Наступил черед выступления «Бостонского чаепития». Как человеку, который был непосредственно занят в этом номере, мне трудно сохранять объективность. По крайней мере, могу сказать одно: эмоций группе в тот вечер было не занимать. Видимо, все случившиеся к тому моменту организационные коллизии, чуть не приведшие меня к гипертоническому кризу или смирительной рубашке, наложились друг на друга и сотворили из меня некоего куртуазного берсеркера от Мельпомены. Я, если судить по сохранившейся кинохронике, решил показать, что есть настоящий куртуазный декаданс. Так или иначе, в какой-то кульминационный момент выступления лидер группы «Бостонское чаепитие» начал раздеваться, снимать с себя рубашку, потом прыгнул в зал, не прекращая петь, крутился по уставленным закусками столам, приводя в шок почтенную публику, угощался ананасами с тарелок замерших в недоумении посетителей…
Кстати говоря, именно на третьем фестивале выработался, что называется, гастрономический фирменный стиль «Бархатного подполья». Поскольку бюджета не было, а эстетскую атмосферу надо было как-то поддержать, мы решили отталкиваться от классики. Что значит «от классики»? Естественно, вспомнили Северянина с его ананасами в шампанском и тут внезапно осознали, что если в качестве изысканного фуршета «расщедриться» на ананасы и шампанское, то это будет довольно недорого и в то же время изысканно. Поэтому мы сделали VIP-столы, красиво нарезали ананасы, поставили шампанское… И вот, собственно, в момент нашего выступления и моих прыжков в зал все эти яства и пошли в ход в моем сомнамбулическом танце… В общем, побывал в шкуре эдакого enfant terrible. По отзывам гостей, которые я получил впоследствии, в общем, получилось весьма забавно и смешно.
Соблазнившись слухами о необычном мероприятии, нас посетили съемочные группы нескольких центральных каналов телевидения. Приехали НТВ, программа «Ты не поверишь», ТНТ… Кстати говоря, был и Первый канал. Им была интересна мистическая сторона – у нас как раз функционировала некая спиритическая комната, где вершились стилизованные оккультные ритуалы. Зачем? Не смешите! Сегодня любая домохозяйка вам скажет, что куртуазный декаданс не будет полным без элементов мистики и колдовства. Тени Воланда и его грозной свиты, тени Мастера и Маргариты непременно должны витать в кулуарах нашего заведения. Ведь хотя бы отчасти наш салон должен напоминать тот знаменитый бал… Спустя некоторое время по Первому промелькнул совершенно короткий сюжетец, но, так или иначе, гордое имя «Бархатного подполья» там прозвучало. Что касается НТВ, то в составе съемочной группы с ними прибыл известный киношному миру карлик, ведущий вышеупомянутой программы Владимир Шкет. Помню, когда мы с «Бостонским чаепитием» завершали свое выступление композицией «Последнее танго в Париже», спели мы с Владимиром эту песню уже дуэтом, что стало одним из самых удачных импровизационных моментов нашего вечера. Жаль, через несколько месяцев не стало Владимира Шкета, и он остался поныне с нами только в самых приятных воспоминаниях.
«Бархатное подполье» – это событие, продолжающееся не только в рамках одного вечера. Оно звенит прихотливым эхом еще долго после своего окончания.
Из прессы
Загадочное – рядом!
2008-02-26 09:57:46
Они то ли играют в жизнь, то ли живут на сцене, то ли не могут выйти из образа и не хотят этого делать. Нечто среднее между площадными актерами, салонными эстетами и неформалами, заблудившимися в богемном подземелье. Здесь смешалось все и сразу: поэзия и отборный мат, варган и скрипка, политика и шоу-бизнес, женщины и мужчины, готика кожаных костюмов и блеск обнаженного тела, доказав, что андеграунд может быть гламурным. «Бархатные подпольщики» на третьем фестивале куртуазного декаданса вновь собрались в… «1-ой Библиотеке». Модном клубе, полном книг и людей, лестниц и тайников, залов и подвалов.
