Читаем без скачивания Белый гонец - Санин Евгений

            Особое внимание Стаса привлекла красивая женщина, в дорогой темной одежде. Она стояла в углу, прислонившись к оградке, и неотрывно смотрела на овальную керамическую фотокарточку отца Тихона в центре креста. Стас наклонился к уху Лены, чтобы что-то сказать, но та, словно не замечая его, подошла к могиле отца Тихона и встала на колени.

            - Здравствуй, батюшка! – просто, как только что со своей покойной бабушкой, поздоровалась она и, словно живому, повинилась: - Прости, что так долго не приходила к тебе. Но ты же ведь знаешь, что творится сейчас в нашей Покровке…

            Стас поколебался - неудобно как-то было при людях опускаться на колени. Но он пересилил себя и, присоединившись к Лене, тоже прошептал: «Здравствуйте, отец Тихон!», припал с закрытыми глазами к земле лбом, и вдруг… Воображение ли было тому причиной или свершилось настоящее чудо… но он явственно, во всех красках и звуках неожиданно увидел прекрасный – ни один даже самый большой московский собор не в силах сравниться был с ним – храм… священников в ярких праздничных одеяниях и целое море света… услышал дивное - если бы не человеческая речь, то он сказал бы – ангельское пение...

            Все это было так неожиданно и прекрасно, что Стас невольно оторвал лицо от земли и в благоговейном ужасе покосился на Лену:

            - Ты тоже все это… видишь и… слышишь?..

            - Нет! – сразу обо всем догадавшись, с завистью ответила та и вздохнула: - Такое у меня всего лишь один раз было, на Пасху. Только тогда мерзлая земля еще казалась не ледяной, а совсем теплой…

            Стас снова прижал лоб к земле, но видение уже не повторялось. Они с Леной поднялись с колен.

            - Простите, ребята, - подошел к ним больной мужчина. – Вы, судя по всему, здешние и были лично знакомы с отцом Тихоном. Не могли бы вы нам хоть немного рассказать о нем?

            - А вы разве сами его не знали? – удивился Стас.

            - Увы! – с огорчением развел руками больной.

            - Ну, тогда вам, наверное, кто-нибудь рассказал о нем?

            - Да нет же! Я вообще ничего не знаю о нем, кроме того, что вижу сейчас перед собой!

            Стас с недоумением взглянул на мужчину:

            - А каким же образом вы тогда оказались здесь?

            - О-о, это целая история! – махнул совсем слабой рукой мужчина. - Но времени у нас хоть отбавляй, - он указал на остальных паломников, - вас, надеюсь, тоже сильно не утомит мой рассказ…

            Он присел на скамейку и, отдышавшись, заговорил:

            - Началось все с того, что я уже выписывался из больницы. Хоть и чувствовал что-то не то, врачи так и не сумели найти причину болезни. И только в последний день вдруг на всякий случай отправили проверять желудок. Проверили. Вернулся в палату. Уже собираю вещи, как вдруг входит медсестра и говорит, что моя выписка откладывается на несколько дней. Как? Почему? Отвечает: все вопросы к лечащему врачу. А тот говорит, у вас язва и теперь нужно посмотреть, что покажут анализы. А те показали рак. Причем в той стадии, когда нужна немедленная операция. Сделали мне ее. Выписали. Как-то нехорошо выписали, в глаза не смотрели, когда провожали. Я так и понял: отправили умирать. Вернулся я, значит, домой. Уже никого и не хочу видеть. Одно утешение – ночи, когда во сне забываешь про самое страшное. И вот, сплю однажды и вдруг явственно слышу мужской голос: «Приезжай ко мне в Покровку. Спросишь отца Тихона, там меня все знают, и я тебе, с Божьей помощью, помогу!»

            Мужчина оглядел подавшихся к нему в полном внимании слушателей – только красивая женщина по-прежнему стояла в самом углу – и продолжил:

            - Проснулся я, ничего не понимаю. Какая Покровка? Какой Тихон? А на следующую ночь опять тот же голос, те же слова, только уже с добавлением, на какой поезд брать билет и куда ехать. И на третью ночь почти то же самое, только уже со строгим предупреждением дольше не медлить…

            - А на четвертую? – не выдержал Стас.

            - А на четвертую… я уже ехал в поезде, и вот, как видите, здесь! - улыбнулся мужчина и с последней надеждой спросил: - Как вы думаете, он мне поможет?

            - Еще бы! Тем более, если сам позвал! – раздался уверенный женский голос.

            Все оглянулись. Это была одна из женщин, которая пела акафист.

