке, но рассчитываем на худший сценарий — что узнает сразу. Подразделения должны быть готовы отражать атаку с воздуха и двигаться так, чтобы не попасть массово под удар их орудий.
Он прочистил горло.
— На свои позиции все подразделения должны подойти к трем ночи. Отдохнуть успеют те, кто дойдет раньше. На месте переформируемся, разделяемся на двадцать три ударные группы, по числу магов с амулетами, которые будут защищать группы от невидши. В пять утра начинаем наступление. Плохо, что уже начнет светать, значит, нам не избежать атак раньяров, но раньше нам не успеть дойти до места и перестроиться. Окружаем город дугой, продавливаем укрепления и зачищаем улицы. Командирам ударных групп предстоит сложнейшая задача — слаживание подразделения в боевой обстановке, оперативное налаживание внутренней связи и связи со штабом, снабжения, вывоза раненых.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Марине снова придется нелегко», — подумалось Люку.
Он думал о ней в редкие мгновения отдыха, думал перед сном — ему не хватало ее огня, и едкости, и той любви, что пылала в ней, сжигая и грея. Она стала сутью его силы, воплощением того, ради кого нужно выиграть — и каждый раз, когда он выдыхался, он вспоминал о ней. И очень жалел, что так и не удалось заглянуть в Вейн после инициации Тамми хотя бы на полчаса.
Потом. Прав Берни. Все после войны. Нужно победить и тогда он позволит себе прилететь к ней. Тогда будет иметь право отлучиться. И Марина снова встретит его со всем своим огнем…
«Стоп», — приказал он себе, с усилием возвращая мысли в нужное русло и снова прислушиваясь к командующему.
— Лично от каждого командира, — Майлз обвел взглядом офицеров, — зависит наш успех. После взятия Норбиджа мы разделяемся на две армейские группы и уходим на запад и восток. Это облегчит нам захват других городов. Укрепления иномирян построены с нашей стороны, между городами их нет. Вскроем их в одном месте и затем будем действовать уже изнутри. Если же начнется отступление врага, преследуем его до полного уничтожения.
Командующий Майлз снова сделал паузу. Глаза его были красными, лицо заострилось — верный признак, что снова накачивает себя тониками и стимуляторами.
— Всем командирам артиллерийских взводов и боевых кораблей, — он кивнул адмиралу Убараку, и тот склонил голову в ответ, — пока происходит переброска подразделений к Норбиджу, отрабатывать по местам скопления инсектоидов вне городов, провоцировать артиллерийские дуэли, чтобы определить места, где прячутся орудия врага. Как только начнется штурм укрепрайонов иномирян, создать огневой коридор с востока и запада от города, чтобы усложнить подкрепление от других городов Нестингера. Ваша светлость, — обратился он к Люку, — ваша задача, как и лорда Таммингтона, когда он проснется, — прикрытие наших групп при передвижении, и затем с началом атаки — защита от стрекоз с воздуха. Раньяров, которые подлетят с других городов, наш огневой коридор лишь задержит, но не остановит. Как только объединение произойдет, вам нужно будет найти и уничтожить артиллерию противника. По всем расчетам, орудия спрятаны где-то в холмах.
— Так точно, полковник, — кивнул Дармоншир.
— Лейтенант Лыськова. — Леди Виктория подняла голову, и Люк некоторое время переживал диссонанс между тем, как привык к ней обращаться, и ее воинским званием. Как военнообязанные, маги при выпуске из университетов получали младшие офицерские звания.
— Нам нужна будет ваша поддержка на острие атаки для унитожения невидши. Вам придется выставить большой щит и как можно дольше прикрывать нашу армию от артиллерии и раньяров. Вам нужно проследовать в распоряжение шестого стрелкового батальона.
— Будет сделано, полковник, — ответила леди Виктория.
— Барон Ровент, — берман коротко кивнул, — распределите своих людей по передовым отрядам. Ваша мощь нам пригодится на старте наступления. Пойдете за огнеметчиками и магами.
— Будет сделано, — рявкнул оборотень.
— Майор Лариди. У вас та же задача. Сейчас нет необходимости в стационарных снайперских позициях, потому что невидши почуют и уничтожат любого снайпера, человеческая скорость с их скоростью несопоставима. Вашим людям, всем, кого вы тренировали, объявите цель — вычислять и уничтожать командиров иномирян. Нам нужно организовать как можно больше хаоса у них на позициях.
— Так точно, — ответила Лариди.
— Вы пойдете под прикрытием берманов. Ваша задача — после первого отстрела отступить назад и работать издалека.
