Жаль, что Келси не взяла с собой детские вещи, хотя они теперь вряд ли ей понадобятся. Ей больше ничего не нужно от Райана. Келси вскоре счастливо заживет со своим любимым мужчиной. Так и должно быть. Появление Марка можно назвать чудом. Райан понимал, что должен радоваться за Келси, однако не мог.
Всякий раз, заходя в детскую, он вспоминал тот момент, когда впервые понял, что любит Келси. Именно тогда он поклялся стать отцом ее ребенку, если она это позволит.
Но Келси не позволит ему стать отцом для ее ребенка...
Днем в Далласе прошел сильный весенний дождь. Теперь все вокруг казалось чистым, воздух — свежим. Райану всегда нравилось это время года. Все вокруг позеленело, распускались цветы на городских клумбах, и он все чаще вспоминал о Келси. Ему так понравилась их прогулка по ботаническому саду!
— Папочка?
Услышав тихий голос дочки, Райан обернулся. Мария стояла в дверном проеме. Она была в голубой ночной рубашке, которую выбрала для нее Келси.
— Привет, зайка.
Хотя и Райан, и Келси объясняли Марии причину отъезда няни, девочка не поняла и не приняла никаких объяснений. Она каждый день ждала возвращения Келси и часто укрывалась от тоски в детской, оборудованной для ребенка Келси.
Сейчас Мария казалась неуверенной.
— С тобой все в порядке, папочка? Почему ты не включаешь свет?
Райан хотел оставаться в сумерках, такое освещение точно отражало его настроение. И все же он включил лампу на прикроватном столике.
— Ты готова отправиться спать? — спросил он. После отъезда Келси он старался в точности соблюдать традицию обнимашек.
— Без Келси все иначе, — сказала Мария, будто читая его мысли.
— Я знаю, — он вздохнул. — Неудивительно, что ты скучаешь по ней. Мне тоже без нее одиноко.
Мария вошла в комнату и взяла в руки мягкую игрушку. Это была белая овечка.
— Я серьезно подумала над одной ситуацией и сделала определенный вывод, — объявила она.
Райан знал, что, приходя в детскую, Мария постоянно думает о Келси и о том, как хорошо ей было с ней. Он был уверен, что другую няню девочка никогда не примет.
— К какому выводу ты пришла? — с надеждой в голосе спросил Райан.
— Она мертва.
— Что?! — Он так резко повернул голову, что у него заныла шея.
— Келси любила нас. Она не могла так долго не приезжать к нам. Значит, случилось что-то плохое, — ее глаза наполнились слезами. — Ее ребенок убил ее так же, как я убила мамочку.
У Райана задрожали колени. Ему показалось, что сейчас он задохнется.
— Нет, Мария, нет! — Он упал на колени перед плачущей дочерью и с нежностью прижал к груди. — Ты не убивала свою маму. Как тебе могла прийти в голову такая мысль?
— Это правда. Я всегда знала, что виновата в этом, но не хотела расстраивать тебя, поэтому ничего не спрашивала.
— Твоя мама была больна, Мария, поэтому она умерла, — сказал Райан. Единственный человек, которого следовало винить в смерти Аманды, — это он. — Ты ни в чем не виновата. Твоя мама подарила миру тебя.
Он схватил ее за плечи и взглянул в детское личико. Райан и представить себе не мог, что все эти годы его жизнерадостная дочь несет в душе такой тяжелый груз вины.
— Я хочу, чтобы ты поняла, Мария, и запомнила это на всю жизнь: ты не виновата в смерти своей мамы. Ты слышишь меня?
Она всхлипнула и покачала головой.
— Келси не могла так надолго от нас уехать, папочка, не могла. Я знаю это. Она, должно быть, тоже умерла. Она даже не позвонила нам.
Райан не знал, что делать.
— Мы уже разговаривали об этом, Мария. Я знаю, что все пошло не так, как мы хотели...
— Ты ведь ее тоже любил, папочка.
— Да, — признался он, — любил.
— Ты не сказал бы мне, если бы она умерла. Ты не стал бы меня расстраивать. Я знаю тебя, папочка. Ты всегда хочешь защитить меня. Ты когда-нибудь думал о том, что мы можем быть нужны ребенку Келси?
Ее слова, больше подходящие для взрослого человека, удивили Райана. Она снова всхлипнула.
Райан в отчаянии простонал:
— С Келси все хорошо, верь мне.
— Мы можем ей позвонить?
Сначала Райан решил ответить отрицательно. Вспомнив о том, что Келси, возможно, сейчас счастлива рядом с мужем, он почувствовал душевные муки. А что, если он не выдержит и прямо во время телефонного разговора признается ей в любви? Оба только смутятся от такого признания, и ни к чему хорошему это не приведет.
— Папочка, прошу! Если я поговорю с ней, то буду знать, что она жива. Позволь мне позвонить ей. Я даже не буду просить Келси вернуться, если ты этого не хочешь. Я буду паинькой.
Как после таких слов дочери Райан мог отказать в ее просьбе?
Пусть разговор с Келси будет не из приятных, иного выхода у него нет. Он вспомнил, что сам бронировал для нее номер в отеле. Скорее всего, она именно в нем и остановилась.
Райан набрал номер. Никто не ответил.
Это еще больше уверило Марию в ее предположении. Она присела на пол и опустила плечи, смотря на игрушечную овечку.
— Я же говорила тебе.
— Мы перезвоним позже.
— Куда позже, папочка? Келси уже должна быть в отеле. Ты забыл, как по вечерам у нее отекали ноги? Она должна отдыхать.
Возможно, Келси находилась в больнице рядом с мужем. Или в самом деле что-то случилось?..
Райан не стал ничего говорить, чтобы не расстраивать Марию еще больше. Набрав телефонный номер больницы, он попросил соединить его с палатой Марка Мейсона. Положив телефонную трубку, Райан удивленно уставился перед собой.
Ему сказали, что Марк Мейсон в больнице не зарегистрирован. Голова Райана пошла кругом. Этого не может быть! Ведь он сам разговаривал с доктором.
Мария наблюдала за ним, ее нижняя губка дрожала.
— Плохие новости, да?
Райан снова позвонил в отель, но уже администратору. Он испытал ужас, когда ему сказали, что Келси не выезжала из отеля, но и не появлялась в номере уже несколько дней.
Почему она не вернулась в номер? Где она может быть? Куда подевался ее раненый муж?
Райан испугался не на шутку, вспоминая слова Марии. Келси могла умереть при родах. Неужели судьба снова заставляет его переживать прежний кошмар?
Боже, спаси Келси от такого конца!
Райан снова принялся звонить. Слушая гудки, он отвел пряди волос от заплаканного лица дочери.
Возможно, он сошел с ума, но Мария не успокоится, пока не переговорит с Келси. Райан тоже не найдет себе места до тех пор, пока не услышит голос своей любимой женщины.
Неважно, что их встреча не сулит ничего хорошего, он должен сделать это ради собственного ребенка.
— Тебе нужно поспать, зайка. Утром мы полетим в Сиэтл. — Он увидел, как во взгляде Марии вспыхнула надежда. — Мы найдем Келси.