            - Я всего лишь по совету своей знакомой сюда год назад приехала, и то помогло! – объяснила она. - А уж ей самой – и говорить нечего. Перед ее болезнью, которая даже в начальной стадии ничем и никем не лечится, даже ваша болячка, простите, просто тьфу! А теперь ничего – живет! Замуж недавно вышла, повенчалась и помирать, как говорится, не собирается!

            - А моего сына из тюрьмы освободил! – подала голос другая певшая женщина. – Когда его несправедливо в нее посадили, добрые люди посоветовали мне обратиться за помощью к батюшке Тихону. И что бы вы думали?..

            - Освободили! - обрадованно выкрикнул Стас.

            - Да, - улыбнувшись, подтвердила женщина. - Теперь вот приехала, чтобы поблагодарить его…

            Мужчина как-то сразу просветлел лицом и, благоговейно кивнув на фотографию отца Тихона, напомнил Стасу и Лене о своей просьбе:

            - Вы его видели, вместе тут жили, одним воздухом, можно сказать, дышали… Может, все-таки расскажете нам о нем?

            Стас переглянулся с Леной и недоуменно пожал плечами:

            - Вообще-то он сам из этих краев. Друзья детства у него до сих пор тут живут: Григорий Иванович, Юрий Цезаревич, дядя Андрей… Потом тяжело заболел, после ангины сердце у него отказывать стало, это я вам как сын академика-кардиолога могу подтвердить. И он уехал лечиться в Москву. Там окончил университет, стал кандидатом наук, учителем истории, женился…

            Красивая женщина неожиданно вздрогнула и стала слушать Стаса, стараясь не пропустить ни единого слова.

            - Потом он пришел к вере, и за то, что стал говорить на уроках о Боге, как водилось тогда, выгнали с работы. К тому же еще и жена от него ушла… Хорошо, в Москве у него был большой друг, теперь известный академик, а тогда еще просто историк, Владимир Всеволодович. Он пристроил отца Тихона в археологическую партию. Но и тут произошла неприятность. Отец Тихон нашел очень ценный, золотой, с рубинами крест, который носил сам византийский император или патриарх. Начальник экспедиции, который любил такие вещи, захотел присвоить его себе. Но отец Тихон не дал. Тогда начальник выгнал его с работы и, чтобы отомстить, подбросил ему в рюкзак этот крест, а сам сообщил в милицию о пропаже. Подозрение пало, конечно, на отца Тихона. И только вмешательство Владимира Всеволодовича, который сам рисковал карьерой, спасло отца Тихона от суда. Он знал, что за начальником водилось множество грешков, связанных с воровством старинных предметов, и пригрозил, что выведет его на чистую воду, если тот не оставит отца Тихона в покое. Словом, начальник объявил все недоразумением, убедил в этом милицию, а крест передали в музей, и там, узнав обо всем, в знак благодарности изготовили отцу Тихону точную копию этого креста. Того самого, который мы и увидели на нем, когда еще даже не знали, что это отец Тихон!..

            - А увидели мы его тут рядом, недалеко от карьера! - подхватила Лена. – Почти четыре года назад. Он лежал совсем-совсем белый, почти неживой. И только все время шептал: «Господи, прости меня, грешного!» Мы со Стасиком сделали ему изуственное - то есть из уст в уста – дыхание. А там и его папа с моей мамой – она у меня медицинская сестра, подоспели.

            - Дело в том, - снова взял нить разговора в свои руки Стас, - что отец Тихон почти пятнадцать лет провел в монастыре, где стал почитаемым старцем. И за это время у него не было ни одного сердечного приступа. А как только он увидел в Москве, чем живут люди, все эти казино, рестораны, рекламы, это так страшно подействовало на него, что по дороге в родную Покровку с ним случился сердечный приступ.

            - И зачем он только поехал сюда? – с болью в голосе произнесла женщина, сына которой отец Тихон вымолил из тюрьмы. - Ну и жил бы себе в монастыре, молился бы там за нас, грешных, за всю Россию!

            Стас подумал-подумал, стоит ли рассказывать, но все же сказал:

            - Да нет, была у отца Тихона одна очень важная причина для того, чтобы вернуться… Болезнь-то его была далеко не случайной! В детстве он, по тогдашнему общему незнанию, помог пытавшимся разрушить покровский храм взрослым стащить с него крест. Залез наверх, обвязал этот крест тросом, ну а они его уже дальше вниз, трактором…

            - О, Господи! – испуганно прижала край носового платка к губам старушка.

            - Те взрослые вскоре умерли, причем все нехорошей смертью, - обменявшись с Леной понимающим взглядом, продолжал Стас. – А отец Тихон, тогда еще Вася Голубев, тяжело заболел ангиной.