Сквозь бархат сигаретного дыма, сквозь запах пота и духов «Вечерняя Москва», мимо лохматых страусиных перьев и немыслимых нарядов на сцену было протиснуться нелегко. Артисты, кто в бархатных пиджаках, вид которых вызывает сразу и ужас и восхищение, кто в латексе и пафосе, кто в чем попало с надписью «БОГ» на груди по очереди взбирались на подмостки, предлагая гостям переварить свое странное искусство. Вскоре стало ясно, что современный андеграунд захвачен модой и сумасшедшими. Группа «Прощай, Молодость!» впервые за десять лет собралась… на десять минут, чтобы исполнить свою безумную лирику. Наивная наглость исполнения, эпатажный, но добрый имидж и самоирония всегда отличали этих людей, которые вовсе не собираются прощаться с молодостью, оставаясь молодыми в душе. Спев парочку полоумных куплетов, дуэт исчез в дыму, оставив публику улыбающейся и умиленной. Александр О'Шеннон под стоны юных поклонников вспомнил про командантэ Че и Фиделя, исполнив свои самые знаменитые песни. Автор и продюсер фестиваля Владимир Преображенский приготовил множество сюрпризов помимо традиционного действа. Погружая публику то в прошлое столетие, то в современность. За акустической гитарой – бешеный электронный ритм. За куртуазным выступлением – жгучий показ модных купальников. Стриптиз и готическое дефиле полу призрачных моделей, мистическое горловое пение и восточные танцы. Среди гостей – актеры, дизайнеры, художники и модельеры. И неожиданные медийные лица. К примеру, вездесущий депутат Митрофанов заглянул на огонек и скандальный Шкет из программы «Ты не поверишь!», во что в общем то поверить довольно просто. Зажигать с красотками-моделями очаровательный ведущий любит не меньше, чем давать автографы и позировать фоторепортерам.
Пошловатая мягкость бархата, лоснящееся модное общество, мундштуки и длинные перчатки. Фотовспышки, мобильники, журналисты, давящие друг друга на «вип» пятачке перед сценой. Все это «Бархатное подполье», оксюморон, выбравшийся из головы Владимира Преображенского и ставший гротескной реальностью, побегом от прочего мира, набитого московским снегом и соленой грязью повседневности. Под песни «Бостонского чаепития» несоединимое стало соединяться. Безумный образ, возникший в сознании автора «Подполья», обрел свою конечную форму – куртуазный декаданс 21 века со всеми его особенностями и побочными эффектами.
Портал Art-Blanche
Автор: Балашова ЮлияФото: Балашова Светлана
Владимир Преображенский,
автор и продюсер фестиваля «Бархатное подполье»:
Брызги шампанского, янтарный отблеск сочных ананасов, исчезающих в бордовых губах салонных дам и кавалеров – это ли не атмосфера, где может снять маску жестокого равнодушия утомленный путник, пропитанный бензиновыми парами XXI века? Не затем ли я устроил этот оазис искусства, не затем ли я повернул назад стрелки вековых часов, привыкших монотонно идти только вперед? Господь одарил нас возможностью священного сумасшествия, которое способно помочь разрушить рамки утомительной реальности и стать самими собой хоть на пару часов. Стать безумными клоунами, отважными героями Жюля Верна, кокетливыми дамами, способными на быстротечный огненный роман в лабиринте бархатных кулис и занавесей… За мной! За мной! Я выведу вас из серой промозглой действительности в настоящую, пропитанную музыкой, звуками поцелуев и блеском вина жизнь, достойную высокого звания куртуазного декадента. Пускай этот миг короток, зато он расцветит наше существование на долгий период, пока не забрезжит на горизонте новый, четвертый фестиваль куртуазного декаданса «Бархатное подполье».
Москва – Питер: декадентский поединок
О, закрой свои бледные ноги…
В. Брюсов, 1894
Гедонисты Древней Греции, садисты эпохи расцвета и заката Римской империи, блудодеи европейского Средневековья да, что греха таить, и наши славные соотечественники в различные времена не чурались искусства «с перчинкой», которое не боится ввергаться в запретные темы и темные области человеческого сознания. Искусства, отнюдь не ведущего к высокому гуманистическому идеалу и, соответственно, не подчиненного правилам морали, а живущего в своей собственной системе координат, где понятия «добро» и «зло», равно как и «полезное» и «бесполезное», – лишь оттенки причудливого эстетического гербария. «Всякое искусство совершенно бесполезно», – провокационно заявлял на сей счет великий эстет и декадент Оскар Уайльд.
Лозунг L’art pour l’art (Art for art’s sake, «Искусство ради искусства»), воспетый и возведенный в принцип все тем же автором романа «Дориан Грей», как нельзя лучше отражает этот отчасти спорный, но тем не менее прекрасный в своей антиутилитарности подход к столь тонкому и неблагодарному роду деятельности, как подлинное искусство. Воистину, когда искусство начинает становиться популярным в плохом смысле (и тут позволим себе не упоминать бесконечную вереницу от Дарьи Донцовой до Стаса Михайлова, если говорить про современность), оно кончается как искусство. Но тут есть и другая крайность, когда прослойка по-настоящему талантливых художников, эстетов и интеллектуалов оказывается в ситуации, которую (по другому, правда, поводу) выразил в своей сакраментальной формулировке Герцен: «Узок круг этих интеллигентов. Страшно далеки они от народа».
